Особый курьер - Алекс Орлов

До обеденного перерыва Джек и Байрон успели обработать двенадцать судов. Они сделали бы и больше, но их бочка заполнилась и ее необходимо было освободить.

— Ну что, сольем бочку и рванем к двадцать четвертому? — предложил Джек.

Его лицо раскраснелось, и ему в общем-то понравилось работать с Байроном, если, конечно, не вдаваться в подробности самой работы.

— Не спеши, Джек. Не пытайся до обеда сделать то, что можешь сделать после него, — изрек Байрон. — Сейчас мы сольем горшок, и у нас останется только полчаса на то, чтобы снять с себя робу, помыть руки и с достоинством свободных людей проследовать в столовую. Там я покажу тебе одну из достопримечательностей нашей фирмы.

— Какую достопримечательность?

— Посторонись, вонючки! — крикнул водитель электрокара, тащившего на тележке какой-то сложный агрегат.

— Проваливай, Позитрон! — крикнул в ответ Док

Байрон.

— А это кто?

— Бригадир электриков Сони Дадл.

— А почему ты зовешь его Позитроном?

— Он не знает, что это такое, и очень злится, — улыбнулся Док.

Напарники дотолкали бочку до положенного места, где Байрон занялся сливом, а Джек стал глазеть на спешивших на обед холеных пилотов.

На них была красивая синяя форма, украшенная знаками различий и флажками, указывающими на количество благодарностей. Пилоты шли с высоко поднятыми головами и не обращали внимания на снующих между боксами механиков, электриков, заправщиков и «вонючек» вроде Джека и Байрона.

«Эх, буду ли я когда-нибудь сидеть за штурвалом уиндера?» — вздохнул Джек.

— Эй, коллега, хватит страдать. Пошли переодеваться.

— А бочка? — спросил Джек.

— Ну, можно, конечно, пристегнуть ее к трубе, но я сегодня забыл цепочку, — серьезно ответил Байрон. — Ладно, пошли. Авось пилоты ее не упрут.

Напарники вернулись в раздевалку, где в специальной комнате окатили другу друга хлорированной водой и только после этого сняли защитные комбинезоны.

Уже выходя из раздевалки, Байрон хватился:

— О, чуть не забыл. — И, вернувшись к шкафчику, достал оттуда небольшую коробочку. Затем показал ее Джеку и спросил: — Ну, белый брат, как ты думаешь, что там у меня?

— Запонки с брильянтами, — улыбнулся Джек.

— А вот и не угадал. У меня там настоящая боевая награда.

— Правда, что ли?

— Смотри сам. — Док открыл коробочку и вынул небольшую медальку золотистого цвета. С гордым видом он нацепил ее на грудь и, после этого позволил Джеку прочитать надпись.

— «Почетный ассенизатор», — прочитал Джек и удивленно посмотрел на Байрона: — Это тебе здесь выдали?

— Ну конечно, — усмехнулся тот. — Дождешься от них. Сам заказал у знакомого гравера за шестьдесят кредитов.

— А зачем она тебе?

— Пойдем в столовую, сам увидишь, — предложил Байрон, и напарники покинули раздевалку.

До столовой было совсем недалеко, и уже через пять минут они входили в зал. В присутствии множества служащих фирмы Байрон сразу изменил походку и вошел в столовую с гордо поднятой головой, будто он был послом могучей державы. Сидевшие за столиками сотрудники невольно обращали на него внимание и, естественно, замечали его медаль.

Даже пилоты не выдерживали своей надменной непроницаемости и внимательно вглядывались в неизвестную им награду.

— Вот видишь, Джек, зачем нужна эта медаль, — тихо обронил Байрон и, встав в общую очередь, добавил: — Это еще не все, смотри, что будет дальше.

Люди двигались вдоль раздачи, ставя на подносы салаты, лапшу, котлеты — что кому по вкусу. В отличие от них Байрон почти ничего не брал, а поравнявшись с парнем в поварском колпаке, сказал:

— Вот что, боец, сооруди-ка мне порцию гуляша, только попостнее — я не люблю жирного. — При этом Док глубоко вздохнул и уставился куда-то вдаль, словно погрузившись в бездну воспоминаний.

К удивлению Джека, раздатчик не послал Байрона подальше и подал тарелку, нагруженную самым лучшим гуляшом.

— Спасибо, дружище, — произнес Док тоном уставшего ветерана и, ткнув пальцем в Джека, добавил: — Этот парнишка со мной.

И Джеку сделали такую же королевскую порцию.

— Ну ты силен, Док, — покачал головой Холланд, когда они садились за стол.

— Подожди-подожди, сейчас начнется самое интересное, — сказал Байрон, кивнув в сторону замаячившего неподалеку Позитрона.

Сони Дадл осторожно приблизился к «вонючкам» и, заглянув Байрону в лицо, улыбнулся:

— Привет, Бэри. Ничего, если я к вам подсяду?

— Садись, Сони, я всегда рад тебя видеть. Не отводя взгляда от медали, Позитрон расставил на столе свою снедь и тут же спросил:

— А это чего у тебя такое, а?

— Да-а, — махнул рукой Док, — в граверной лавке заказал за шестьдесят кредитов. Подурачиться решил.

Однако Сони Дадл вовсе не считал себя простаком и, посмеявшись над шуткой Байрона, сказал:

— Ну а если серьезно, Док?

— А если серьезно, Сони… — Тут Байрон вздохнул и выдержал паузу. — А если серьезно, Сони, то рано или поздно награда находит своего героя.

— Ну да, конечно, — кивнул Позитрон, даже не притрагиваясь к еде.

— Любой честный труд, всякое доблестное служение всегда вознаграждаются.

— А то, — опять кивнул Дадл и осторожно спросил: — И кто тебе выдал медальку-то, а, Бэри?

— Понятно кто — босс.

— Мистер Дэниел Глосберг? — удивился Позитрон.

— А ты думал?! Не каждый день у нас награждают людей, Сони, — нравоучительно произнес Байрон, подчищая куском булки соус.

— Вот бы мне такую, — выдал свои сокровенные мысли Позитрон, вздохнув над нетронутыми тарелками.

— Это не так легко. Нужно много работать или совершить поступок.

— Но ведь ты работаешь на фирме только четыре года, а я уже двенадцать лет, — возразил Дадл.

— Я же тебе говорю — нужен поступок, — повторил Байрон, вонзая зубы во фруктовый пирожок. Затем посмотрел на Джека и сказал: — По крайней мере, теперь я хоть связями обзавелся.

— Да, связи — вещь нужная, — кивнул Джек, подыгрывая напарнику.