Укуси меня, дракон! - Натали Эмбер

– Ещё раз спасибо, истер Грей! – поблагодарила я библиотекаря.

Оказалось, что призрак раньше был деканом в Магической академии, но однажды на занятии выпускного курса, произошёл несчастный случай, и он погиб. У одного из адептов случился неконтролируемый выброс магии и Гаспар принял удар на себя. Он так любил академию, что дал предсмертную клятву служить науке. И теперь его дух навечно заточен в библиотеке.

Когда я зашла в комнату, девчонки о чём-то оживлённо беседовали. А Маркиз сидел на подоконнике и, вытянув левую лапку, вылизывал чёрную блестящую шёрстку. Милый котик. И почему мне кажется, что он подслушивает их разговор?

– О, Вивиан, как тебе первый день в академии? – спросила Хильда.

– Паршиво, – удручённо вздохнула я, – И кушать хочется.

– Могу поделиться, – Хильда тут же достала горшочек с едой и протянула мне, – Пюре из тыквы, – объяснила она, – Угощайся!

– Эта ведьма умудряется постоянно есть и не толстеть, – рассмеялась Лафиэль.

– Точно ведьма! – улыбнулась я, – Спасибо, Хильда!

***

На следующий день я проснулась от дикого воя сирены общей побудки. Интересно, она каждый день будет так орать или хотя бы в выходные нам дадут выспаться? Наспех собралась и отправилась в первый корпус узнавать своё расписание. Первой парой была Теория магии. Я одна из последних влетела в кабинет прямо перед преподавателем. Им оказался истер Корнелиус, которого я уже встречала на распределении. Он немного поворчал на опаздывающих адептов и начал лекцию. Старичок оказался хорошим оратором и вёл свой предмет с особой любовью, увлечённо жестикулируя и объясняя непонятные моменты нерадивым адептам.

Сначала истер Корнелиус немного рассказал нам об устройстве самой академии. В ней, как я уже знала, существовало всего четыре факультета: боевой, бытовой, целительство и артефакторика. Раньше была ещё некромантия, но потом её отменили после нового закона короля о запрете поднятия мёртвых.

Боевой факультет включал сильнейших магов четырёх стихий: огонь, земля, вода и воздух. Они не только учились по более углублённому курсу, но и проходили усиленную физическую подготовку. По окончании обучения адепты-боевики отправлялись на королевскую службу в охранный гарнизон, либо становились жрецами, которые осуществляли контроль над магами и пресекали любые попытки использования дара во вред обществу.

Артефакторика подразделялась на четыре кафедры: алхимия, зельеварение, боевая и бытовая артефакторика. Наша ведьмочка Хильда как раз обучалась на зельевара и планировала в совершенстве научиться готовить приворотные зелья. Она рассказывала, что на этом можно неплохо заработать.

Целительство подразделялось на более мелкие специализации, по расам и видам магических существ. И правда, нельзя же человека и дракона лечить одинаково. В основном на этом факультете учились эльфы, но были и исключения, когда принимали сильных магов.

И последний – бытовой факультет, на который зачислили меня. Здесь изучали базовые навыки магии, и поступить мог каждый, кто имел хотя бы малейшую искру дара. В академии недолюбливали бытовиков, считая их недоучками. Уж повезло, так повезло! Но раз истер Фолдер решил, что на боевой факультет мне идти рано, пока не научусь управлять своим даром, так тому и быть.

Достала свёрнутое трубочкой расписание занятий. Дальше шла пара по Драконологии и обед. Драконы являлись ключевыми существами этого мира. Они составляли высшую знать, и король Его Светлейшество Гаррольд Златокрыл тоже был драконом. Хм… надо же, неожиданно! Тут до меня, наконец, дошли вчерашние слова ректора о королевском амулете, и о том, как он мог оказаться у Даррелла. Вот надо же было так вляпаться!

– Парни, вы слышали новости? Вчера кто-то напал на племянника Его Светлейшества, и он чуть не обратился прямо во дворе академии.

– Ого!

– Не может быть! – перешёптывались мальчишки на перемене.

Да, все уже в курсе. Как выяснилось, чуть не обратился он из-за меня, но есть и третий участник конфликта, о котором мы не знаем. Интересно всё-таки, кто же это? Возможно, за мной уже следят жрецы. А возможно, следят и за Дарреллом, ведь его, как члена правящей семьи, могут использовать в корыстных целях. И чего я за него переживаю? Мне-то что с того? Дракон, как обычно, выкрутится из любой ситуации.

Когда отправилась обедать, встретила соседок по комнате. Мы заняли столик у окошка. С этого места отлично просматривалась вся столовая. Обратила внимание на Лафиэль, которая сидела, мечтательно глядя куда-то в сторону входа. Её щёки были слегка розовыми, а глаза кого-то искали в толпе адептов.

– Лаффи, ты где витаешь? – обратилась к ней Хильда.

– Ой, девочки! Я, конечно, планировала встретить свою любовь в академии, но не думала, что это произойдёт так скоро!

– И кто же этот счастливчик? – любопытно спросила я, оторвавшись от поглощения пищи.

– Его зовут Элендил Вэон – красивейший из мужчин, которых я встречала, – задумчиво ответила девушка.

– И скольких же ты встречала? – поинтересовалась Хильда.

– Ну… он первый, кто сумел растопить моё сердце, – вздохнула Лафиэль.

– А Элендил-то об этом знает? – не унималась Хильда.

– Конечно же, нет! – покраснела Лафиэль, – Не вздумайте проболтаться, девочки!

– Ни за что! – ответила я, жестом закрывая рот на замок.

– Лаффи, неужели ты забыла, над чем я работаю? – Хильда торжественно подняла голову, – Когда я изобрету сильнейшее приворотное зелье, мы обязательно испробуем его на тебе!

– Нет, только не это! – возмутилась Лафиэль, – Я не хочу потом облысеть из-за твоих опытов!

– Или превратиться в жабу, – рассмеялась я, но сразу успокоилась под гневным взглядом Хильды.

Отвлечённая разговором, я не сразу заметила, что в столовую вместе с парой мальчишек зашёл Даррелл. Он выискивал меня и улыбнулся, слегка кивнув, когда наши глаза встретились. Хорошо, значит, мои слова не задели его вчера. Мне стало очень стыдно за свой поступок. И даже не потому, что дракон оказался племянником короля. В душе я понимала: Даррелл не виноват в том, что другие мужчины причинили мне столько боли. Но сближаться с ним я не хотела именно из-за этого. Боялась испытать разочарование снова. А теперь ещё и ректор не велел нам пересекаться. Может быть, это и к лучшему.