Похитители душ. Операция «Антиирод» - Полина Каминская

— Напряги свои кумекалки, командир. А то через пару дней без команды останешься. Я — человек добрый. Тебя не трону. Только задницу надеру и отпущу на все четыре стороны. Пусть тебя твоя совесть загрызет. — Постоял немного, снова разулыбался:

— Ну, так что — решать будем или вам посоветоваться дать?

— Мы подумаем, — с усилием выговорил Вомбат.

— Думайте, думайте, не будем мешать. — Степа удалился, сплевывая через плечо.

Вомбат, извиваясь всем телом, умудрился сесть.

Осмотрелся.

Ежкин кот! — сказал бы Пурген. Ну мы и вляпались! Даже и не припомнишь, когда видел свою Команду в столь плачевном состоянии. Цукоша все еще лежал без сознания, Стармех скрипел зубами, по Ленькиному лицу катились слезы. Стоп, ребята. Стоп. А где же Двоечник? Что-то я не видел, чтобы он из контейнера вылезал. На миг шевельнулась безумная надежда, что Сане удалось сбежать, но тут же угасла. А что толку? Чем нам Двоечник поможет? Даже если и убежал, сидит небось где-нибудь в лесу и плачет. А скорей всего с ним уже Степа разобрался. Нет, тоже не проходит: в таком случае Редкозуб наверняка бы похвастался первым трупом.

— Леня, — тихо позвал Вомбат, — ты можешь до Цукоши дотянуться?

— М-могу… — еле слышно ответил Пурген.

— Пошевели его, поговорить надо.

Сердце, конечно, на части рвется, когда на мужиков таких глядишь, да и Азмуна можно было пожалеть, не трогать, но сейчас именно его мнение нам необходимо.

Цукоша очнулся с ревом молодого слона. А по части ругательств, кажется, переплюнул даже Стармеха. Интересно, Степа нас подслушивает? Хорошо бы.

— Азмун, — позвал Вомбат, выслушав все эпитеты в адрес Редкозуба, — ты можешь хоть приблизительно сказать, чем это нас так шарахнуло?

— Ммм… — промычал Цукоша что-то невразумительное.

— Не знаешь?

— 3-знаю… Не зря мне ноги снились… — Доблестный наш доктор всхлипнул и снова принялся ругаться.

— Хватит, хватит, побереги силы. Нам еще отсюда выбираться нужно. Скажи лучше: что это?

— Стекловата, — прохрипел Азмун.

— Как? Обыкновенная стекловата?

— Да уж… обыкновенная. Была. Мы ее с Зеленым только один раз около ТЭЦ видели. Двоих тогда живьем съело, пока остальные расчухали, что к чему. Ох, и орали они…

— Что значит — съело? — Вомбат, если честно, первый раз слышал о какой-то там хищной стекловате.

— Ну, не съело, а как бы через все тело стекло проросло…

— Не понял я чего-то. А мы тогда почему еще живы? — Вомбат предпочел умолчать о том, что у него в данный момент и ноги-то не болят.

Цукоша заворочался, громко матерясь, а потом неуверенно сказал:

— Я что-то слышал… Что нашлись умельцы, могут этой дрянью как-то управлять. Вот, похоже, Степа как раз один из них.

— Что значит — управлять?

Ох, и пошлет меня сейчас Азмун с моими вопросами. А что поделаешь? Надо как-то выкручиваться.

— Не зна-аю… Я ж сам не видел, только слышал. Блин горелый, больно как… У меня почти до колен все как на куски разрезано. А у тебя, Лень?

— У меня только до щиколоток, но и от этого мало радости. Стармеху, кажется, больше всех досталось… Вишь, как мучается, бедняга…

— А сделать с этим что-нибудь можно? — перебил Вомбат вечер коллективной жалобы.

— Можно, можно. Ванночки из плавиковой кислоты очень помогают.

— Вот деятель, сам от боли загибается, а еще и острить успевает.

— А если серьезно?

— А если серьезно, то у меня в аптечке есть одна штука. Не совсем то, но попробовать можно. Только бы еще аптечку найти, да умельца, чтоб прямо в бедренную артерию вколол. — Тут, видимо, боль вцепилась в Цукошу с новой силой, потому что он замолчал и укусил рукав куртки.

— Командир, а, может, фиг с этим Редкозубом, принесем ему оружие? — малодушно предложил Пурген.

— Нет, — твердо ответил Вомбат, стараясь не глядеть на Стармеха. Тому и правда было хреновей всех. — Я лучше сам ему остальные зубы повыдергаю. Медленно и по одному.

— Ага… — еле выдавил Стармех. — Ты его поймай сначала.

— Вы что — охренели все? — чуть не крикнул Вомбат. — Эту падаль с собой в Квадрат поведете?

— Ты считаешь, лучше здесь от боли подохнуть? — так же, в крик, ответил Стармех. — В Квадрат его, положим, никто не зовет, а парочку автоматов дать можно… Вомбат чуть не задохнулся от бешенства. Щенки! Он уже было открыл рот, чтобы приложить хорошенько раскисших мужиков, но в этот момент в просвете двери снова появился Редкозуб. Один, без сопровождающих.

— Посовещались? — спросил он. И столько в его голосе было жирной уверенности, что сейчас ему начнут выдавать оружие пачками, — Вомбат от ярости чуть на ноги не вскочил. — Что решили?

Нельзя не признать, что даже такой искушенный негодяй, как Степа, слегка обалдел от последовавшей затем тирады Вомбата. Он стоял, хлопал глазами и, не перебивая, слушал. Вомбат остановился сам и только тогда, когда увидел, что Редкозуб уже совершенно опомнился и даже получает удовольствие от его брани.

— Отлично! — похвалил Степа. — Мне понравилось. Особенно подробности моей личной жизни с быстряками. Ну, с тобой, командир, все ясно, твое мнение я выслушал. А что твои солдатики скажут? — Вомбат было открыл рот, чтобы продолжить, но тут заметил, как Степа сунул руку в карман. Неуловимое движение — и Леня, Стармех и Цукоша зашлись в одновременном зверином вое. — Нравится? — Подмигивая, спросил Степа у Вомбата. — Хочешь, подарю? — На этот раз никакого движения Вомбат не заметил, но все мгновенно стихло. Цукоша, похоже, остался лежать без сознания. — Ладно, ребятки, еще чуть-чуть дам вам подумать, только вы уж не ссорьтесь, ладно? — Степа вышел.

— Ты видел? — обратился Вомбат к Стармеху. — Он правда этой фигней управляет.

— Ничего я не видел… — процедил Дима сквозь зубы. — Я сейчас сам себе ноги отгрызу…

— Спокойно, Стармех, спокойно. Нельзя так. Нужно что-нибудь придумать… — Вомбат старался говорить как можно уверенней. — Не может быть, чтобы нас так просто сломали. Представь, как мы своими руками Редкозубу Квадрат сдаем, отвлекись хоть немного и представь…

Ох, не знаю я, чего он там себе напредставлял. Ежу понятно, что адские боли активизируют фантазию только в одном направлении — "чтобы я сделал, попадись мне Степа в руки", так ведь?

— С-сволочь… — Цукоша пришел в себя. — Где моя аптечка?…

— Вообще-то аптечка у меня, — раздался робкий голос из темного угла. — Но я боюсь, что не смогу найти бедренную артерию.

Мужики хором вздрогнули и уставились в угол. Из-за кучи наваленных там мешков появилось бледное испуганное лицо Двоечника. Испуганное, но не искаженное болью. Но самое главное: Саня спокойно стоял на своих двоих!