О птичьих правах, или Отдам принца в хорошие руки! - Наталья Сергеевна Филимонова

И о чем я вообще думаю? При чем тут Карлсон? Только человечков с пропеллером тут и не хватало. Тут реальные ведьмы водятся! И торговыми представителями работают.

— Так и знал, что начнете болтать о чем попало! — рядом с Нарой из воздуха соткался Тим. — Всю эту ерунду ты ей и так разболтаешь, а мы здесь собрались за профессиональными знаниями!

— Ага, знаешь, как мне первые дни тут все непонятно было? А сам?

— Ну разобрались же! — главврач пожал плечами, подошел ко мне и протянул руку.

Я встала из-за парты, на ходу увеличиваясь в росте. Бантики сами собой исчезли, а волосы укоротились до лопаток, на месте юбочки с пиджачком появились строгая юбка-карандаш и свитер оверсайз, в которых я приходила на собеседование.

Мы с Тимом вышли из класса и попали в пустую комнату… то есть не пустую. Под потолком тучей роились… кролики! Белые, красноглазые и с крысиными хвостами. И летали они на маленьких пропеллерах. Из воздуха соткалась ведьма на метле — в короткой юбочке, полосатых чулках, туфлях с пряжками и островерхой шляпе, которая с воплями и улюлюканьем принялась ловить кроликов. Кролики, жужжа пропеллерами, уворачивались и сверкали маленькими алыми глазками.

— За благотворительные цели! — вопила ведьма. — И ценный мех!

— Вот это воображение! — восхитился Тим и потянул меня дальше.

Прямо в операционную. Посреди которой сидел самый настоящий Змей Горыныч!

Или… нет, пожалуй, все-таки не он. Тут голов даже для Горыныча многовато!

— Перед тобой гидра. В целом гидры наделены очень крепким здоровьем, но их главная проблема — головы. Теряя одну голову, гидра отращивает на ее месте две новых. А поскольку мозгов во всех этих головах не очень много, теряет она их регулярно. То откусит кто, то сама расшибется… с возрастом голов становится слишком много. Это плохо влияет на метаболизм и вестибулярный аппарат. В итоге некоторые головы плохо развиваются, и возникает необходимость удалять лишние. Понимаешь, в чем тонкость?

— Чтобы на том месте еще две не выросло?

— Умница! Итак…

Проснулась я от грохота и металлического скрежета. И несколько секунд еще моргала, пытаясь прийти в себя. Перед глазами плясали летучие кролики, помахивая крысиными хвостами…

Да нет же! Это реальный крысиный хвост!

5. Первые пациенты

— Да брось, если он удрал в комнате, то никуда из нее не денется. Вечером придешь после смены и найдешь его у кормушки, — голос у Карилы был сочувственным, моей бедой она явно прониклась.

Свежепоименованный крыс Моня успел-таки за ночь расшатать задвижку, да еще и перегрызть пояс от халата, которым я привязывала дверцу клетки. Правда, когда драпал, он эту клетку еще и обрушил — оттого я и проснулась раньше всяких будильников. Но успела увидеть только мелькнувший хвост, мгновенно скрывшийся под кроватью. А когда я с оной кровати скатилась и заглянула под нее — никакой живности там уже не наблюдалось.

Казалось бы, куда мог деться зверек в запертой комнате, да? Но я, как всякий, кто не понаслышке знаком с повадками домашних животных, не обольщалась на этот счет. Даже крупный кот способен буквально раствориться в пространстве на пяти квадратных метрах без мебели. Я всегда считала, что это магия. И что коты умеют просачиваться сквозь стены.

А однажды владелица моего пациента — милейшего рыжего хомячка — рассказывала мне драматическую историю, как он соскользнул с рук и потерялся в квартире. Нашли его спустя сутки, открыв шкаф с крупами. Крупы были, прошу заметить, в закрытых стеклянных банках, и по уверениям хозяйки, ни одна крышка не была приподнята. И тем не менее, в банке с гречкой, прижавшись пузом к стеклу, стоял ее Хома. С плотно набитыми гречкой щеками, разумеется.

Гречку из защечных мешков он потом еще долго доедал.

В общем, грызуны тоже умеют просачиваться сквозь стены и даже банки… особенно если у них есть великая цель. Вроде гречки.

А крыса — зверь еще и умный. Этот крыс — особенно. И Великая Цель у него, несомненно, есть.

Увы, после целого часа бесплодных поисков пришлось признать свое поражение. Пора было на работу — не могу же я опаздывать в первый рабочий день!

Повседневных обязанностей у работников ветклиники полным-полно, причем дежурства поровну распределяются между всеми, включая главврача. Кто-то занимается уходом за пациентами стационара, кто-то — мониторингом состояния постояльцев гостиницы и подопечных приюта и осмотрами вновь прибывших, а кто-то должен постоянно дежурить в приемном покое, куда своих питомцев могут приводить через портал жители Наора.

На первый день меня посадили на прием в клинике. А в курс дела меня вводила новая коллега Карила, симпатичная девушка с голубоватой кожей, снежно-белыми волосами и заостренными ушами.

А еще меня снабдили целой горой странных предметов, как оказалось — всевозможных артефактов. Лечебных, диагностических, связных…

При слове «артефакты» в голове тут же начали всплывать какие-то обрывки фраз. «Магическая диагностика позволяет выявить очаг воспаления, однако диагноз ставится по совокупности симптомов…». Так, это я откуда взяла? «Главная проблема гидр — головы…», «За благотворительные цели!»

Я чуть потрясла головой. Ага… кажется, это мои новые знания в голове укладываются. Причем не только то, что я помню из своего полубредового сна. Надеюсь, все это удастся привести хоть в какой-то порядок…

— Да, и имей в виду — если будут приходить с какими-то царапинами, ранами и прочими наружными травмами — просто посвисти Шарику! — жизнерадостно объявила Карила.

— Шарику? — растерянно переспросила я.

— А, тебя с ним еще не знакомили? — девушка подскочила к окну и ткнула пальцем куда-то за стекло.

Я подошла следом и ненадолго зависла.

Ничего необычного, просто сиреневый бегемот чинно выгуливает летающую собаку, планирующую над ним на крыльях.

Кончик поводка бегемот держал при этом в пасти.

— И кто из них Шарик? — как-то заторможенно уточнила я.

— Пес, конечно. Очевидно же! Он аралез. Все мелкие травмы — это к нему.

Нет, ну что-то в этом есть, конечно. В самом