Право истинной пары - Диана Эванс

Проследил за взглядом Лолы и заметил девушку, сидящую неподалеку от меня. Она также играла и гладила собаку, сев вприсядку. Шапка ее немного повалилась на бок, и это выглядело немного смешно. Девушка разговаривала с собакой, что-то рассказывая и щелкнув по носу, привстала и отряхнулась от пыли.

Я встал на ноги и просто не мог оторвать глаз от незнакомки. Она так любяще смотрела на собаку, что сердце в одночасье замерло от такого зрелища. Поняв, что не могу так стоять вечно и, что скоро меня могут уличить в подглядывании, попрощался с Лолой и направился дальше от девушки с собакой.

Амалия

Все свое детство я провела оплакивая своего лучшего друга, тайно надеясь на то, что когда-нибудь он предстанет передо мной, обнимет меня и поцеловав пообещает, что больше никуда и никогда не уйдет, что не покинет нас, не оставит жить в этом темном и жестоком мире.

Без Тиграна вся моя жизнь потеряла краски. В шесть лет я поняла, какого потерять лучшего друга, с которым ты находилась с самого своего рождения. Да, некоторым людям покажется смешным, и они спросят, как шестилетний ребенок смог понять, как горевать по тому, кто ушел навсегда из твоей жизни. Таким людям не свойственно беспокоиться о чем-либо, а тем более скорбеть по родному человеку. Я бы, может, пришла бы к подобным мыслям, но пройдя этот трудный путь и осознав все это, не могу сказать, что ребенок не понимает всего происходящего.

Да, может я не совсем могла высказать свою точку зрения или же истязать себя мыслями о том, что этот человек больше никогда не предстанет передо мной, но с каждым днем, месяцем и годом я все больше и больше осознавала безвыходность ситуации, в которую я попала.

Точнее, не безвыходность, а то, что чтобы не сделав, я просто не сумею повернуть время вспять и Тигран не появится во всех наших жизнях никогда.

И что самое интересное, думала я обо всем этом тогда, когда обустраивала наш с Тагиром совместный дом, в котором после ремонта нам предстоит жить.

Открыв стеклянную дверь, я вышла на террасу и вдохнула свежий воздух. Немного успокоившись, вернулась обратно в дом и обсудила с нашими декораторами дальнейшие действия. Выбрала цвета, в которые будут покрашены наша с Тагиром спальня, какие диваны будут стоять возле камина и, конечно же, ковры, много мягких ковров, ведь Тагир так любил их.

— Амалия, кажется, здесь будет очень уютно, — пропела моя лучшая подруга, входя в дом сразу после ухода дизайнеров. — Просто восхитительно!

— Эстер, как хорошо, что ты пришла, — подошла к подруге и поцеловала ее в обе щеки. — Тебе правда нравится?

Эстер обвела взглядом огромную комнату, которая, совсем скоро, перевоплотиться в благоустроенную гостиную, с мягкими диванами, пальмами в углах и камином, который будет согревать нас по вечерам.

В душе чувствовались скорые перемены. Казалось, что переехав с Тагиром в новый дом, мы сможем, наконец, понять друг друга и стать ближе, нежели это было сейчас. Нужно надеяться на лучшее.

— Разве я могла не прийти к лучшей подруге? — вопрошала она, подходя к стеклянному окну.

— Конечно, не могла! Как раз не могла выбрать между этими стеклами и стеклами цвета кофе. Что можешь сказать по этому поводу?

— А что говорит Тагир по этому поводу? — Эстер ответила вопросом на вопрос. Ее яркие голубые глаза смотрели на меня так пристально, что я просто-навсего не могла ей солгать.

— Тагир уже давно не интересуется этим.

— Почему же? Или он передумал переезжать сюда с тобой, желая и дальше оставаться рядом с матерью?

Я вопросительно на нее взглянула, даже не думая о таком исходе событий.

— Нет, он ничего такого не говорил.

Эстер подошла ближе к окну и, посмотрев на еще совсем не обустроенный сад, сказала:

— А мужчины о таком никогда и не скажут. Ты женщина и сама должна догадываться о таком…