Встречный бой - Дмитрий Казаков

Неподалеку сопела Инга.

— Ну, как вы там? — перейдя на связь посредством ком-линка, поинтересовался субтактик.

— Нормально, клянусь Пророком! — отозвалась Марта, прикинув, что до ровного места осталось метров десять. — Он где?

— Чуть левее, за бруствером из камней, — после почти незаметной заминки ответил Антон. — Двигайтесь вправо, тогда он вас не увидит. Так, из дома выходит еще один, но без оружия…

— Хоть это радует, — невозмутимо заметила Инга.

Последний участок девушки преодолели на четвереньках. Правее склон уходил вниз, спускаясь к той же пропасти, левее виднелась серая бугристая туша бруствера.

— Ты берешь на себя стрелка, — сказала Инга, подбираясь для броска. — На мне — второй.

— Пошли! — скомандовал субтактик.

Марта ощутила, как сократились, подобно тугим пружинам, мускулы. Прыжок швырнул ее вперед, бруствер остался позади, зрительные усилители выловили цель — сидящего на корточках мужчину.

Генератор загудел и несколько сотен плазменных «игл» вылетели из широкого дула. Выстрел угодил бунтовщику в голову. Брызнула кровь, могучее тело рухнуло на спину.

Марта повернулась, готовая помочь Инге, но та стояла спокойно, опустив оружие, а у ее ног скулил, держась за лицо, совсем молоденький парнишка. Раздутое, ребристое горло и выпирающая переносица выдавали уроженца Халикта, модифицированного для выживания в ядовитой атмосфере, а из носа капала кровь.

Крупный череп и тонкие руки с длинными пальцами говорили о том, что перед ними никак не шахтер.

— Даже стрелять не стала, — сказала Инга с презрительной улыбкой. — Одного удара хватило. А ну говори — есть тут еще кто?

— Нет… — голос мальчишки сорвался, задрожал. — Никого нет!

— Не убивайте его, — прошелестел в голове голос субтактика. — Допросим сначала.

Летательный модуль мягко спустился с высоты и двинулся к дому. Точно огромная муха, облетел вокруг, а потом толкнул дверь и скрылся внутри. Через пару минут вылетел назад и опустился наземь.

— Похоже, что и в самом деле никого нет, — сказала Марта и повернулась к убитому ей форсеру.

Приглядевшись к нему, девушка удивлено хмыкнула. Лежащий перед ней крупный мужчина мог служить в ее боевой бригаде или в любой другой. Его тело покрывала серая химериновая броня — верный признак форсеров боевой модификации.

— Один из наших? — спросила Инга, повернув голову.

— Похож, — Марта опустилась на корточки, перевернула лежащего на живот. Под шахтерским комбинезоном не прощупывались имеющиеся у любого из бойцов слоты, — да не совсем…

— Что тут у вас? — из-за бруствера вышел субтактик. За ним показался озирающийся по сторонам Джим.

— Вот, нашли… — сказала Марта, вставая.

Субтактик подошел, наклонился, приподнял погибшему веко. Под ним обнаружился обычный глаз, не похожий на оснащенные усилителями органы зрения солдат.

— Недоделанный… — проговорил Антон презрительно.

О том, что существуют менее совершенные боевые форсеры, созданные на начальном этапе экспериментов Пророка, слухи ходили всегда. Но впервые солдаты столкнулись с доказательством того, что идеальный вариант модификации был создан далеко не сразу.

— Тело сжечь. Джим, Пабло — выполнять, — приказал субтактик. — А я пока допрошу нашего пленника.

Мужчины одновременно закинули карабины за спину, так что те повисли на сократившихся кабелях, и поволокли труп куда-то за дом, а Антон подошел к обитателю Халикта вплотную.

Под взглядом субтактика тот съежился и задрожал.

— Кто ты такой? Почему вы оказывали нам сопротивление?

— Потому что вы все равно убили бы нас, — сказал мальчишка, шмыгнув носом. — Арчи… и меня.

— Почему ты так думаешь? — удивление субтактика выглядело искренним. — Мы убиваем лишь тех, кто сопротивляется.

— Нет! Всех, кто не согласен с проклятыми законами Зигфрида фон Хайнца! — выкрикнул пленник, оскалившись и брызгая слюной. Лицо его покраснело, а глаза загорелись. — Кто не хочет быть его рабом!

— Ты отрицаешь Кодекс? — субтактик расстегнул карман рюкзака и вытащил небольшую книжечку в сером блестящем переплете. — Не веришь в Эволюцию?

Стальной Кодекс — священный текст, написанный непосредственно Пророком, носил с собой и знал наизусть каждый из форсеров.

— Верю… — порыв прошел и голос мальчишки зазвучал не яростно, а безнадежно устало. — Но почему я не могу выбрать девушку из шахтеров или фермеров, которая мне нравится, жить с ней вместе и завести собственных детей?

Стальной Кодекс не запрещал форсерам влюбляться, создавать пары, но четко регламентировал появление на свет потомства — в репродуктивных центрах, и его воспитание — отдельно от родителей, под присмотром матерей-воспитательниц.

— Потому что это не отвечает интересам эволюции нашего вида, — мягко ответил субтактик. — Мы должны как можно быстрее заселять новые планеты, адаптируясь к их условиям, а не тратить время на потакание атавистическим инстинктам, на то, что люди называют семьей…

Антон, как и любой офицер, отвечал за моральное состояние подчиненных. Чтобы поддерживать его в кондиции, он прошел специальную подготовку и мог вести подобные разговоры часами.

Но мальчишка только вздохнул и отвернулся.

— Что мне до эволюции нашего вида, если мне запрещают иметь детей? — пробормотал он. — Не в биологическом смысле, а своих, каких можно воспитывать, следить, как они растут…

— Ты один так думаешь или нет? — продолжал спрашивать субтактик. — И ты так и не сказал, кто ты такой… На шахтера ты похож мало. Отвечай!

— Меня зовут Кристоф, — сказал пленник, глядя в землю. — Я был инженером центра модификации в Гаржиме…

Пятнадцать минут понадобилось ему, чтобы рассказать все.

Волнения на Халикте начались три месяца назад, когда один из молодых форсеров объявил, что хочет жениться на сверстнице и завести детей помимо всякого плана.

Планета отличалась сравнительно мягкими для Сложного Мира условиями, на ней иногда появлялись люди, так что КОСМ сдерживала модификацию местных жителей на минимальном уровне. Так, чтобы в случае проверки все легко было бы объяснить естественной мутацией. Возможно, именно это являлось причиной того, что по психологии население Халикта много больше походило на предков с Земли, чем на собратьев-форсеров.

Власти планеты попытались урезонить смутьяна, но обнаружили, что тот обрел тысячи сторонников. Среди них оказался и Кристоф, и глаза парня горели гордостью, когда он рассказывал об охватившем Гаржим, столицу планеты, настоящем мятеже.

— Мы отвергли законы КОСМ и решили жить по собственным! — сказал пленник в завершение. — Но тиран, которого вы именуете Пророком, прислал вас, чтобы утопить Халикт в крови…