Черный снег. Выстрел в будущее - Александр Конторович

Ну да мне в данный момент это все равно — у немцев техники сейчас нет, а пешком они сюда уже вошли.

Где может быть нужный мне домик?

Полуразвалившийся…

Один такой около ворот, от него осталось только две стены, у одной из них я сейчас и сижу. Уцелели ли там доски в полу?

Смещаюсь вдоль стены и заглядываю внутрь. Какой уж тут пол! Даже и балок не осталось.

Этот домик отпадает.

Где второй?

Вот он — метрах в пятидесяти от ворот. И идти к нему придется по открытой местности. Так что подстрелят меня, совершенно не запариваясь, больших дистанций тут нет.

Что придумать?

Да и нельзя прямо к дому идти, фрицы далеко не лопухи, просекут, что я именно там что-то ищу.

Значит, к дому не пойдем. Во всяком случае — сразу не пойдем. А направлюсь я… в длинный дом — монашескую общагу. Так и со стороны логичнее выглядеть будет. Дом большой, есть где спрятаться.

Готов?

Раз, два… пошел!

Пулей проскакиваю пару десятков метров, отделяющих меня от козырька погреба. Приваливаюсь к нему и осматриваюсь.

Стрелять по мне можно теперь только со стены или из небольшой башни. Но залезть туда так быстро немцы просто не успели бы. Значит, туда не смотрим. Поворачиваюсь в другую сторону и прикидываю дальнейший путь.

Так… вон до той часовни, от нее до общаги уже метров двадцать — можно будет одним рывком проскочить. Ага, если дадут!

Но где же немцы? Не могут же они запустить меня в дом? Он большой, искать там одного человека — опухнуть можно!

Должны они где-то рядом быть, я же просто нюхом их чую!

По спине пробежал холодок..

Такое ощущение, что чьи-то недобрые глаза смотрят на меня через прицел. Очень знакомое, надо сказать…

И сидит этот кто-то позади меня…

Не делая резких движений, осторожно смотрю через плечо.

Никого… Показалось мне или на башне действительно что-то блеснуло?

Там снайпер?

Откуда? Ни у кого из четверых фрицев я снайперской винтовки не видел.

Сидит тут заранее?

Ага… так его часовые и пропустили бы…

А этих же фрицев пропустили?

М-м-да… положеньице… оттуда я как на ладони.

Однако не стреляет же? Почему? Это часовой? Возможно…

Ладно, хрен с ним, и поважнее задачи есть.

Ну, сидит, смотрит — ведь не мешает же? Так что — пускай глядит!

Я уже приготовился к рывку, привстал…

Лязг металла!

Совсем рядом!

Где это?

Да под козырьком, где ж еще?

То есть фриц (а это, скорее всего, именно он) прячется у входа в погреб? В полуметре от меня? И стоит мне сделать хотя бы пару шагов…

Тогда и остальные где-то рядом.

Снимаю со спины винтовку и присобачиваю к ней еще один ремень. Скидываю вещмешок и надеваю винтовку назад. Подтягиваю ремни — теперь она висит у меня почти между лопатками. Наброшенный назад вещмешок прижимает ее еще плотнее. Со стороны я, наверное, кажусь круглым идиотом — лишаю себя возможности быстро использовать свое оружие. Но есть еще и пистолет в кобуре. Ее я и расстегиваю, демонстративно проверив пистолет, убираю его назад, застегиваю клапан и сдвигаю кобуру на бок. Так, чтобы бегать не мешала.

Что может видеть посторонний наблюдатель? То, что я приготовился быстро бегать и воевать на короткой дистанции. Оттого и убрал оружие для боя на больших расстояниях. Логично?

Даже очень.

Значит, основной задачей теперь будет недопущение расстегивания мной кобуры и доставания оттуда пистолета.

Убедительно?

По-моему, вполне.

Присев, берусь руками за скобу, вбитую в край козырька, и осторожно приподнимаю голову над ним.

Сидеть тут долго нельзя, немцы в лесу тоже не лохи и, наверное, уже подтягиваются к воротам.

Прыжок!

Только не вперед — на площадь.

Руки-то я так и не отпустил…

Описав в воздухе полудугу, влетаю… под козырек, куда ж еще? Законов физики никто ведь не отменял?

Отпускаю руки и группируюсь по возможности компактнее…

Блямс!

Аж искры из глаз…

Лязгает об пол винтовочный приклад, меня слегка заносит вбок.

Но не зарыться мордой в пол все же удалось… хоть и не сразу — пару метров по ступенькам я прокатился. Прямо на заднице, что далеко не айс. Зато и вышел, как предполагал, — на корточки.

Разворачиваюсь назад.

На ступеньках, прижавшись к стенам, примостились двое фрицев.

В полуприседе смотрят на улицу.

А вот теперь, ребятки, положение меняется. Мы все туда смотрим. Только я нахожусь поглубже вас и смотрю оттуда. И вертеть головами вам уже поздно, да и без толку. Со света в темноту… много ли теперь разглядишь? А вот вы у меня великолепно прорисовываетесь на фоне входного проема.

Еще прыжок!

И финка в правой руке входит чуток повыше поясницы одного из солдат.

Поворот на левой ноге!

Лязгает зубами второй фриц — мой правый сапог с размаху долбит его в подбородок.

Бзынь!

Каска ощутимо впечатывается в стену.

Выдергиваю из ножен штык-нож и загоняю его немцу под ребро.

Минус два…

Локти я себе все же ободрал, кранты гимнастерке…

Плюхаюсь на пол, мало ли… вдруг кто из оставшихся фрицев саданет в проем двери из всего, что у него есть? А что? Вполне вероятное действие с их стороны.

Подтягиваю к себе лежащий сбоку автомат. МП-40, очень даже кстати подойдет.

Тихо…

Фрицы никак не реагируют на мой выкрутас. Не видели?

Молчит и стрелок на башне. Ну, его-то я понять как раз и могу. Пробить из винтовки свод погреба — задача невыполнимая даже теоретически.

Так что же мне — опять вылезать на улицу? Сразу зачесалось под левой лопаткой, словно туда уже уставился неведомый снайпер. А отчего он, кстати говоря, сразу не стрелял?

Если это наш, то без приказа огонь открывать не станет, тут все понятно.

А если это фриц? Тогда он видел, как его товарищи влезли в погреб. И когда оттуда выйду я один…

Спина зачесалась еще сильнее.

Но сидеть тут долго — вообще не вариант. Выходить надо в любом случае.

Ладно… обшариваю фрица и забираю два подсумка с магазинами для автомата. Опять я похож на ходячий арсенал. Но сейчас автомат может мне очень даже пригодиться. Так что не переломлюсь. Мне марафонскую дистанцию не бежать.