Университет Льда. Согрей меня, если сможешь - Дарья Стааль

Раньше в коридорах университета стояли артефакты, реагировавшие на громкую речь, которую классифицировали как ругань, и бег, который мог служить началом потасовки. А потом в ледяном университете появились огненные студенты, и система охраны порядка визжала неделю без остановки. Чудом спасшаяся малочисленная молодежь кидалась из крайности в крайность: от абсолютной апатии до огненного шоу в стенах общежития. Мой народ выжигал свое горе и свой страх, и едва ли кто-то мог упрекнуть нас в этом.

С тех пор огненных считают неуравновешенными и неуправляемыми. Наше поведение кажется непредсказуемым, а наши манеры — развязными. Ни один огненный не был пойман за нарушение закона, но мы часто ходим по грани, откровенно игнорируя местные традиции и обычаи. Жалкая попытка сохранить собственную культуру. Но пока живы те из нас, кто помнит родной дом, мы будем пытаться не раствориться в вечных льдах.

Из всей этой истории следует только то, что мой забег по пустым коридорам университета был предосудительным, но совершенно типичным для огненных магов.

В свои покои я ворвалась в три часа ночи. Времени, как водится, было в обрез, а дел, естественно, невпроворот. По телу прошла ледяная волна — действие заклятия личины закончилось, как только я переступила порог своего жилища. Неплохая у них конспирация, ничего не скажешь.

Огнелис, дремавший в кресле, подпрыгнул то ли от радости, то ли от беспокойства. Рывком сорвав рубашку, я осмотрела собственные повреждения.

— Всего лишь пара порезов на плечах, не искри.

Зверек подпрыгивал, словно мячик, и оставлял в воздухе пылающий след. Пожалуй, выглядело это презабавно, но умиляться мне было совершенно некогда — если Кеннет опустошил свой магический резерв, он даже синяк не залечит. А, значит, мой побратец сейчас бессознательным мешком с костями валяется в собственных покоях. Если только какая-нибудь из его многочисленных поклонниц не решила заглянуть на огонек.

Когда в первый раз мы с ребятами угодили в развеселую историю и вернулись порядком потрепанные, отец из следующей же командировки привез мне лекарства и мази мира Дерева. Вот уж никогда бы не подумала, что они пригодятся мне в стенах университета.

Обработав свои символические боевые ранения, я влезла в платье, покидала лечебный арсенал в сумку, схватила со стола пару листов с какими-то выкладками и рванула в мужской корпус, на ходу застегивая шубу.

Совершенно обычное для нас дело — посреди ночи подскочить с кровати с какими-нибудь абсурдными идеями и срочно донести их до друзей. Первый раз, правда, мальчишки колотились в мои окна на пятом этаже в весьма нетрезвом состоянии, вызвав тем самым переполох у всего девичьего населения. Усиленный огненный щит потребовалось им тогда испробовать сию секунду. Как-то раз я с Ааром ломилась в дверь к Нэту, у которого гостила очередная девушка. Пока он там развлекался, у нас целая теория новой структуры ледяных лезвий родилась. Девушку в итоге оставили одну и засели у Аара. И таких расчудесных историй было невероятное множество, так что все в конце концов привыкли. Нашу троицу считали немного сумасшедшей, но нам было все равно.

Поэтому никто особенно не удивился, когда я влетела в мужской корпус. На ходу здороваясь с немногочисленными полуночничающими студентами, я поспешила на третий этаж к Аару. Нэт жил на четвертом, что для моих корыстных нужд сокрытия личности было крайне удобно. Краем глаза заметила распахнутые двери чьих-то покоев. Кажется, шла очередная попойка, что неудивительно в ночь с пятницы на субботу. Я заколотила в дверь к Ааррону, не отрываясь от бумаг. Так, что это я утащила? Ага, пойдет, старые расчеты нашего сегодняшнего взрыва в лаборатории.

Колотить я не переставала, а на том конце коридора повыглядывали любопытные студенты. Увидев меня, они разочарованно вздохнули — нет, мальчики и девочки, представления на сегодня закончились.

Пока колотила в дверь, задумалась: а почему же у нас все-таки рвануло? И начала в уме искать ошибку. Так увлеклась, что не заметила, как дверь открылась, а мой кулак продолжал сотрясать воздух.

— Ты спишь, что ли? — жизнерадостно поинтересовалась у Ааррона. Тот выругался.

— Демон, Соль, совесть имей, три ночи!

— А когда вы позавчера мне стекло снежком вышибли в пять утра — это ничего? Собирайся, у меня озарение!

В том конце коридора голос, в котором несложно было узнать Астарта, негромко интересовался:

— И часто у них это?

— Да постоянно, — раздраженно ответила какая-то девушка. — Один раз они к ней ломились, решили снежную лестницу поднять, но ошиблись окном и чуть не ввалились ко мне с какими-то колбами и бумагами…

Окончание разговора я не услышала, потому что Аар, позевывая, вышел из комнаты, и я буквально потащила его к Нэту. На ходу начала бурно излагать, что нужно попробовать изменить поток силы при постоянном угле направления, — чтобы никто не усомнился в цели моего визита. Что характерно, идея-то неплохая оказалась, как раньше в голову не пришла?

К Нэту стучать не пришлось — дверь была приоткрыта. Аар на правах мужчины решительно протопал в спальню. По нечленораздельному восклицанию я поняла, что Нэта и правда дотащили, но в том плачевном состоянии и бросили. Я вздохнула, собираясь с духом. Кажется, где-то между запрещенным боем и мужским общежитием последние запасы мужества меня покинули. Я неприлично медленно закрыла дверь, экранировала звуки, даже сделала пометку на доске с парой идей и только после этого зашла в комнату.

На Кеннете живого места не было. Такое ощущение, что он просто не закрылся от заклятия метели, а потом его еще и ногами попинали. Не удивлюсь, что именно так и было. Я застыла в дверном проеме и смотрела на избитого побратца. Нет, крови я не боялась, да и ранения у нас были частым делом — приключения на свои головы мы находили регулярно. Но это не собственная дурость или неудачная охота, а разумные живые люди, те, с кем мы делим кров и пищу. Демон побери всех ледяных аристократов!