Рыжее пророчество - Сергей Платов

– Погоди-ка, так ты и Азнавура увидеть успела? – удивился я.

– Не только увидеть, но и поговорить малость. Ты таким вежливым стал, обходительным.

– Я и раньше хамом не был. – Я даже обиделся. – А вот сюсюкать никогда не любил. Да ты не тяни, расскажи, как все было-то!

– Странницей притворилась, на двор к тебе пришла да краюху хлеба попросила. Жена у тебя золотая, пирог вынесла, крынку с молоком и даже с собой узелок собрала.

Я тихо застонал, вспоминая золотые кудряшки Селистены. Хотелось бросить все и прямо сейчас кинуться к ней. Но что я ей скажу? Здравствуй, милая, я не загулявший Барсик, а твой законный супруг? Ну уж нет, верну себе законный облик, тогда кинусь, брошусь и все прочее.

– А тут и ты вышел, приветливый такой, обходительный. Поинтересовался, кто я, откуда, и все это время пытался понять, имею я отношение к колдовству или нет.

– Распознал тебя, что ли?

Сантана вместо ответа так на меня посмотрела, что я был вынужден дать задний ход.

– Извини, не подумавши ляпнул.

– Извиняю, – снизошла ведьма, – в следующий раз думай, прежде чем говорить. Он, конечно, силен, но и я не из последних на Руси буду.

Я еще раз извинился, и повествование продолжилось.

– А вот девчонки твои меня, похоже, раскусили, – со вздохом призналась Сантана, – не знаю как, но точно раскусили. Появились на пороге, взглянули на меня и шарахнулись как от чумной.

– Как они? – с болью в сердце проговорил я, пропуская мимо ушей признание Сантаны про ее локальный провал. Не знаю почему, но до этого момента я боялся спросить про лисят.

– Напряженные они какие-то, – поразмыслив, вынесла вердикт ведьма, – но с тобой ведут себя совершенно естественно.

Мне оставалось только скрипнуть зубами, а на столе появилось несколько глубоких царапин от непроизвольно выпущенных когтей.

– А вот Серогор с Серафимой вчера вечером покинули город. Не могу сказать, что я была бы очень рада этой парочке, но все же предпочла бы иметь их в союзниках. Ну да ничего не поделаешь, придется действовать вдвоем.

Я внимательно посмотрел на ведьму и, осторожно подбирая слова, задал вопрос, который уже давно крутился у меня на языке:

– Скажи, а почему ты мне помогаешь?

– Ты что, забыл, что взамен предложил мне трон? – лукаво ответила вопросом на вопрос Сантана.

– Да нет, дело тут не в троне, точнее, не только в троне. Ведь я же вижу, что помогаешь ты мне не за плату, а за совесть. Ты действительно хочешь, чтобы я выпутался из этой истории, причем наверняка понимаешь, что, помогая мне, рискуешь собственной головой.

Сантана налила себе еще чаю, положила в него пару ложек меду, потом резко отодвинула от себя чашку и повернулась ко мне:

– Я чересчур хорошо понимаю, что, связавшись с тобой, сделала большую глупость, и конечно же вернулась в город не из-за князя, – Сантана осеклась, тряхнула иссиня-черной косой и поправилась: – Не только из-за князя. Но знаешь, что я тебе скажу – ни капли не жалею. Я действительно устала от этой чересчур затянувшейся мести. Но в то же время я столько наворотила бед, столько зла причинила бывшей подружке, Серогору, да и простым случайным людям. Похоже, пришло время платить по счетам.

Ну что тут скажешь! Вместо ответа я от чистого сердца протянул ей лапу. От рукопожатия (или лапопожатия, кому как нравится) Сантана не уклонилась, тем самым скрепив наш и без того удачный союз.

Далее, перебивая друг друга, мы стали выстраивать линию наших дальнейших действий. Наконец общими усилиями пришли к следующему.

Просто напасть и изничтожить Азнавура, конечно, можно, но где гарантия, что в схватке не пострадает мое тело и я на всю жизнь не останусь котом? От такого варианта пришлось временно отказаться. К моей несказанной радости, оказалось, что Сантана может навести порядок с телесной неразберихой и сделать так, что каждый станет самим собой. Но для этого ей нужны четыре компонента. Я, он во мне, он без себя и хотя бы несколько секунд времени. Проще говоря, в одном месте должны оказаться Барсик, Даромир, то, что осталось от Азнавура, плюс я не должен убивать этого самозванца до тех пор, пока Сантана не сотворит свое заклинание. И если подкараулить Азнавура и остаться втроем не составляло никакого труда, то рассчитывать на то, что в этот момент он будет иметь при себе запасное, временно покинутое им тело, не приходилось. Отсюда вытекал простой вывод: нужно найти, где бывший помощник хранит самого себя, заманить его и именно там провести восстановление справедливости и раздачу слонов.

Конечно, самым загадочным во всей этой истории было таинственное «нечто», которое безуспешно пытается найти Азнавур и из-за чего, собственно, и затеялась им заварушка. Ни у меня, ни у Сантаны не оказалось хоть сколько-нибудь правдоподобной версии на этот счет. Что могло заставить явно неглупого и продвинутого колдуна пойти наперекор такой непростой семейке, как наша? Но, несомненно, это стоило того, чтобы рисковать головой. В конце концов я постараюсь не изничтожать Азнавура сразу, с наскоку, а позволю ему напоследок рассказать всю правду.

Как ни крути, но для выполнения поставленной задачи нужны были разведданные. Появление еще одной голодной старушки на подворье может насторожить Азнавура, а навыкам партизанской войны Сантана оказалась не обучена. Я тоже по своей сути был далек от совершенства, но, согласитесь, крадущийся по ночному терему кот более предпочтителен, нежели приблудная старушка.

Конечно, ведьма могла бы превратиться в белку или в мышь, но держащий ухо востро Азнавур вполне может почувствовать присутствие в доме колдовства. Непотребство же со мной сотворил он сам, и это давало надежду, что колдовскими способами он меня не заметит. Что же касается способов простых, человеческих, так я буду максимально осторожен. Даже я, не большой поклонник кошачьей братии, вынужден признать, что передвигаться коты могут совершенно бесшумно.

На том и порешили. Перед отправкой на задание пришлось подручными методами замаскировать слишком приметные крылья. Для этого в дело пошли клочья шерсти, которые обильно украсили горницу после памятной битвы с черным котом. Сантана нашла в котомке какую-то баночку и, используя ее содержимое как клей, быстренько принялась наносить шерстяной покров на крылья. Они, конечно, были недовольны таким отношением к себе, но благоразумно спорить со мной не стали.

В результате наших совместных усилий я слегка сменил масть, зато крылатая моя составляющая оказалась надежно скрыта от любопытствующих глаз. Вкупе с жутковатого вида царапинами через все лицо я преобразился из домашнего, изнеженного кота в типичного романтика уличной жизни. Сантана предложила донести меня до терема, но я гордо отказался. Тут рукой подать, был бы человеком, минут за пятнадцать дошел, а уж котом вдвое быстрее доберусь.

Ведьма пожелала мне доброго пути, и я проворно шмыгнул на улицу.