Жнец - Павел Корнев

Месяц Святого Николаса Слепца

год 973 от Великого Собора

После завершения любого мало-мальски важного дела есть смысл перевести дух, оценить достигнутые результаты и только потом приступать к следующему. Но то — после завершения. А вот когда работы впереди непочатый край, на вязанный отдых выглядит скорее издевательством. Да и какой это отдых? Так, маета одна…

Как ни странно, чаянья Эдварда о передышке совершенно нежданно-негаданно воплотились в жизнь. Потеряв двух собратьев, Высшие затаились и сейчас на полуночи Марны шли позиционные бои без каких-либо намеков на проявление — пусть и тайное — бесовских сил.

Рауль Луринга пропадал на службе, мы безвылазно кисли во все том же особняке на окраине, из которого нас никуда так и не переселили. Охраны добавили, но и только. Неправильно это, на мой взгляд, ну да начальству видней. Хорошо хоть поближе к линии фронта перекинуть не надумали. Как ни крути, уж лучше в Магреве смутное время переждать…

Вот так мы и маялись уже без малого две декады кряду. Хотя нет, маялся, пожалуй, я один. Эдвард, Якоб и даже Пьер развлекались, как могли. Вынужденные сидеть в четырех стенах парни резались в карты и кости, втихаря попивали добытое на кухне пиво да сетовали на подобравшего слишком уж неказистых поварих Рауля Лурингу. Пьер, правда, иногда на выполнение своих обязанностей отвлекался, но в основном тяготы службы проходили как-то мимо него. Неплохо все же, когда у тебя под началом три здоровенных лба состоят, а непосредственное начальство за тридевять земель находится.

Но все хорошее — да и нехорошее обычно тоже — рано или поздно заканчивается, и однажды под вечер Рауль Луринга, вернувшийся раньше обычного из города, собрал нас у себя в комнате.

— Завтра с утра отправитесь за следующей головой, — с ходу обрадовал он скорчившего кислую мину Эдварда.

Ловкач в ответ на это известие беззаботно закинул ногу на ногу и уставился на разожженный очаг, будто его слова графа никоим образом не касались. Да так оно, скорее всего, и было.

— Озерки? — предположил я.

— Нет, — помрачнел Рауль, который последнее время и без того пребывал в не самом лучшем расположении духа. И куда только беззаботность подевалась? Даже дымить перестал. Про вино уж и не говорю вовсе. — Находившийся в Озерках Высший выпал из поля зрения тайной службы.

— Плохо. — Если это отродье умудрится оказаться не в том месте и не в то время, у нас будут действительно большие проблемы.

— Не будем о грустном. — Граф поднялся из кресла, подошел к столу и налил себе в кружку из керамического чайничка заварки, — Наш агент в Довласе сообщает о появлении двух Высших. Один скрывается где-то под Ольнасом, второй направляется в Марну.

— Тогда зачем куда-то срываться? — захрустел сухариком успокоившийся лучник, — Сам к нам приедет.

— Ничего не выйдет, — покачал головой Луринга, — Высшего надо будет перехватить по дороге.

— Где конкретно? — уточнил я.

— В окрестностях Камляйна.

— Но почему?! — зашагал из угла в угол Эдвард. — Почему нельзя дождаться его в Магреве?

— Мы хорошенько потрепали армию еретиков на полуночи, — Рауль отхлебнул чая и поставил кружку обратно на стол, — Но сейчас в перевалочном лагере под Камляйном скопилось несколько тысяч солдат, и это только те силы, о которых нам доподлинно известно. Почему их до сих пор не перекинули ни в Озерки, ни в Марну? Ответ может быть только один!

— Они попытаются взять нас в клещи, — припомнив карту, предположил я, — Сосредоточенные под Камляйном силы кинут не на Магрев, а на Ронев. И если еретикам удастся захватить город, вскоре мы окажемся в окружении.