Навия. Западня - Елена Булганова

– Рассудил, что у Данки наверняка шаром покати, – заявил он, подходя к нам. – Ну, двинули.

Мы поднялись в квартиру. Первым делом еще в прихожей меня насторожил странный запах, вроде как острого мужского пота, влажной одежды и еще какой-то кислятины. Скинув ботинки, бросилась проверять комнаты. Сашка тут же нагнал, пошел первым. Но нет, все вроде стояло на своих местах. Может, так пахнут все квартиры, когда в них редко появляются хозяева? Я постаралась взять себя в руки.

Кимка, чуткая к запахам, тоже что-то почуяла, наморщила нос и первым делом унеслась на кухню. Включила там вытяжку и занялась, напевая, подготовкой к чаепитию.

– Ты с кем-то говорил по телефону, что-то важное? – спросила я, расшнуровывая ботинки.

– Это папин юрист звонил, обещал держать меня на связи и слово держит, – отозвался Дятлов. – В общем, он немного разузнал насчет этой истории с парнями, из-за которой меня и повязали.

– И что?!

Парни меня мало волновали, а вот Сашка – даже очень.

– В общем, там все сложно и безрадостно. Оказывается, в окрестностях Питера уже пару месяцев исчезает бесследно больше подростков и детей, чем обычно. Была версия, что их кто-то сманивает, некоторые брали рюкзаки, одевались так, будто в поход нацеливались. Но зацепок никаких долго не было, а потом вдруг сразу две. Одна женщина видела пропавшего мальчика в компании тех самых парней и сумела очень четко их описать. А другой подросток сам явился в отделение и рассказал, что познакомился с какими-то ребятами, и те его звали на прогулку на одну интересную полянку, обещали веселье до утра, девчонок и море выпивки. Полицейские смекнули, какую полянку он имеет в виду, бросились туда – и пожалуйста: один труп и один мой библиотечный билет. Следователя того отстранили от дела, но коллеги, юрист сказал, его не осуждают и даже сочувствуют: там давление дикое со всех сторон, дело грозит быть о-очень громким.

– Но к тебе больше цепляться не будут?

Сашка плечами передернул:

– Едва ли, не я же того парня убил. В смысле его вообще никто не убивал, похоже. Да-а, а я-то думал, что они там по мою душу ошивались…

– В смысле?

Дятлов как-то дернулся сердито – похоже, сболтнул лишнее.

– Да ерунда, не обращай внимания.

В прихожую выглянула Кимка с телефоном в руке:

– Эй, Дан, тут Вилли звонит, их уже распустили. Сказать, чтобы сюда подваливал?

– Конечно, чего ты спрашиваешь?

– Супер! Вил, выдвигайся! А вы чего это тут затихарились? – пропела Кимка, разглядывая нас. – Идите в гостиную, я мешать не стану. Дождемся Вилли и тогда чай попьем, ага?

* * *

Мажейкас появился минут через пять, невозмутимо поведал, что в гимназии форменный переполох и их класс даже отпустили с последних двух уроков. Полицейские нагрянули в школу и пытались заполучить адрес Кныша, а его в документах нет, и непонятно, откуда парень вообще взялся и каким образом его оформили на учебу. А еще журналисты стерегут ребят у школы, тоже пытаются что-то выведать про загадочного немого ученика. Мы от души посочувствовали нашему директору, который обожал ставить всем в пример свою собранность, а с документами Артура, похоже, дал маху. Хотя, зная способности Кныша, осуждать его за это глупо.

Так хорошо было сидеть с друзьями, есть торт и болтать, что разговор с Ингой уже начал казаться каким-то нереальным, словно бы хорошо выстроенным злым розыгрышем. И казалось, что все и дальше будет хорошо, мы всегда будем дружить, сейчас так, а после семьями.

Но вот Кимка и Вилли собрали тарелки с чашками, удалились на кухню и надолго там застряли. А у Сашки взгляд снова сделался тревожным и задумчивым.

– Слушай, Богдан, до ночи нужно что-то решить.

– Что именно? – вздохнула я. Ну вот, все по новой.

– Ты не можешь оставаться одна в этой квартире. Я даже не уверен, что тут кто-то не побывал прошлой ночью и недаром этот Кныш тебя сюда не пустил. Можно было бы снять какое-то жилье, но за остаток дня это проблематично. Так что, наверно, мне все же придется заночевать у тебя, не против?

– Против! Ясно же сказала: пока со мной творится этот ужас, я не допущу, чтобы кто-то…

– Пардон, я не «кто-то».

– Тем более.

– Данка, но ведь дело серьезное, – вздохнул Дятлов. – Хорошо, пусть это будет бессонная ночь. – Тут он прыснул, уловив двусмысленность своей фразы. – Я имею в виду, будем до утра смотреть фильмы или устроим вечеринку с танцами. Но для этого тебе нужно прямо сейчас лечь отсыпаться, а я выдворю ребят и постерегу тут.

В ответ на его предложение я с трудом сдержала зевок – после чая и торта разморило до невозможности, веки так и норовили склеиться. И уточнила:

– Вообще не хочу оставаться тут ночью. Можем сходить на ночной сеанс в торговый центр, а потом там же посидеть в кафе – оно работает до утра.

– Отлично, договорились!

Я с облегчением закрыла глаза.

– Эй, Дан, спать лучше на кровати. Отнести тебя?

– Сама дойду, – проскрипела я, с грацией зомби сползая со стула. У меня даже не хватило сил заглянуть в ванную, в своей комнате разделась, обтерла тело влажными салфетками и юркнула под одеяло. Кажется, отрубилась прежде, чем закрыла глаза.

Не знаю, снилось мне что-то или нет, но в какой-то миг я рывком села на кровати, задыхаясь и обливаясь потом. В моей голове словно сумасшедший колокол отбивал какую-то мелодию. Потом я поняла, что это голос, почти крик, и это был голос Артура. Прежде, когда он воздействовал на меня, я ощущала только неоправданно горячее желание что-то сделать. А теперь это был панический зов:

«Где ты? Где ты? Где ты?!»

Я кое-как оделась и бросилась вон из своей комнаты. В гостиной стоял полумрак, Дятлов дремал на диване полусидя. Он выпрямился и заморгал удивленно, когда я галопом пересекла комнату и зажгла люстру.

– Дан, что?!

– Он зовет меня! – заорала я, чтобы заглушить эти вопли в своей голове. – Я сейчас с ума сойду от всего этого! Да он просто в истерике!

– Артур?

– Да!

– Так, одевайся, я вызываю такси, – вскакивая на ноги, распорядился Сашка.

– Хочешь увезти меня подальше?

– Нет, наоборот, поедем в больницу. Если зовет, значит, пришел в себя и может много интересного нам поведать.

Я в темпе привела себя в нормальный вид, надела куртку и сапоги – кажется, на улице снова шел дождь. Мелочами вроде шарфа и перчаток занимался Сашка, от этого непрестанного набата в голове я ни на чем не могла сосредоточиться. И было почему-то очень страшно – вдруг Артур умирает прямо сейчас?

Такси уже ждало нас. А вот в больнице бабка в дверях приемного покоя попробовала стоять намертво, ссылаясь на то, что прием посетителей давно окончен. Прорвались, конечно, с криками о том, что нас вызвали к умирающему. Лифт не работал, Саня потянул меня на душную темноватую лестницу, по ней мы взбежали на нужный этаж.