Оберег для огненного мага - Ульяна Каршева

Шаг назад. Снова застыла. Стыдно, противно… А взгляда от них не оторвать. Как закинула голову Эмбер, подставляя шею жадным губам Мэтти, как Мэтти грубо сжимает ее, обнимая… Глядя со стороны, Алекса сухо отмечала: нежности нет – одна голая животная страсть. Неужели Мэтти не хватало в их отношениях именно этого?.. Или… она просто завидует им? И он мог бы так целовать ее, а ей бы… нравилось?

Шаг в сторону – теперь их не видно.

А уйти совсем – никак.

Перед глазами дверь. Свет из проема. Тень на ней. Еще гуще тень в углу. Надо уйти. Но как… И как потом с ними разговаривать? Можно сбежать с вечеринки и потом не общаться с Мэтти. Но Эмбер придет домой, и с нею придется говорить. Она, наверное, будет стесняться, сворачивать разговор. И что ей на это сказать?

…Алекса с трудом сглотнула. Горло занемело от кома в горле. Совершенно оглушенная, быстро-быстро заморгала сухими глазами. Надо уйти. Кажется, эта единственная мысль больно бьет в виски, а ноги все стоят на месте… Не сдвинешь… Тогда по шагу… Шагнула снова назад, не глядя, и уперлась будто в каменную стену. Наверное, сегодня была в саду, оттого в ошеломленном сознании это первое впечатление и отложилось. Но не повернулась, вдруг сразу поняв, кто за спиной. А он положил руку ей на плечо. Твердая ладонь скользнула по руке, сжала локоть и жестко повернула девушку.

– Уйдем, – безразлично сказал Карей.

Другой рукой он обнял ее за талию и повелительно повел куда-то по коридору. Сначала Алекса передвигала ватными ногами, сильно опираясь на его руку, потому что боялась упасть. Потом постепенно вернулись звуки. Девушка уловила гулкий стук и поняла, что так в коридоре отдается танцевальная музыка из гостиной. И наконец встрепенулась, когда сообразила, что Карей ведет ее дальше, от музыки.

– Нет, – жестко сказала она. – Я ухожу домой. Я в порядке.

Она напряглась, испугавшись, что он начнет уговаривать остаться и вообще затащит куда-нибудь в темную комнату, пользуясь ее замешательством и растерянностью. Но он остановился немедленно и кивнул, а потом сказал:

– Не уйдешь – отвезу. Я на машине. Пошли.

Как ни странно, именно эти рубленые фразы делового человека Алексу привели в полное сознание. Она увидела, как он согнул руку, и, нисколько не сомневаясь, вцепилась в его жесткий локоть, зашагала рядом немного поспешно, потому что он был высоким и на каждый его шаг ей приходилось делать пару-тройку своих. Собственно, именно это и возвращало к реальности. Поспевая за Кареем, Алекса начала не только приходить в себя, но и замечать происходящее вокруг. Удивленные и завистливые взгляды девушек, например, видевших, с кем она идет. Танцуя с Кареем, она, сосредоточенная на музыке и на движениях, как-то этого не замечала, но сейчас видела очень остро. И это ее задевало.

Изнутри глухо поднималось раздражение. Да не заберет она эту знаменитость у них!.. Он нужен ей сейчас сугубо прагматично – отвезти домой, и на этом его участие в ее жизни закончится. Она должна сосредоточиться только на учебе и на доме. Осталось проучиться до лета, а там последний курс, а дальше… Господи, что за мысли…

Тем острее она восприняла странный взгляд девушки в необычном платье. Само платье было даже очень закрытым, почти бесформенным куском ткани, свободно струящимся по телу, прячущим даже руки и ноги, что уж говорить об отсутствии декольте… Вот только было оно странного, черно-алого цвета, что резало глаз даже в мягко освещенном коридоре. Девушка прошла мимо них, скользнула глазами по Алексе, столкнулась взглядами, быстро отвела глаза, опустила. Но Алекса уже невольно насторожилась и поймала другой ее взгляд – на Карея. Взгляд равнодушный, зато слегка приподнялась бровь. Уже заледеневшая в напряжении Алекса легко прочитала: «Ну что? Получилось?» Она почувствовала, что непроизвольно начала дышать ртом, потому что зачастившее дыхание не помогало: воздуха отчаянно не хватало! Теперь заледенело не только горло, но и губы.

Из-за непонимания… Что же происходит?!

Девушка в странном платье объединила Карея и ее, Алексу. Что она имела в виду, спрашивая его о чем-то, получилось ли? Или… Или она, Алекса, теперь во всем видит двойной смысл? И все невинное вызывает у нее подозрение? Жаль, нельзя было увидеть в этот момент глаза Карея.

Между тем парень вывел ее в фойе дома, и Алекса не выдержала, выдернула руку:

– Подожди!

– Что?

Он остановился и обернулся к ней:

– Ты же приехала без верхней одежды!

– Откуда ты знаешь? – поразилась Алекса.

– Стоял здесь, ждал, когда ты приедешь, – без капли смущения ответил Карей.

– Зачем?

– Зачем я ждал, пока приедет девушка, с которой мне хочется танцевать?

Кажется, он даже обозлился из-за ее непонимания. И эта его плохо выраженная злость – лицо же все равно каменное! – заставила ее мотнуть головой и пойти чуть вперед, показывая без слов, что она послушна. Пока не доедет до дома. Там свои стены. Там все налажено и все правильно. Там она придет в себя и будет знать, что делать дальше.