Любимая адептка Его величества - Яся Недотрога

Я осторожно протянулась рукой. Потрогала шарик подушечкой пальца, и тот вдруг ожил. Дёрнулся, засветился тусклым светом и плавно поднялся вверх.

На губах Филинии заиграла удовлетворённая улыбка.

– Я, Филиния Сонтор, урождённая Вейз, передаю этот дар Маргарите Сонтор, моей единственной и законной наследнице! - воскликнула герцогиня.

Я сомневалась, что подействует, ведь законная я только по документам. Но шарику хватило. Он застыл на долю секунды и резко рванул ко мне.

Вдох, светящееся «семя» врезалось в моё тело в районе солнечного сплетения, и я охнула. Воздух из лёгких вышибло, меня словно взорвало изнутри.

Всё стало ослепительно-белым. Стильный кабинет исчез, я осознала себя стоящей напротив незнакомого и крайне разгневанного мужчины. Мощного, темноглазого, с недлинными волосами цвета мёда и печатью власти на волевом лице.

Сердце подпрыгнуло к горлу, чувства неожиданно смешались. Незнакомец злился? Я тоже! А вместе с этим испытывала острое желание сбежать.

Ещё я ощущала скрытую, явно неправильную симпатию о которой старалась не думать. Мужчина в свою очередь щурился. Смотрел грозно и с подозрением! Потом что-то рявкнул, качнулся навстречу, и мой взгляд зацепился за вырез на его груди.

Белоснежная рубаха была расстёгнута неприлично, почти до середины, и на коже виднелись фрагменты двух больших татуировок. Кажется ничего необычного, ну подумаешь татушки, но щёки внезапно вспыхнули румянцем, а потом всё.

Меня вышибло из этого видения. Миг, и я лечу во тьму, теряя сознание, и каким-то странным образом понимая, что это надолго.

В смысле, обморок надолго. Я обязательно очнусь, но не прямо сейчас.

Ощущение не обмануло - в себя я пришла только утром. Открыв глаза, поняла, что нахожусь в мрачноватого вида спальне и увидела яркий, бьющий в окна свет.

Стоило зашевелиться, проснулась отдыхавшая в кресле возле кровати горничная. Девушка подскочила, собираясь звать её светлость, но я остановила:

- Не надо.

Просто утро было слишком ранним. Смысл будить всех?

Поёрзав и убедившись, что чувствую себя нормально, я попросилась в ванную. Горничная подала невесомый пеньюар и проводила к скрытой в глубине спальни двери - только увидав пеньюар, я сообразила, что привычной одежды на мне нет.

Меня переодевали. Ситуация странная, смущающая, но циклиться я не стала. Спросила только:

- Как долго я спала?

Оказалось весь остаток дня и всю ночь.

- Мы так испугались за вас, - неожиданно призналась девушка, - но её светлость сказала, что при принятии дара обмороки - это нормально. Мы думаем всё потому, что семя было сильным.

- Сильным? - переспросила я.

- Очень. - Горничная вдруг понизила голос до шёпота: - Наши болтают, что оно могло вообще вас не принять.

Оу… Они болтают. Зато я-то ничего про магию не знаю!

Всё-таки следовало расспросить Филинию прежде, чем тянуть руки к тому шарику. Впрочем, мне бы всё равно пришлось его взять.

- А бывают случаи, когда зерно не принимает владельца? - спросила я.

- Не зерно, а семя, - благожелательно поправила девушка. - И не владельца, а претендента. Маг становится магом лишь после того, как в его теле поселится семя. До этого он только претендент.

В очередной раз убедилась, что ничего не понимаю в этой их «агротехнике». Вероятно я в этом мире одна такая несведущая.

- Расскажешь подробнее, когда вернусь? - просто мы стояли на пороге ванной, и мне действительно хотелось уединиться.

- Конечно, леди Маргарита, - ничуть не смутилась собеседница. – С удовольствием!

Прозвучало искренне. Горничная не лгала.

Спустя час, который ушёл на разговоры и одевание, багаж моих знаний ощутимо пополнился. Горничная трещала без умолку, и выложила массу всего.

Я узнала, что семена бывают разными, наделёнными разного уровня силой. При этом, как ни странно, потенциал дара не гарантирует ничего.

Обладатель сильного «зёрнышка» может развиться в посредственного мага, а тот, чей дар изначально считался слабым, способен выпрыгнуть за условную планку.

Но второе, конечно, сложней.

Семена есть у всех слоёв населения, не только аристократов. Они передаются из поколения в поколение, в пределах одной семьи.

Новоявленный маг получает дар после совершеннолетия, которое наступает здесь в девятнадцать. Передать дар раньше невозможно - в слишком юном теле магия не приживается, разрушает его, и всё.

Обычно семечко передают именно в девятнадцать, как особый подарок на день рождения. У многих аристократов это целый фамильный ритуал!

Я мимолётно хмыкнула, вспомнив замечание портальщика Боксби о возрасте, мол мой возраст тоже подходит. А ведь я отпраздновала девятнадцатилетние лишь пару недель назад!

- Дар можно передать и позже, - добавила горничная, - но тогда в академию вряд ли не примут. А столичная академия - лучшая! Там…

Тут она отвлеклась на поиск расчёски и не закончила мысль.

Я не настаивала, и без пояснений понимала, что столица - это столица. Интереснее было другое:

- А кроме академии других вузов нет?

- Ву… чего? – переспросили меня.

Я отметила, что с местными нужно подбирать слова и пояснила:

- Учебных заведений.

- Конечно есть, - улыбнулась горничная. - Как не быть?

Мне поведали о трёх расположенных на территории королевства магических школах и одном училище. В школы шли простолюдины с минимальным уровнем дара, а в училище брали всех, кто смог сдать экзамены и набрать проходной балл.

В академию принимали самых одарённых и в основном богатых. Но богатство и магическая одарённость были почти синонимами. По крайней мере в том, что касалось семян дара - у аристократов они были изначально сильней.

От высшей аристократии, к которой относился род Сонтор, сдачи экзаменов не требовали. Зато выгоняли из столичной академии запросто! По итогам первой сессии, не глядя на родословную и чины.

- Три года назад маркиза Отиса отчислили, - доверительно сообщила девушка. - Такой скандал был, такие пересуды.

Я кивнула и продолжила впитывать важную информацию. Правда сказать что-то ещё про мою будущую Альма-матер горничная уже не могла.

Зато она объяснила два других крайне важных момента.

Во-первых, возврат дара. Он проходил либо добровольно, после небольшого несложного ритуала, либо без согласия мага после его смерти. В обоих случаях развитый, сформированный дар менялся – покидая тело, он возвращался в стадию «зерна».

При добровольном возврате - том самом, что предстоит через два года мне, - семечко возвращалось всегда, а в случае смерти носителя - как получится.