Когда сбываются мечты - Вероника Касс

Я почувствовала, как живот сжался опять, и, охнув, обхватила его уже двумя руками. Лекса заметила мой жест.

— Вот только не начни здесь рожать, ты же меня убеждала, что тебе еще ходить и ходить. — Она буквально выплюнула эти слова.

— Лекса, успокойся, — сказала размеренным тоном, пытаясь ее не провоцировать.

— А не надо меня успокаивать, слышишь?! Вечно Лекса плохая, так чем ты лучше? Сучка лживая, это хоть его дети? Или опять обманула? И там один ребенок? — Она неопределенно махнула рукой в сторону моего живота.

— Ты говоришь ерунду, Лекса!

Я больше не могла оставаться спокойной и всерьез жалела, что не послушала мужа. Как же он был прав. Странно, почему-то именно в этот момент мне пришла в голову мысль, что и на счет пола второго ребенка он тоже прав. Совсем не к месту мысль и не вовремя. Живот опять начало сжимать, только в этот раз уже ощутимо, боль прострелила сначала позвоночник и, скрутив поясницу, разлилась волнами к низу живота. Я постаралась сдержать лицо, приподнялась и уперлась руками в бока.

Как только Лекса отвернулась, я достала телефон из кармана плаща (как же хорошо, что я не переложила его в сумку) и на максимальной скорости начала печатать сообщение Игнату. Лекса очень не вовремя обернулась, ее глаза зажглись злостью, и я поспешила отправить пусть и незаконченное сообщение. Не знаю, успела я или нет, но в следующую секунду Лекса оказалась рядом со мной, яростно выхватила из моих рук телефон и кинула его в сторону ограждения.

Телефон благополучно полетел вниз с высоты, а я только сейчас обратила внимание на хлипкость и ненадежность этого ограждения.

Уж больно оно низкое и, в общем-то, никакое!

Назимова проследила за моим взглядом и улыбнулась, очень нехорошо так улыбнулась.

— Что, боишься? — спросила она, провоцируя.

И у нее получилось. Я не на шутку испугалась. Не соображая, что делаю, повинуясь мимолетному порыву, нагнулась к столику и схватила пистолет.

— Не подходи, — неумело направила на Лексу оружие и, обойдя столик, начала пятиться.

— Яна, не глупи, — усмехнулась Лекса, но по ней было видно, что она приосанилась и черты лица у нее заострились, делая его более хищным.

Я же отвлеклась на все усиливающуюся боль в животе, даже не поняла, в какой момент она оказалась рядом со мной и принялась оттеснять меня в другую сторону.

Мы двигались в заданном ей направлении, пока я не почувствовала, как уперлась ногами в ограду и не остановилась, Лекса же сделала еще один маленький шажок в мою сторону и уперлась животом в дуло пистолета.

— Стреляй, — спокойно сказала она.

— Отойди, — мой голос дрожал так же, как и руки.

— Стреляй! Иначе я тебя скину. — Она положила руку мне на плечо. — Ты же понимаешь, что для меня это что раз плюнуть.

— Лекса, успокойся, пожалуйста. — Я поморщилась из-за новой волны боли внизу живота и попыталась воззвать к ее разуму. — Ты просто перебрала и не ожидала, вот и результат. Отойди. Тебе нужно отдохнуть и проспаться.

Из ее глаз выветрился хмель, а вот злости в них, увы, не убавилось. «Яна, дура, что же ты говоришь?»

— Даю тебе один-единственный шанс.

Она говорила абсолютно спокойно и выглядела довольно решительно. Приблизилась еще ко мне и тихонечко подтолкнула, по-прежнему держа за плечо.

— У тебя семья, подумай. Яна, это же всего лишь самооборона, так же как с Майей, только теперь ты еще и своих щенков защищаешь.

Давай!

— Ты бредишь! — По моим щекам во всю текли слезы. — Ты бредишь! — заорала я что есть мочи.

— Стреляй! — Она вторила моему крику.

— Не буду! — В этот раз у меня получилось еще громче, потому что я выплеснула боль от очередной схватки. Да, надо быть честной самой с собой и признать, что у меня начались роды в такой неподходящий момент. — Не буду, Лекса! Хочешь — толкай, не знаю, сможешь ли ты себе это простить, но я точно не стану в тебя стрелять.

Я почти выпустила пистолет из рук, только Лекса не дала мне этого сделать, обхватила мои руки своими, и раздался щелчок.

— Ты не сняла с предохранителя, — пояснила она совершенно спокойно, — жаль, что ты похожа на свою мать больше, чем я думала.

— Ты не сняла с предохранителя, — пояснила она совершенно спокойно, — жаль, что ты похожа на свою мать больше, чем я думала.

Она улыбнулась и судорожно облизала губы, по ее щеке скатилась слеза, а следом раздался звук выстрела.

Я непонимающе опустила взгляд и увидела, что мы по-прежнему вместе держали пистолет и даже на курке поверх моего пальца был ее палец.

— Лекса…

Боже! Боже! На ее животе расползалось алое пятно, а руки ослабели и отпустили мои. Я откинула в сторону ненавистное оружие и поспешила подхватить девушку, которая плавно начала оседать.

— Милая… Лекса, что же ты…

Опустила ее на бетонный пол и села рядом с ней. На корточки мне было нельзя, поэтому опустилась прямиком на попу.

Все происходило словно во сне или в какой-то параллельной реальности. Не со мной! Не с ней! Не с нами!

— Лекса, где твой телефон?

Я шарила по ее карманам, а она молча смотрела на меня и улыбалась.

— Сделай его счастливым, обещай…

— Ты глупая, что ли?! Где твой телефон? Нужно вызвать скорую, нет, лучше позвонить Мари и Игнату. Лекса, где твой телефон?

— Яна, обещай!

— Не нужно мне тут прощальных речей, Лекса. — Я посмотрела на ее живот и услышала собственный всхлип, крови становилось все больше и больше.

Ситуация и правда была почти такой же, как и с Майей.

— Лекса, нужно срочно вызвать помощь, ты же сильная полукровка, Лекса, милая, почему так много крови?

Я прижимала ладони к ее животу, пытаясь остановить красный поток хоть так, даже не замечая того, что меня саму скручивало от боли.

— Яна, — тихо произнесла Лекса, и я заметила, как она побледнела.

Девушка облизывала губы и все тише и тише обращалась ко мне. — Обещай, что будешь самой лучшей женой и сделаешь его счастливым!

— Лекса, какие глуп…

— Обещай!

— Обещаю! Обещаю! Только успокойся, пожалуйста, и скажи, где твой гребаный телефон!

— И пообещай мне, что отойдешь в сторону, если он встретит свою пару. — Она ненадолго замолчала и, как-то хлюпнув, продолжила: — Не будешь… держать его… детьми и ставить палки в колеса… просто отпустишь его… Яна?

— Да, Лекса, я обещаю.

Мой голос звучал беспомощно, да и саму себя я ощущала абсолютно никчемной. А все потому, что поняла, откуда был булькающий звук — изо рта Лексы начала течь струйка крови, напор которой с каждой секундой становился сильней.