Волчьей тропой - Марина Милованова

Не прошло и часа, когда внизу показалась серо-желтая полоса почти полностью лишившегося листвы осеннего леса. Ящер пролетел еще немного, затем сделал круг и опустился на небольшую поляну с пожухлой травой. Сменив облик, Илмар уверенно указал в сторону густого переплетения облетевшего кустарника:

— Иди прямо и никуда не сворачивай. Я догоню тебя чуть позже.

Ролана послушно пошла в указанном направлении. Но довольно скоро увидела высокий куст, который, несмотря на полное отсутствие листвы на тонких гибких ветвях, был щедро усыпан роскошными ярко-красными ягодами. Приблизившись, девушка спугнула с него стайку мелких птиц.

Решив, что это гарантированный показатель пригодности ягод в пищу, Ролана осторожно раскусила одну и нашла ее довольно приятной: сладкой, с едва заметным терпким привкусом. Подумав, что ягоды вполне могут пригодиться Инарии в хозяйстве, сняла с себя плащ и принялась осторожно срывать длинные спелые гроздья. В итоге увлеклась настолько, что не заметила приближения охотника. Лишь когда тихие шаги послышались совсем рядом, резко обернулась, молниеносно выхватывая аньято и приготовившись к броску.

— Тихо, это всего лишь я! — Илмар замер в двух шагах от нее, держа на плече тушу убитого дарлана.

— Не подкрадывайся ко мне! — возмутилась девушка, пряча кинжал. — Лучше скажи — ты знаешь, что это за ягоды? Может, я зря их нарвала?

— Это мелана — вкусная и полезная осенняя ягода, — просветил ее охотник, сбрасывая зверя на траву. — Не знал, что ты настолько плохо разбираешься в лесных дарах.

— Некогда мне было в них разбираться, — вздохнула Ролана, срывая очередную яркую гроздь. — Но я спугнула птиц, а это значит, что ягоды не ядовиты.

— И еще это значит, что нам пора уходить, — усмехнулся охотник, окидывая одобрительным взглядом собранную гору гроздьев. — Ты и так общипала добрую половину. Если мы здесь задержимся, птицам будет нечем лакомиться. Пойдем! Только плащ ты зря сняла, уже не лето, замерзнешь.

Девушка в ответ лишь молча отмахнулась и бодро зашагала вперед, удерживая ношу с ягодами обеими руками.

Хижина саты показалась лишь несколько часов спустя. Так же как и в прошлый раз, когда Ролана впервые набрела на это место, из бокового отверстия в стене струился белый дымок, распространявший в воздухе соблазнительный аромат готовящегося варева.

— Твоя мать внутри, — обернувшись, ободряюще улыбнулась девушка охотнику.

Илмар не ответил, лишь прибавил шагу, легко обогнав ее, и первым подошел к хижине. Сбросил тушу убитого зверя на землю, стремительно откинул шкуру, закрывающую вход, и вошел внутрь. Мгновение спустя послышался сдавленный женский возглас, перешедший в сдерживаемый плач, и тихий голос охотника, говоривший нежности.

Не желая своим появлением мешать долгожданной встрече, ледана растерянно остановилась. Увидев неподалеку от хижины ветвистую корягу, подошла и присела на нее.

Время тянулось медленно. Сидя без движения, Ролана довольно скоро замерзла. Не выдержав, она высыпала собранные гроздья меланы на траву и с наслаждением закуталась в плащ. Зашуршала отодвигаемая шкура, послышались неторопливые шаги. Ледана подняла голову.

— Пойдем! — позвал ее Илмар. — Инария ждет тебя.

В хижине было тепло. Разведенный в углу костер отлично справлялся с обогревом жилища. Девушка сняла плащ, уронив его прямо у входа, и распустила шнуровку на рубашке, пуская живительное тепло ближе к телу. Обернулась к сате, стоявшей у бревна, служившего столом, и приветливо ей улыбнулась.

— Узнаешь меня? Я ледана. В прошлую нашу встречу я была в маске и в другой одежде. Вспомнила?

Не отвечая, женщина вдруг медленно пошла к ней, не сводя завороженного взгляда с ее лица, словно увидела перед собой призрак, не меньше. А приблизившись, прикоснулась ладонью к щеке. Медленно провела ею по шее, спустившись до ворота рубашки, в вырезе которой был виден медальон. Затем дотронулась второй рукой до рукояти меча и неожиданно повалилась в ноги девушке с громким возгласом:

— Доченька! Наконец-то!

Ролана успела подхватить женщину, не давая ей коснуться коленями пола, и только потом осознала смысл услышанных слов. В голове резко зашумело, руки едва не разжались, а сердце, подпрыгнув, забилось в горле.

— Что ты сказала?!

К счастью, на помощь пришел Илмар. Подняв на руки сату, он уложил ее на лежанку и, сняв с себя куртку, бережно укрыл. Инария дрожала, словно в лихорадке, не сводя с леданы сияющих полубезумным блеском глаз. Ролана бросилась перед нею на колени.

— Что ты сказала? Почему? Что все это значит?!

— Доченька! — тихим шепотом повторила сата. — Ты все-таки нашлась!

Некоторое время спустя, когда Инария пришла в себя, Ролана смогла получить ответы на все те вопросы, которые давно волновали ее, но уже казались совершенно безнадежными. Прошлое, долгое время укрытое мраком тайны, неожиданно явилось во всех подробностях, радуя и расстраивая одновременно.

— Мы с твоим отцом очень любили друг друга, у нас была крепкая, дружная семья. — Сидя на лежанке, сата нежно улыбнулась, вспоминая прошлое. — Он не стал утаивать от меня своей особенности, честно рассказав, что является двуипостасным. Меня это не испугало.

Наоборот, после Холодной битвы слава элимов гремела по всей Эстании, и мне было лестно, что такой великий воин обратил на меня свое внимание. Но разумеется, полюбила я его вовсе не за воинскую доблесть, а за него самого. За чуткую душу, добрый нрав и горячее сердце. У тебя его глаза… — Она ласково прикоснулась к щеке Роланы, сидевшей на полу у лежанки. — Прости, родная, что не узнала сразу. Страх перед леданами, слухами о жестокости которых полнится Эстания, мне помешал. К тому же тебя забрали у меня совсем крошечной, и я уже не надеялась увидеть тебя живой. Прости, отвлеклась… Через год после нашей свадьбы появилась ты. Жизнь казалась прекрасной, но недаром говорят, что счастье и беда зачастую ходят рука об руку. Несколько лет безоблачного счастья сменились непроглядной тьмой, когда в Шеран вернулся сводный брат Кэрридэна, живший долгое время в другом городе.