На корабле полдень - Александр Зорич

— Ты не понимаешь, — Афина снова посмотрела на мужа покровительственно. — Клоны непрестанно совершенствуются в генной инженерии. У них она, в отличие от нас, разрешена! И притом давным-давно! Соответственно, они могут взять палочника Штока и скрестить его… ну, например, с халкозавром. Представляешь себе халкозавра, стреляющего из лазера, который является неотъемлемой частью его организма? Или того хуже — обезьяну, которая уже достаточно сообразительна для того, чтобы совершать диверсии, и которая по виду — обычная обезьяна, приборы не фиксируют ни оружия, ни взрывчатки! Но при этом в самый неожиданный момент она распахивает пасть и оттуда бьет луч лазера! Который поджигает, ну например, одну бочку на огромном топливном складе… А дальше сам понимаешь… Тут, в общем, такое поле для безобразий… Непаханое просто!

Григорий смежил веки и энергично растер виски пальцами — этот жест помогал ему справляться с особо трудноперевариваемой информацией об окружающем мире. Обезьяна-диверсант с хемолазерным ружьем в гортани… Невероятно!

— Постой… А почему ты саперам нашим всё это не рассказала? Ну, про халкозавра с лазером? Про клонов, которые будут скрещивать нашего палочника с обезьяной? Солдаты ведь, я так понял, больше всего разозлились, что их с настоящей войны выдернули, где люди гибнут, для выполнения какой-то, как им показалось, игровой, несерьезной задачи.

— Они, можно подумать, дали мне возможность что-то объяснить! — Воскликнула Афина возмущенно. — Да эти солдафоны каждое мое слово на смех поднимали! И смотрели на меня как на говно! Будто я им какая-то дура с куриными мозгами, с обложки журнала «Пикничок»!

— Всё равно надо было рассказать. Ну, может, еще представится возможность… Вон, гляди-ка, — с этими словами Григорий указал на мощное кринолиновое дерево справа от них.

По его стволу кто-то карабкался.

И не просто «кто-то». А великолепно сложенный блондин, старший сержант Липин (он был неосмотрительно раздет по пояс). Его сопровождали двое саперов.

И карабкались они на дерево вовсе не по раздвижной лестнице, как Григорий и Афина, а с использованием ручных и ножных крючьев-«кошек» из расширенного комплекта саперного оборудования.

На кроне дерева слева тоже виднелись бойцы!

До Григория и Афины ветер доносил малопристойные обрывки разговора, хотя о чем именно там говорили сказать было невозможно.

— Ну вот! Прошло всего три часа пять минут, а на острове Вторник уже воцарилась настоящая энтомологическая идиллия! — Резюмировал Григорий.

— Твои слова да Богу в уши, — тихо сказала Афина, отмечая как по капельке к ней возвращается вера в человечество и свою счастливую звезду.

Вскоре уже все саперы без исключения были заняты поисками.

Не оставляли надежды и Григорий с Афиной.

— А они хищники, интересно? Эти твои палочники? — Поинтересовался Григорий, чтобы было не так скучно лазить туда-сюда и раздвигать колючие ветки.

— Как это ни странно, нет! Хемолазеры нужны им исключительно для обороны!

— А от кого они обороняются?

— Ну, всех врагов палочника ты уже здесь видел. Во-первых, от белок. Во-вторых, от сорокопутов. И те и другие — грозные противники! А удар клюва сорокопута может разорвать палочника пополам! Но стоит только палочнику ужалить вожака белок или сорокопута своим лазером, как у них пропадает всякая охота с ним связываться! Наивные, они не знают, что в следующий раз хемолазер палочника будет готов к выстрелу только через пять минут!

— То есть палочник, выражаясь языком исторических романов, берет белок на понт, — резюмировал Григорий.

— Да, он берет, а они берутся.

— А чем же он тогда питается? Ведь чтобы наесть такую упитанную тушку, надо много кушать!

— Это как раз совершенно безынтересно. Ну чем питается… Травой, листьями, чем попало, — равнодушно отмахнулась Афина. — Вот если бы у него была четкая пищевая специализация! Если бы он нуждался в каком-то одном кормовом растении, как, например, гусеницы большинства земных бражников! Тогда ловить и разыскивать его было бы совсем несложно! Жрал бы он только молодые бутоны каких-нибудь эпифитов… орхидей, скажем для простоты… вот возле них мы бы его и караулили. А так…

Со стороны соседней кроны послышался счастливый вопль.

— Эй, товарищ Афина! Мы нашли!

— Ой, да что там они нашли? — Прошипела Афина, ей даже не хотелось смотреть на кричавших.

— Товарищ Афина! Поглядите, тот палочник или нет?! — Не унимался боец.

— Афина, ну будь же человеком! Хватить дуться! — Григорий ласково приобнял жену. — Они там и правда что-то поймали. Я поглядел в бинокль — страшно похож на искомого господина с лазером в заднице!

— Не в заднице, а во рту, — пробурчала Афина, однако увещеванию поддалась.

Спустя пятнадцать минут оказалось, что три пары искавших нашли по одному палочнику, а тройка из старшего сержанта Липина, рядового Букина и рядового Греся поймала даже двух!

Итого: пять палочников за час!

Одни лишь Афина с Григорием не поймали ни-че-го.

— Во всем дерево виновато! — С детской непосредственностью заявила Афина. — Заколдованное!

— Но ведь «заколдованное» — это ненаучно, — язвительно заметил Григорий.

После трехчасового отдыха саперы оттаяли.

Как будто произошло чудо!

Не то Розалинов смог их убедить в важности для русского народа этой, комичной на их солдатский взгляд, энтомологической задачи. Не то сон и кофе с бутербродами убедили саперов лучше Розалинова…

Но так или иначе, когда палочники были рассажены по садкам, саперы, повинуясь команде старшего сержанта, встали шеренгой по стойке «смирно» и хором грянули:

— Товарищ! Афина! Просим! Простить! Наше! Гадское! Поведение!

Афина так растрогалась, что с трудом нашла в себе силы не расплакаться.

— Это вы меня извините! Не рассказала вам самого важного про этого палочника! Про хемолазер!

— Про лазер нам товарищ Розалинов растолковал. Иначе не обошлось бы без ожогов, — пояснил старший сержант Липин. — Мы готовы когтями землю рыть, лишь бы только у сучьих клонов этих лазеров никогда не было!

Саперы поддержали старшего сержанта одобрительным ропотом.

«А этот Розалинов не такой лопух, каким кажется», — одобрительно подумала Афина.

Пока амфибия везла их обратно на остров Среду, дежурные по лагерю приготовили отличный обед. Конечно, не будь Афина такой голоднющей, она непременно сказала бы пару колкостей и по поводу чечевичного супа, и по поводу грибной запеканки, но ей было не до колкостей, надо было побыстрее просить добавку!

После трапезы или, как выражались саперы, «приема пищи», все собрались с кружками ароматного чая вокруг Афины. Польщенная всеобщим вниманием, товарищ биолог поставила задачу на вторую половину этого, уверенно обещавшего быть бесконечным, дня.