Проклятый цирк - Серж Брюссоло

Наклонившись к синему псу, они тянули свои крохотные ручки, чтобы погладить его. «Как красиво! – приговаривали они необычными, чуть гнусавыми голосами. Как красиво!»

Пегги внезапно пришла в голову идея.

– Я отрежу для вас прядку, если расскажете нам, как найти невидимый город, – предложила она негромко, стараясь не спугнуть малышей каким-нибудь резким движением.

Гномы быстро переглянулись. Их физиономии чем-то напоминали кроличьи мордочки, только без шерсти и длинных ушей. В общем, их внешность не была привлекательной… скорее даже пугающей.

– Невидимый город… – хмыкнул самый старый из троих гномов. – Вот, значит, куда ты хочешь попасть? Очень, очень нехорошее место. Прибежище пиратов, разбойников. Ты хоть знаешь, как он устроен?

– Нет, – призналась Пегги Сью.

– Любой, кто пересекает границу невидимого города, становится прозрачным, – принялся объяснять гном. – И никто за его пределами не сможет вас обнаружить, что верно, то верно… Беда в том, что все в этом городе тоже прозрачное. А это означает, что вы ничего не видите – ни домов, ни людей, ни предметов… Вы то и дело наталкиваетесь на них и передвигаетесь ощупью, вытянув перед собой руки, чтобы не натыкаться на препятствия.

– Какой кошмар, – простонала Пегги. – Никто не говорил мне об этом. Так что же, люди в этом городе так без конца и сталкиваются друг с другом?

– Бедные – да, – отозвался гном с усмешкой. – А богатые берут напрокат волшебные очки, которые позволяют им видеть как обычно. С их помощью они обходят препятствия, избегают ям и крутых лестниц. К сожалению, плата за пользование очками очень высока. Как только у вас заканчиваются деньги, очки отбирают, и вам снова приходится бродить по городу вслепую, терпя брань, насмешки и удары прохожих… О! Это злой, безжалостный мир, совсем не подходящий для таких юных девушек, как вы. Так что я очень не советую вам искать убежища именно там.

Пегги повернулась к сестре, чтобы узнать, что она по этому поводу думает, но из-за деревянной маски различить выражение ее лица было невозможно.

– Невидимый город – западня, – снова заговорил гном. – Немало беглецов угодило в нее. Они бросаются туда, не оглядываясь, думая, что окажутся в безопасности, вне досягаемости для врагов. И все идет неплохо, пока они могут ежедневно оплачивать аренду очков. А потом их положение резко ухудшается. Истратив последнюю монету, они оказываются затерянными в лабиринте, в котором не видят ни стен, ни обитателей. Некоторые горожане, просто для развлечения, принимаются играть с ними злые шутки – подставлять подножки, сталкивать с лестницы. Без очков в этом городе долго не выжить – непременно сломаешь или ногу, или шею. А всех калек оттуда немедленно изгоняют. Неспособные бежать, они сразу же попадают в руки своих преследователей. Так что, милые барышни, если только вы не беспредельно богаты, я очень не советую вам пытаться спрятаться в невидимом городе. А теперь, когда я ответил на твой вопрос, могу я получить свою плату?

Вынув из кармана перочинный ножик, Пегги склонилась над синим псом, отрезала клочок синей шерсти и вручила его гному, который тут же отвесил ей благодарственный поклон, как заправский царедворец.

– А нам? А нам? – раздались протестующие голоса других гномов. – Спроси нас о чем-нибудь! Потребуй нашего совета! Мы с радостью ответим тебе, если ты пообещаешь нам такую же награду.

– Ладно, – сказала Пегги Сью. – Если невидимый город не годится в качестве убежища, куда же нам отправляться?

– На гору Молодости! – отозвались гномы хором. – Это единственный способ уйти от погони.

– За вами по пятам гонятся феи, верно? – снова заговорил первый гном. – Мы видели, как погибли глиняные истуканы. В их убийстве явственно проступал почерк фей. Мы их не любим – они считают себя выше всех и презирают нас за наше уродство. Хотят править всей планетой, навязать свою волю всем остальным существам, но нас такое не устраивает… поэтому мы готовы вам помочь… и еще ради синей шерсти твоей собаки.

– Согласен, – проворчал пес, – но в последний раз, понятно? Не вздумайте приглашать ваших приятелей и знакомых, иначе такими темпами я скоро останусь совсем голым.

– А что это такое – гора Молодости? – вмешалась в разговор Мария-Же-невьева.

– Вы увидите ее, как только рассветет, – ответил гном. – Она возвышается на северо-западе отсюда. Но гору часто скрывает туман, так что люди проходят мимо, не догадываясь о ее существовании.

– Но такой горы нет на карте! – удивилась девочка в деревянной маске.

– Совершенно верно, – подтвердил ее крохотный собеседник, – дело в том, что она была посажена значительно позже.

– Посажена? – поразилась ПеггиСью. – Гора?

– Да-да, именно так. Знаете ли, однажды король Никовода решил, что здешний пейзаж слишком скучен, однообразен; он призвал к себе одного волшебника и велел ему исправить ситуацию. Тот колдун посадил в землю семена гор – синих и красных, больших и маленьких. По его задумке, из них должен был вырасти целый горный хребет. Увы, зима в тот год случилась очень суровая, и большинство семян не взошло. Только одно из них проросло – так и появилась гора Молодости. Каждый раз, когда идет дождь, она подрастает на метр или два. Ее посадили уже давно, и теперь ее вершина касается облаков. Надо думать, там довольно холодно.

Пегги была совершенно огорошена. Ей и в голову не приходило, что горы можно сажать, как горох на огороде! Ну что ж, она ведь еще очень молода и многого не знает о мире, не так ли?

– А почему эта гора так называется? – снова спросила Мария-Женевьева.

– Из-за ее особых свойств, – продолжил объяснения гном. – Как вы уже догадались, гора волшебная. Любой, кто поднимается на ее склоны, начинает молодеть.

– Что-что?

– Ты что, оглохла? С каждым пройденным метром человек сбрасывает несколько дней своего возраста. Так что по мере приближения к вершине он становится сначала юношей, затем подростком, ребенком… и, наконец, новорожденным младенцем. Разумеется, степень преображения зависит от того, в каком возрасте человек начинает восхождение. Глубокий старик может надеяться добраться до самой вершины, а человеку помоложе лучше остановиться где-нибудь на середине подъема, чтобы не превратиться в грудничка. Беда в том, что нередко, начав восхождение, люди не могут вовремя остановиться… Ощущение молодости настолько опьяняет их, что они лезут все выше и выше!

Пегги Сью пыталась рассчитать в уме, на сколько дней ей пришлось бы помолодеть, чтобы снова стать младенцем. Так, посмотрим… сейчас ей пятнадцать лет, то есть надо умножить 15 на 365… (непростая операция!), что дает в итоге 5475 дней. Да, должно быть так. Значит, если с каждым пройденным метром она будет молодеть, скажем, на два дня, то в новорожденного кроху она превратится на высоте около 2000 метров.

– Вершина горы поднимается на 3500 метров, – услужливо сообщил гном, догадавшись, что Пегги погрязла в лабиринте математических вычислений.