Черная кошка удачи - Тереза Тур

Анна перевела восхищенный взгляд на среднего лорда Айварса, который это самое заклинание кинул. Хоть это и не сложно, но то, насколько молниеносно все это было проделано, просто поражало!

Мэтр Бригер едва сдерживал смех, сам же наместник стоял около выхода из вагона и с отвращением разглядывал Александра.

— Юноша тоже выпускник? — спросил старший лорд Айварс, перехватив взгляд брата.

— Увы! — воздел руки к небу мэтр Бригер. — Увы.

— Кстати, завтра меня ждет собеседование с теми выпускниками, что остаются в столице. Надеюсь отобрать кого-нибудь на практику в министерство магии, — проворчал Харви Айварс. — Хотите сказать, что меня будет ждать… вот это?

Он кивнула на Александра, который даже не пытался скинуть заклинание. Юноша, по каким-то, видимо, магическим причинам не принимающий беседу мужчин на свой счет, был занят тем, что с недовольным видом смотрел на Анну, величественно ожидая, что девушка соизволит-таки исполнить то, что он от нее ждет, а именно — избавит от внезапной немоты.

— Мда, — ни к кому не обращаясь, проговорил старший из Айварсов. — Ну что, счастливого пути? — он развернулся к наместнику, который, наблюдая за всем происходящим, казалось, на какое-то время даже забыл о своей сбежавшей невесте.

Неожиданно все засуетились! То тут, то там слышались последние прощальные возгласы, объятия, поцелуи, начальник поезда лично вышел проверить готовность к отправке пассажиров первого класса.

— Пожалуйста, не задерживайтесь! Прошу, моя госпожа! — поклонился он Анне, приглашая в вагон.

Анна совсем растерялась. Вся ее решимость уехать как можно дальше вдруг куда-то исчезла. Захотелось остаться. В знакомом городе, рядом с учителем. А мама? Еще вчера она не видела ничего страшного в том, чтобы написать ей письмо и все объяснить, а сейчас это почему-то вдруг показалось просто… чудовищным.

— Анна, — вздохнул мэтр Бригер, от которого никогда ничего невозможно было скрыть. — Если ты передумала, мы…

— Ну так как, девушка? Передумали? И правильно. Вам нечего делать в такой глуши!

Анна вздрогнула. В голосе наместника было столько злости, презрения и… боли? Если бы он не встрял в их разговор, она, быть может, действительно передумала. Потому что вдруг поняла — Алекс не причиняет ей боли. Вот он. Стоит. Не может справиться с немотой. Ну, виделись бы они с ним каждый день — что с того? Но теперь… Теперь она не отступит!

— Я не передумала, — сказала она как можно громче и жизнерадостней. — До свидания, мэтр Бригер! До свидания, и большое вам спасибо, — обняв учителя, Анна поблагодарила лорда Айварса-старшего, послала Алексу воздушный поцелуй, и, отказавшись от попытки потерявшего невесту жениха предложить ей руку, исчезла в вагоне.

Мгновение — и перрон поплыл. От пронзительно-громкого гудка заложило уши, обеспокоенное лицо мэтра Бригера утонуло в облаке пара, стук колес, насмешливые взгляды двух оставшихся лордов на несчастного, беспомощно открывающего рот Алекса.

Анна грустно улыбнулась и щелкнула пальцами. Готово. Алекс свободен. И она… она тоже свободна. Раздался еще один гудок — ей показалось, он был еще жалобней и тоскливей предыдущего. Сердце сжалось… Все. Она поехала на север.

…

Анна стояла одна в роскошном купе.

— Мяу…

Ну, не совсем одна, если честно.

Они стояли одни, в роскошном купе, и по большому счету совершенно не представляли себе — что теперь делать дальше… Вздохнув, Анна опустилась на мягкое сиденье. Переноску пристроила рядом, посмотрела сквозь щелку на черную любопытную мордашку. Огляделась. Ничего себе так…

Да тут целый дворец! Бархатные шторы с кистями и бахромой, ковры, зеркала, отполированное дерево… Кто-то тихонько постучал, но она так растерялась, что не ответила.

