Пена колдовских доменов - Виктор Чирков

– Ну, ты и инфекция…

– Дезинфекция, а тебе это не повредит, – перебил котище и посмотрел на Яна.

Шеф судорожно хватал воздух ртом, а в глазах появилось некое осмысленное выражение.

– Сестра, зажим! – неизвестно к чему заорал Пуфф и хлопнул толстыми лапами, стакан поднялся в воздух и выплеснул содержимое в рот шефу, «больной» проглотил и часто-часто задышал.

– Сестра, тампон!

Крышка подпрыгнула, котище сцапал самую большую очищенную дольку и с криком: «Лечить так лечить» отправил ее прямо в рот Яну. Секунды три ушло на пережевывание пищи, затем шеф вскочил… Пуфф прижал уши, зажмурил глаза.

– Сестра, окоп? – успел съязвить Марк, параллельно ища глазами путь к бегству.

– Воды! – наконец выдохнул Ян.

Сэр Кирик протянул пол-литровую кружку, затем еще одну… Ее «больной» выпил только на треть, вздохнул…

– А у вас не найдется на завтрак что-нибудь еще? – спросил он, усаживаясь на свое место.

– Вернулся! – обрадовался Пуфф и проглотил слюну, да так шумно, будто ее было целое ведро…

– И еще, если в этом мире есть, конечно, – хозяин Замка тысячи миров мечтательно прикрыл глаза и в воздухе поплыл чудесный аромат.

– Кофе, обижаете… И я думаю не маленькую чашечку, а…

– Тазик, небольшой тазик, а то было так сыро, так грязно, – загнусил Пуфф.

Ян попытался ухватить котищу за ухо, но промахнулся.

– Незя, я это, как его, домашний Хранитель очага! Во! Не, домашнего очага или… Животных бить нельзя! Нужно гладить и чесать за ушком! Хорошо кормить…

– А хранитель руки мыл перед едой?

– Я весь мылся, в окопе, на берегу озера.

Пуфф предъявил свои передние лапы, на них засохли комки белой глины. На Марка было страшно смотреть.

– А, лапы? Счас.

Безобразник высунул язык и по-кошачьи принялся облизывать глину, периодически сплевывая на пол.

– Ну, знаешь… – и интеллигентный демон потерял дар речи.

– Знаю, но так крепко пристала, – нагло ухмыляясь, ответил Пуфф.

– Насчет тазика это он у нас… – начал Ян, но задумался, подбирая определение помягче.

– Хам трамвайный, – закончил Марк, наконец, приходя в себя.

– Сейчас сделаю кофе и разогрею шашлык, вчерашний, но хорош! В дождь я обычно не готовлю, все равно никого нет, – и хозяин удалился.

– Это кондуктор или контролер? – на голове Пуфа появилась фуражка, в одной лапе рулон бумажных полотенец с изображением билетов, в другой – компостер соответствующего размера. Морда приняла озадаченное выражение.

– Пассажир, – хмыкнул Ян, снимая кроссовки и вытягивая ноги к огню. Затем он взял «билетный» рулон, отмотал кусок, с наслаждением скомкал его и засунул в кроссовку.

Марк и Пуфф замерли, с ужасом наблюдая за шефом…

– Вы чего? Ноги у меня мокрые и замерзли. Не до приличий, тело на сухое место ставить надо было, – произнес Ян назидательно, заталкивая большой ком бумаги во вторую кроссовку. Тем временем от красных носков начал подниматься пар.

– С вами все в хорошо? – осторожно осведомился Пуфф, пряча на всякий случай компостер за спину.

– Какое к лешему «хорошо», – передразнил шеф, придвинувшись к камину, – носки сырые, в животе урчит!

Компостер выпал из лапы Пуффа и глухо ударился об пол.

Вернулся трактирщик и поставил на стол большое блюдо подрумяненного дымящегося мяса и тарелку со стопкой черного хлеба. Ян прикрыл глаза и всем своим существом ощутил восхитительный запах сочных, покрытых изумительной корочкой кусочков, запах теплого ржаного хлеба. Ощущение жизни оказалось столь сильным и объемным, что хозяин Замка выпустил когти, проткнул указательным кусок мяса и, жмурясь от удовольствия, съел.

– Потерпите минутку, вилки и кофе принесу, – ничуть не смутился трактирщик.

– Шеф, но…

– Не съехала ли крыша? Но, дорогие мои, вам не угодишь – окаменеешь, плохо. Интерес к жизни прорежется, и это не то… Сэр Кирик, где же вы?

– Иду, иду.

Трактирщик налил кофе. Ян с восхищением втянул этот чудесный запах, положил мясо на тарелочку, взял хлеб.

– Жизнь – это ощущения, и она прекрасна, даже если кофе нелогичен.

– Чего? – не понял Пуфф.

– Несимпатичен? – не понял трактирщик.

– Нелогичен. Напиток из кофейника, а пенка как из машинки высокого давления.

– Пенка не из машинки, а из ваших воспоминаний, – поправил сэр Кирик.

– Надеюсь, оттуда больше ничего не появится, – проворчал Пуфф и насупился.

– Все под контролем!

– Видели мы этот контроль…

– Угу, – подтвердил Марк.

– А я нет, – ехидно заметил Ян, – а ты почему не кушаешь, Пуфф?

– Денег нет.

– Раньше тебя эта проблема не волновала.

– «Раньше» – это когда или до чего? Меня многое не волновало, но чем дальше – тем хуже. Вот, например, ваше странное поведение… В смысле – отсутствие, вызвало не только естественное желание разыскать, но и, можно сказать, нанесло душевную рану!

– Так…

– Вы, рискуя жизнью вытащили нас с Марком в том озере, куда нас эта падаль тянула, а потом… Жаль… – и Пуфф опустил глаза.

– Что?

– Экскрементатор, тьфу, экспериментатор, едва нас не угробивший, пропал.

– Да нет, – вмешался сэр Кирик, – никуда он не пропал, пока не пропал.

– Да?! – оживился Пуфф, – и где они изволят пребывать?

– В резиденции, доме главы домена.

– Мне выйти надо, – сообщил Пуфф, пряча глаза и пробираясь к выходу, – это, живот болит!

Ян и Марк вскочили, одновременно сообразив, к чему идет дело…

– Обкакаюсь, – гадливо произнес Пуфф, раздуваясь как мяч, – и сильно!

– Ты ж не ел ничего? – прищурился Марк.

– Пожалуй, кроме чеснока, – добавил Ян, отрезая путь к окну.

– Может, лучше пусть идет? – напугался трактирщик, которому совершенно не хотелось мыть зал.

– Ага, так у вас есть хотя бы резиденция главы домена, но если наш друг сейчас удерет, да еще в таком состоянии! Кстати, ты адрес не спросил, заблудишься!

Пуфф замер…

Ян воспользовался этим, изловчился и поймал хвост Пуффа: – Пуффдарк, будь любезен, потерпи минуту.

– Домен имя, адрес имеет?

– Да, «Красная рысь», но…

– Что, но?

– Вообще-то «Кровавая рысь».

– Значит, была хозяйка…