Фракс и гонки колесниц - Мартин Скотт

- И кому взбрело на ум заложить город в таком месте?

- Здесь удобная гавань, и, кроме того, Турай стоит на пересечении главных торговых путей.

Макри произнесла витиеватое ругательство на старо-эльфийском наречии, именуемом на Южных островах королевским. Она изучает королевский язык в Колледже Гильдий и сейчас хочет немного попрактиковаться.

- Мне говорили, что эльфы никогда не ругают дождь, - пояснила Макри. - Несмотря на ливень, они сидят на своих деревьях и прославляют потоп, как ещё один дар природы. Глупые эльфы!

Когда Макри появилась в Турае, она уже бойко объяснялась на обычном эльфийском. Этому она, видимо, научилась от своей эльфийской бабушки. Чем занималась бабушка, я у Макри не спрашивал, а она сама мне не говорила. Ничего не рассказывала она о дедушке по линии орков, а спрашивать я не осмеливался. Как бы то ни было, но мои познания в эльфийском и оркском языках после появления Макри существенно улучшились.

Я поинтересовался, что она делала под дождем. Макри ответила, что искала растения.

- Для чего?

- Для занятий по биологии. Профессор хочет, чтобы мы изучили какое-нибудь интересное местное растение.

- В округе Двенадцати морей это сделать довольно трудно, у нас здесь растений не осталось.

- Знаю. Я отправилась в маленький парк за аллеей Святого Роминия, но парк, к сожалению, исчез. На его месте кто-то возвел жилые дома.

Король Рит-Акан издал строгий указ, регулирующий число парков в каждом городском округе. Согласно этому указу, даже в самых бедных районах должны сохраняться свободные территории, где граждане могут совершать моцион и забыть на время о своих заботах. К сожалению, префекты, которые призваны контролировать строительство в каждом округе, ведут себя очень гибко. Получив взятку от подрядчика, они застенчиво отворачиваются и не замечают, как указ короля о создании парков нахально нарушается. Дошло уже до того, что в округе Двенадцати морей свободного пространства почти не осталось. Самым продажным из всех наших префектов был Толий, которому недавно пришлось бежать после неудачной попытки переложить часть королевского золота в свои сундуки. Заменивший его Дриний, судя по всему, не стал терять времени и с ходу принялся набивать свои карманы. Аристократа в Турае можно узнать по окончанию его имени. Все благородные имена в нашем городе оканчиваются на “ий”. Но лиц аристократического происхождения можно вычислить ещё и по их поразительной готовности хапнуть бабки за любую услугу. Незаконную, естественно. Недаром в Турае родилась поговорка: “Это так же легко, как подкупить сенатора”. Совсем по-другому ведет себя трудящийся люд - те, чьи имена оканчиваются на “окс” или “акс”. Фракс, например. Эти люди честны до идиотизма.

- Я как раз собираюсь за город, - сообщил я Макри. - Если поедешь со мной, сможешь изучать жизнь растений хоть до помутнения рассудка.

Макри мое предложение явно заинтересовало. Вся вторая половина дня у неё была свободна, а эта девица всегда не прочь слегка размяться.

- Поеду, если поделишься со мной плащом магической сухости. Мне обязательно нужно раздобыть какое-нибудь интересное растение. Если я не выполню задание, профессор Тоарий обрушится на меня словно скверное заклятие.

Имя профессора Макри произнесла с кислой миной. Профессор Тоарий, как говорит Макри, из числа тех, кто считает, что атмосфера в Колледже Гильдий существенно улучшится, если её, Макри, оттуда выгонят. Именно Тоарий запретил ей появляться на занятиях в кольчужном бикини, поскольку это одеяние производило среди студентов фурор. Даже мужская туника, надетая поверх бикини, не смогла его умиротворить.

- Он говорит, что я демонстрирую слишком много бедер, - жаловалась Макри. - Неужели показ бедер в Турае - это табу?

- Нет, у нас это не табу. Просто созерцание твоих телес отвлекает молодых людей от изучения философии. Не настраивает их на философский лад, если можно так выразиться.

И вот теперь, прежде чем отправиться в Колледж, ей приходится с головы до пят закутываться в огромный плащ. Макри вынуждена скрывать свои прелести даже летом, когда в Турае жарко, как в преисподней у орков.

- Сердце профессора Тоария холодно, как сердце орка, - сказала Макри и отправилась наверх, чтобы прихватить в дорогу свою боевую секиру.

Макри - девица весьма упорная. Она много работает в таверне и учится в Колледже Гильдий - учебном заведении для простонародья. Макри мечтает поступить в Имперский университет, что, как я постоянно ей втолковываю, просто невозможно. Во-первых, в университет не берут женщин, тем более если в их жилах имеется примесь оркской крови. Во-вторых, Имперский университет настолько привилегированное заведение, что туда допускаются лишь отпрыски аристократический семей. Даже сыновья наших самых богатых купцов с трудом пробиваются в студенты. Университет - символ тотального контроля правящего класса, и у Макри нет никаких шансов туда попасть. Однако, она постоянно отказывается смотреть в лицо фактам. “Колледж тоже не принимал женщин до тех пор, пока я на них не надавила”, - говорит она в ответ на мои доводы. Мне остается лишь восхищаться её настойчивостью.

Вскоре она появилась внизу, вооруженная боевой секирой, парой мечей, кинжалом за голенищем и метательными звездочками. Этим излюбленным оружием Гильдии убийц Макри увлеклась совсем недавно.

- Макри, - запротестовал я, - ты отправляешься всего лишь на поиски цветочков. И кого же, дьявол тебя побери, ты опасаешься при этом повстречать?!

- Этого никто не знает. Но каждый раз, когда я помогаю тебе в расследовании, дело идет хуже, чем мы ждали. Я ещё не забыла того случая, когда все началось поиском пропавшей собаки, а закончилось схваткой с пиратами. А припомни, что было в последний раз, когда я вышла без секиры. Здесь дело кончилось арбалетной стрелой в моей груди, и я едва не умерла.

- Если бы это случилось, нам было бы без тебя очень грустно. Однако хватит воспоминаний. Пошли.

- У твоего порога я нашла конверт.

Я вскрыл пакет и прочитал:

Этот сезон горячих дождей, Фракс, тебе не пережить.

- Снова угроза?

Я кивнул в ответ и подумал, что мне следовало прикончить Гликсия Драконоборца раньше, благо была такая возможность.

На улице было жарко. Дождь усилился, и потрепанный плащ защищал меня от влаги не более тридцати секунд. Макри же завернулась в пожертвованный мною плащ магической сухости и ощущала себя превосходно.

- Дождь не кажется таким отвратительным, - сказала она. - Куда это мы направляемся?

- Я хочу заглянуть к Моксу, поскольку получил отличную подсказку.

Макри понимающе кивнула. Она по-прежнему не одобряла игры на бегах, но на неё произвело впечатление мое триумфальное возвращение домой с двадцатью гуранами выигрыша. В небольшой конторе Мокса было тесно от желающих сделать ставки, там стоял запах мокрых туник и плащей. Туники и плащи - сплошь серые: цвет, который обычно предпочитает простонародье. Я в этом отношении тоже не являюсь исключением. Часть наиболее продвинутых юнцов иногда одевается ярко, но семейный бюджет большинства обывателей не позволяет им тратиться на экзотические одежды. В нашем городе лишь аристократы одеваются в белое.