Путь чужака - Андрей Прусаков

Терпеливо ожидавшие его аборигены переглянулись.

— Вернулась ли к тебе память, брат? — спросил Скалобой. Похоже, этот вопрос интересовал их прежде всего.

— Кое-что я помню, — уклончиво ответил Стас. — Но в голове туман. Например, не помню, как оказался в том сарае.

— Мы принесли тебя, — пояснил Скалобой, — потому что ты был без сознания.

Стас хотел спросить, почему он был без сознания, но сдержался. Цепкий ледяной взгляд второго чудища в который раз не понравился ему.

— Что ты помнишь, Мечедар? — спросил тот. — Скажи нам.

— А что я должен помнить? — вопросом на вопрос ответил Стас.

Демоны переглянулись. На физиономии брата отчетливо проступило отчаяние.

— Что ты видел в пещере?

Так. Значит, была какая-то пещера…

— Пещеру помню. Такая… Большая, — развел лапами Стас.

— Куда ты пошел? Туда, куда велел Зримрак? — спросил второй.

«Не нравится он мне, — подумал Стас. — Допрашивает, как в гестапо. Кто он такой? — Он зрительно сравнил свои бицепсы с конкурентом и приободрился. — Дойдет до драки — я ему рога поотшибаю!»

— Куда сказали, туда и пошел! — с вызовом произнес Стас. — Что ты все вынюхиваешь? Кто ты такой вообще?

Скалобой ахнул. Демон вздернул подбородок, его пальцы сжали рукоять резного посоха:

— Ты не в своем уме, Мечедар, если забыл, кто я.

— Я кое-что забыл… но быстро вспоминаю. И я в своем уме. Разве безумец может рассуждать, как я?

— Я помню тебя, ты мой брат, — сказал Стас Скалобою. Теперь он запомнил брата по зазубрине на правом роге и по одежде. Для начала и это сойдет. — Тебя я помню. И тебя тоже помню… Только имя забыл.

— Я Криворог, шаман и помощник Зримрака.

«Интересные у них имена, — подумал Стас. — Шаман — это служитель культа. Ага. Пожалуй, с ним стоит быть повежливей».

— Так. А что мы делаем здесь? — спросил он как можно уверенней.

— Ты проходил испытание в пещерах. Мы ждали тебя тут, — пояснил Скалобой. — А когда ты не вернулся, пошли за тобой. Увидели, что ты лежишь без памяти, и принесли тебя сюда.

Не слишком понятно.

— Что слышно об аллери? — спросил он небрежно, хотя и понятия не имел, о чем спрашивает.

— Они были в клане, но ушли. Искали кого-то. — Шаман повторил то, что Стас уже слышал.

— Кого?

— Какого-то беглеца.

— Угу. — Стас больше не знал, о чем спрашивать и что говорить. Еще ляпнешь что-нибудь… «Не все тут просто, — подумал Стас. — Какие-то беглецы! Ничего себе. Интересно, что за аллери, о которых говорят так, будто это… враги, что ли? Но обычно враги так просто не разгуливают по селениям».

— И что нам делать теперь?

Ладонь брата сжалась в кулак. Таким кулаком можно свалить быка или небольшое деревце.

— Ты даже это забыл! Криворог, Зримрак обещал, что с братом ничего не случится!

— Зримрак не мог этого обещать, — хладнокровно парировал шаман. — Никто не может знать, что решат боги: дадут небывалую силу или отнимут последний разум.

— Разум у меня на месте. Немного потерял память, только и всего. Но я все вспомню!

Собеседники переглянулись. Слово взял Криворог:

— Ты сам захотел пройти дорогой Предков. Что там произошло, ведомо только тебе и им. Все знают, что духи могут наградить, а могут покарать нарушившего их покой.

— Не спорю. Но я делал все, чтобы… не прогневать предков.

— Ты сделал все так, как велел Зримрак?

— Да. И покончим с этим. Или я еще что-то должен?

— Ты ничего не должен. Теперь ты — вождь Буйногривых.

«Ах, я еще и вождь! Ну, это другое дело!» Стас приободрился.

Скалобой посмотрел на него.

— Ты всегда был смелым, и я гордился тобой, брат! И ты добился того, чего желал!

— Твой брат сделал то, что должен был сделать, — глубокомысленно проговорил шаман. — И пошел на испытание ради своего клана.

Стасу не понравилось, как смотрит жрец. Словно изучая, словно о чем-то догадываясь, что-то зная. Или чего-то ожидая. Интересно, чего?

— Значит, все закончилось? — спросил Стас. — И я теперь вождь?

Толстые морщинистые губы жреца сдвинулись. Стас дорого бы отдал, чтобы знать значение этой гримасы.

— Это решит Зримрак.

— Почему Зримрак? Я прошел дорогой Предков, а не Зримрак!

— Ты и впрямь кое-что забыл, Мечедар! — процедил шаман.

— Так напомни, — сказал Стас.

— Тебе напомнит сам Зримрак. Завтра мы отправимся к нему.

Шаман степенно поправил одеяние и вышел. Стас повернулся к Скалобою:

— Похоже, он чем-то недоволен.

Брат пожал плечами. Стас не знал, вправе ли он требовать ответ.

— Наверно, я сказал какую-нибудь глупость, — проговорил он.

— Нет. Конечно же, нет, брат. Просто ты что-то забыл. Я не знаю, что именно, ведь ты говорил со Зримраком один на один. Как и каждый перед испытанием. Но это не беда — меня-то ты вспомнил, значит, и остальное вспомнишь!

— Я так понял, что в пещеры мне велел идти Зримрак?

— Никто не может велеть идти в Пещеры Предков. Идут лишь избранные. Те, кто чувствует в себе силу быть вождем. А ты хотел быть вождем.

«Понятно. Решил идти сам, но по совету жреца. В место, где легко погибнуть или чокнуться на всю оставшуюся жизнь… И все это за звание вождя. Интересное кино. А ведь я не знаю, каким был этот Мечедар, — мелькнуло в голове Стаса. — Они-то прекрасно знают этого перца и тотчас заметили разницу. Хорошо, что брат почти боготворит его, а то первый заорал бы: это не Мечедар, это демон! И меня сожгли бы на костре… Или что тут полагается за пребывание в чужом теле?»

— Странно, ты не думаешь? Испытание я прошел, а этот… Круторог говорит, что я еще не вождь?

— Криворог, — поправил Скалобой. — Ничего, думаю, Зримрак не будет возражать. Он всегда благоволил тебе.

«Однако. Испытания проводят, но вождем называть не спешат. А ведь несчастный Мечедар лишился души. Это не шутки. Быть вождем в его положении неплохо, но похоже, здесь шаманы заправляют. А что может вождь?»

Захотелось воздуха. Станислав вздохнул и направился к двери, толкнул и вышел на поляну. Скалобой вышел следом. Солнце начинало клониться к верхушкам огромных сосен. Скоро ночь. Его первая ночь в незнакомом мире…

Стас вспомнил Питер, Таню, всех, кого знал и любил, и едва не заплакал. Как же так?! Ведь он больше их не увидит, никого, никогда! На глаза навернулись слезы, и Стас, старательно отворачиваясь от Скалобоя, зашагал к лесу.