Начало путешествия - Андрей Мошков

— Я, эээ… Здравствуйте… — растерявшийся Ирбис пытался подобрать нужные слова. Разговоры с незнакомцами давались ему тяжело, тем более когда было нужно самому проявлять инициативу.

— Я х-хотел спросить… Вот он сказал… — покрытая рыжим мехом рука указала на наемника, — что кто-то детей таскает. Это правда?

Непонятно от чего, но было немного стыдно. Старейшина быстро кивнул.

— Двоих, — а затем обратился к мужчине с копьём: — Твой приятель?

— Ага, ну вроде того. Шубу с ним добывали.

Ирбис не знал что ему делать. С одной стороны это совершенно не его дело. Справятся и сами. Но с другой стороны мучила совесть, полностью игнорируя доводы разума.

— А кто нападает? — сделал он последнюю для себя попытку отсрочить принятие решения, хотя итог был ему уже известен.

— Большая птица, мы его "Курупеко" кличем. Раньше только скот таскал, ну мы кое-как отгоняли, а сейчас на детвору позарился. Кровушки людской распробовал… Так что если в путь собрался, ты лучше обожди у нас денёк, пока сударь Нагвел свою работу сделает.

Староста окинул взглядом маленького зверолюда, бывшего ростом немногим более полутора метров: — Тобой тоже не побрезгует.

— Я с в-вами… — нехотя сказал Ирбис, глядя в глаза наемника. Старейшина от таких слов крякнул, и произнес: — Сдурел малой?

— Он со мной, — довольно заявил наемник, а парнишка согласно кивнул.

— Ты его как приманку берешь поди…

— А если и так, то что? Он не местный. Не ваша забота.

— Так-то оно так, но не по-людски вот так детей использовать. Беги ка ты от него малой.

— Это его решение, так что порядок. К тому же я с ним наградой поделиться обещал.

— Трупам деньги ни к чему!

Слушавший начинающуюся перебранку юный зверолюд хмурился все сильнее. Приманкой быть он не соглашался. Был способ узнать настоящие намерения наемника — навык, которым владело все его семейство: способность читать чужие мысли, или попросту телепатия. Навык не очень хорошо дававшийся пареньку. Да и родители запретили его использовать кроме как в крайних случаях… Но сейчас он пришелся бы как нельзя кстати.

— Вы хотите меня как приманку использовать, скормить зверю? — задав наводящий вопрос, юноша прислушался к мыслям мужчины с копьём.

— Ну… А ты не против? Так-то можно!

Мысли обличенные в слова считать с ходу не удалось, только спектр некоторых ощущений и эмоций, которые можно было воспринять за отрицание. Но было в голове наемника и ещё кое-что, гораздо более громкое чем ответ на заданный вопрос — раздражение, и желание вывести из себя старейшину. Ирбис подумал, что сказанное наемником предназначалось не ему, а старику. Хоть причин подобного отношения он и не понимал.

— Я с вами, не приманкой. Вот… — более твердо, нежели раньше произнес юноша.

— Вот и договорились! Тогда хвороста вязаночку и на него выдайте, будьте любезны.

— Ну и дурак, — буркнул себе под нос старейшина, и пошёл к сараю. Навстречу деревенскому главе как раз вышла его жена, несшая мешок.

— Вот, — она поставила свою ношу перед мужчиной, внутри что-то звякнуло. Наемник отпустил копьё, присел на корточки, и незамедлительно проверил содержимое. На свет показалось несколько заполненных и закупоренных стеклянных бутылок. После быстрого осмотра они были возвращены назад.

— Тебя как звать то? Меня Арваде. Арваде Нагвел. Можешь обращаться как хочешь.

Ирбис не любил называть незнакомцам свое имя, считая его чем-то личным и сокровенным. Чем-то чем можно делиться только с близкими. Но представляться было как-то нужно, поэтому для путешествия он придумал и взял себе "дорожное имя", его и назвал: — Я Дайн.

Наемник кивнул. Закончив с ревизией принесенного он принялся за большую вязанку хвороста — просунув руки в петли из веревок, надев ее как рюкзак. Затем очередь дошла до круглого деревянного щита, скрытого ранее под хворостом. К этому времени из сарая вернулся старейшина, и молча бросив ещё одну небольшую вязанку хвороста под ноги юноши, хмурясь ушел в дом. Складывалось впечатление будто он для себя уже похоронил паренька.

— Бери хворост с мешком, и пошли. Время не ждёт, по дороге все объясню, — вздохнув Ирбис сделал как было велено, кое-как приспособив хворост на спине. Собственный дорожный мешок пришлось нести в руках. Оставлять свои пожитки под чьим-то присмотром парень не стал, да ему и не предлагали. Тем временем наемник приладил щит на левую руку. Проверил как там под хворостом его арбалет, ощупал ножны с мечом, и вернул в правую руку копьё. Посмотрел на хилого помощника, хмыкнул себе под нос, и взял в левую руку ещё и позвякивающий мешок.

— Нда, нагрузились как ишаки… Ладно, ходу-ходу!

Нагруженная не пойми чем парочка, во главе с вооруженным до зубов наемником, ранним утром покинула деревню.

***

Как и днём ранее они шли через лес все тем же маршрутом. Вновь разувшийся Ирбис сверлил взглядом спину человека. Так и не услышавший каких либо объяснений, юноша решил заговорить первым: — Зачем хворост? В лесу его много…

— Полно то полно, а сбор требует времени.

Наемник чуть сбавил скорость, чтобы поравняться со спутником, и теперь говорил более тихо: — Так, введу тебя в курс дела, потом вопросы. Пойдет? — зверолюд согласно кивнул.

— В общем так: тварь эта такая зелёная птаха, ростом с двух меня. Оперение разноцветное, но в основном зелёное. На башке толи клюв, толи гребень похожий на трубу. Плоский хвост веером, и грудь красная. С чем-то ещё не перепутать. Вот когда мы с тобой так неожиданно повстречались, я как раз выследил его. Точнее нашел логово, понаблюдал за обитателем, и возвращался в деревню, чтобы подготовиться. Ах, да… Деревенщины говорили, что у него в пасти мелкие острые зубки. Есть по сказанному вопросы?

Ирбис отрицательно мотнул головой, но в этот момент ему на ум пришел вопрос, и он сразу его озвучил: — А где логово?

— В пещере. Глубину не знаю, не заходил.

Человек немного выждал, и не услышав новых вопросов продолжил: — Птаха эта давненько скот мелкий таскала по ночам, в плоть до того, что крыши загонов расфигачивала, ну чтоб к мяску добраться. От чего-то местным плевать было. Терпели. Но с месяц назад сцапала ребенка, тут-то и зашевелились, — при этих словах Арваде ехидно усмехнулся. — Подали запрос в ассоциацию наемников. За работу сущие гроши предложили — наши нос воротили. Заказчик награду поднял. Кое-кто мне на уши подсел, надбавку за