Рожденные в битве - Эми Кауфман

Андерс обменялся с сестрой долгим взглядом. Они не могли оставить мальчиков здесь. Уличный кодекс гласил, что они должны помогать друг другу. Андерс не хотел бы, чтобы братья Джерро бросили Рэйну, будь она ранена. В любом случае он просто не мог так поступить.

Легким кивком сестра дала ему понять, что чувствует то же самое.

– Надо соорудить носилки, – сказала она со вздохом.

– Куда вы собираетесь отвести нас? – спросил Сэм.

– Туда, где мы остановились, – ответил Андерс. – Это, хм… за городом. У нас есть медик или кто-то вроде того. – Он подумал о Виктории, которая, по крайней мере, училась на медика. Она точно лучше знает, что делать с ногой Пелларина.

Рэйна многозначительно посмотрела на него и откашлялась.

– Ох, – сказал Андерс, – еще кое-что. Не буду врать, с нами вместе прячутся драконы. Но…

Он тут же утонул в волне протестов Сэма и Пелларина, который попробовал приподняться на локтях, но снова откинулся назад, морщась от боли.

– Они на нашей стороне, – поспешно пробормотал Андерс, когда смог вставить слово в свою защиту. – Доверьтесь мне. Я ведь помог вам тогда выбраться из пожара, разве нет? Кем бы я был, если сейчас подверг вас опасности?

– А что еще ты предлагаешь? – спросила Рэйна. – Остаться здесь?

Сэм долго и беспокойно смотрел на них обоих, и Андерс знал, что он спрашивает себя, как поступил бы Джерро.

Но тут Пелларин снова скривился от боли, и решение было принято.

– Хорошо, – наконец согласился он. – Давайте сделаем носилки. А если вы соврали, то я никогда этого не прощу.

– Если мы соврали, то тебя сожрет дракон, – усмехнулась Рэйна. – Но можешь на этот счет не волноваться.

– Что насчет Джерро? – спросил Пелларин. – Он может вернуться и не будет знать, где искать нас.

– Мы попытаемся сами найти его, – заверила его Рэйна, и ее тон сделался очень серьезным.

Андерс хотел бы, чтобы все было по-другому и ей не пришлось говорить «попытаемся».

– Надо спешить, – вслух сказал он. – Или мы опоздаем на встречу с остальными в полдень и нам придется тащить носилки до места, где мы спрятали упряжь.

Пока Рэйна, снова отправившись к рынку, до отказа набивала рюкзаки едой, Андерс с Сэмом занялись носилками. Взяв две метлы, они обыскали стойло и нашли поводья, которые натянули между метлами, накидав сверху мешков.

Рэйна, вернувшись, одобрительно кивнула, поглядев на их творчество.

– Эх, если бы только здесь остались лошади, – вздохнула она. Затем помогла мальчикам погрузить Пелларина на носилки и вместе с Андерсом понесла его. Сэм шел немного позади, определенно до сих пор не веря, что принял правильное решение.

Когда они поворачивали к западным воротам, Андерс надеялся, что Лизабет и Миккель нашли что-нибудь в библиотеке. Пробираясь сюда, они сильно рисковали, и повторять такое не стоило.

Они почти подошли к западным воротам, когда к ним шагнул крупный мужчина в грязном черном плаще и преградил им дорогу.

– Что в сумках? – грубо спросил он.

Сэм позади что-то пискнул, и Андерс, обернувшись, увидел блондинку с длинными волнистыми локонами в темно-синем плаще и брюках, стоящую прямо перед ними, загораживая обратный путь. Одежда была дорогой – женщина, похоже, не бедствовала до того, как город пал.

– Не твое дело, что у нас в сумках, – ответил Андерс, слова были смелее, чем он чувствовал себя. Он лишь надеялся, что голос звучит уверенно. – Это все наше.

– Где ваши родители? – поинтересовалась женщина. В ее голосе не было и тени заботы – ее вообще не волновало, почему эти ребята одни на улице или есть ли кому помочь мальчику, который, очевидно, ранен. Андерс знал, что отсутствие их родителей просто было ей на руку.

– Они рядом, – тут же ответила Рэйна. – Вы вообще знаете, чей он? – Она указала на Пелларина, чьи глаза округлились от страха и удивления.

– Откуда нам знать, чей это мальчишка? – спросил мужчина.

– Вот и я так думаю, – сказала Рэйна. – Иначе вас здесь бы уже не было.

Андерс пытался предостеречь ее хотя бы взглядом. Рэйна умела, заболтав противника, выбраться из любой ситуации – иногда это срабатывало, но иногда можно было оказаться на подмостках перед половиной жителей Холбарда с посохом Хадды в руках и превращаясь в волка.

Но ее уже было не остановить.

– Это сын мэра, – сказала она. – И не думаю, что мэру понравится, если вы помешаете нам доставить его к медику.

– Его? – недоверчиво переспросил мужчина.

– Ну, он не всегда был таким чумазым, – раздраженно заметила Рэйна.

Андерс оглянулся на женщину.

– Если вы пойдете той дорогой, – обратился он к ней, показывая в нужную сторону, – то выйдете к рынку, там еще много чего осталось.

«Ну же, – про себя уговаривал он ее, – я даю тебе шанс взять то, что ты хочешь. Просто оставь нас в покое».

Женщина, немного помолчав, кивнула своему спутнику.

– Пошли отсюда, – приказала она.

Мужчина прошел мимо Андерса, Рэйны, Сэма и лежащего на носилках Пелларина. Он шел лениво и не спеша, словно показывая, что в любую минуту может остановиться и сделать все, что ему вздумается. Затем долго и пристально смотрел на Пелларина, прикрывшего глаза.

Из горла Андерса едва не рвался наружу волчий рев. Но он сдерживал себя.

Когда парочка ушла, ребята поспешили по неровной дороге, направляясь к воротам.

– А теперь подумайте, – пыхтя и отдуваясь, заметила Рэйна. – Где сейчас мэр?

– Где-то в лагерях за городом, видимо, – ответил Сэм.

– Лагерях? – удивился Андерс.

– Да, за городом, – подтвердил Сэм. – Где сверху на вас ничего не свалится и нет домов. Большинство людей сейчас там. Они вышли через западные и северо-западные ворота и нашли себе убежище на берегах реки Судран.

– Они пойдут в Верхний Вадобран? – спросила Рэйна, несомненно, уже представляя себе всю округу с высоты драконьего полета и имея в виду деревушку к северу от города.

– Слишком далеко, – ответил Сэм. – До нее почти день пути, да и места там маловато. Все мы там не поместимся.

– Но ведь в городе еще остались люди, – возразил Андерс. – Мэр не может просто взять и уйти, хоть в лагерь, хоть в деревню.

– Их не так много, – пожав плечами, ответил Сэм. – И ему нет дела до таких, как мы. Никто и не вспомнит, когда нас вдруг не станет.

– Мы, – возразил Андерс. – Мы будем помнить.

Но он знал, что Сэм прав. Человек, бросивший камень в Волчьего стража, тоже был прав. Элементалам было плевать на людей, попавших в беду, точно так же как жителям Холбарда не было никакого дела до уличных оборванцев.