— Я пришлю к вам проводницу, госпожа маг, — начальник поезда поклонился, деликатно заглядывая внутрь. — Если будут какие-то пожелания, вам стоит только сказать.

Анна кивнула, сняла шляпку и перчатки, пытаясь понять, куда же их пристроить. Вокруг было так роскошно, что даже не хотелось все это портить своим скромным присутствием…

Усталость навалилась внезапно, будто какой-то неведомый великан накрыл тяжелым одеялом. Сил не осталось. В прошлую ночь ей так и не удалось уснуть — судорожная беготня по магазинам, покупка билетов, а потом — мысли, мысли…

Видимо поэтому, стоило ей опуститься на один из мягких диванчиков, как глаза закрылись сами собой. Девушка уронила голову на руки и почувствовала, что еще мгновение — и она сладко заснет. Но тут раздался осторожный стук в дверь.

— Войдите.

— Госпожа Лаапи, — дверь отъехала и на пороге купе показалась круглолицая женщина. — Меня прислали помочь вам.

— Мне ничего не нужно, спасибо.

— О… Вы, видно, сильно устали… Позвольте, я покажу вам, где что расположено и не буду тревожить, чтобы вы могли отдохнуть.

— Да. Конечно.

— Ваше купе состоит из нескольких комнат, — улыбнулась ей проводница — Здесь — спальня, — она нажала на панель в стене, и та, чуть зашипев, отъехала в сторону

Анна заглянула. Кровать! Да какая огромная…

— За этой панелью — шкаф. А здесь, — ловкие пальцы проводницы нажали еще куда-то, после чего отъехала еще одна дверь, — удобства.

— Спасибо, — Анна кивнула, а сама подумала, что в жизни не разберется со всем этим!

— Смотрите. В гостиной, — они вернулись в первое отделение, где на диванчике спал котенок. — Вот тут — напитки и легкий перекус. Обед и ужин — в столовой, господин наместник пришлет приглашение.

— Благодарю, но…

— Отдыхайте. Я побеспокою вас перед ужином.

— Спасибо.

Анна хотела сказать, что ни ужинать, ни обедать с наместником она не хочет совершенно, но, подумав, решила оставить свои мысли при себе. Если она не хочет принимать пищу с лордом Айварсом, этот вопрос надо решать с ним, а никак ни с этой доброй женщиной. Это — во-первых. А во-вторых… Друг мэтра Бригера оказал ее учителю услугу, и не стоит, наверное, вести себя не вежливо.

Она уставилась в окно. Мимо проносились деревья. А небо… Небо знало, как Анни любила паровозы! Огромные, похожие на чудовищ из детских сказок. Когда-то, дышащее густым белым паром, выстукивающее веселую песенку чудовище унесло ее в другую жизнь из маленького южного городка. Она, Анна, выросла, а чудовище осталось. Стало, правда, еще волшебнее (прогресс не стоит на месте). И теперь оно несется на Север, и она вместе с ним.

Честно говоря, в безликой молчаливой роскоши дорогого купе ей не хватало веселого, непрекращающегося гомона третьего класса. Когда они с мамой ездили отдыхать, все было совсем иначе. Люди угощали друг друга испеченными в дорогу пирожками — с яблоками, ягодами, капустой, грибами… Ах, какие это были пирожки! Румяные, из печки. К верхним полкам на разноцветные шелковые ленты пассажиры привязывали охранные амулеты, боясь, что что-то случится в дороге. Это было так весело! С другими детьми она бегала по вагону, уплетая пирожки, а взрослые сердились, призывая расшалившуюся малышню к порядку. К вечеру усталых, перевозбужденных детей укладывали на верхние полки, и наступало самое интересное, самое любимое Анной время — время случайных попутчиков. В полголоса, попивая сладкий, пахнущий малиновым листом чай, они рассказывали друг другу истории. Разные. Смешные, грустные. Истории своей жизни. Кто-то выкладывал все, как на духу, без утайки, кто-то откровенно выдумывал небылицы. Они больше, возможно, никогда не увидят друг друга, и в этом была какая-то особенная, дорожная магия…