Дракон в моем сердце - Анастасия Ригерман

Не знаю, чего я ожидал, но врата святилища, открывшиеся перед нами, напоминали скорее портал в другой мир. Посреди зала стояла каменная арка, испещренная старинными иероглифами, а то, что в ней виднелось, вовсе не являлось его продолжением. Из чистого любопытства я обошел арку со стороны, но, обнаружив за ней лишь глухую стену, вернулся на исходную позицию.

Сколько бы я не присматривался, разглядеть, куда она вела, не удавалось. Изображение плыло, как от сильно нагретого воздуха над костром, других сравнений на ум не приходило.

Все мы замерли перед неизвестностью, и лишь Цзиньлун, сжав губы в плотную линию, окинул нас фирменным пренебрежительным взглядом и показательно прошел внутрь.

– Знаете, что любопытно, – неожиданно заговорил Сапфир, – о том, что скрывается за этими вратами, ни в этом мире, ни в другом нет ни единой записи.

– Сюрприз, значит. Что ж, люблю сюрпризы, – бережно подхватив Веики за руку и легонько сжав ее пальцы в знак поддержки, я повел любимую за собой сквозь защитный экран.

Стоило нам его преодолеть, в лицо ударил яркий дневной свет и жар палящего солнца.

– Куда мы попали?

– Не знаю, похоже на какие-то священные руины посреди оазиса в пустыни.

За нами следом из арки вышли ребята и тоже немного удивились увиденному.

– Тайный город посланников Богов, точнее то, что от него осталось, – неожиданно просветил нас Цзиньлун. – Здесь наши предки драконы впервые получили артефакты стихий. Сюда вернули уцелевший артефакт огня. Здесь мы и соединим их вместе.

– Отец прав, я ощущаю его присутствие.

Услышав Веики, папаша дракон предвкушающе оскалился в улыбке хищника.

– Веди нас за собой.

Чем глубже мы продвигались, с любопытством рассматривая поросшие растительностью развалины домов необычной архитектуры, тем более странное чувство охватывало. Мы словно не в тайный город попали, а на совершенно другую планету с неземными технологиями.

Веики остановилась возле округлой каменной плиты, украшенной четырьмя скрещенными мечами, и долго ходила вокруг нее кругами, изучая непонятные иероглифы.

– Ты можешь прочесть, что там написано? – не удержался Сапфир от любопытства.

– Не знаю откуда, но да.

– Поднимите мечи, устремив в небо таким образом, чтобы их проекции скрещивались в воздухе, – попросила она, но мы не сразу поняли, как это вообще возможно, ведь мечи являлись всего лишь рельефом на камне. А вот стоило нам с парнями к ним прикоснуться, как многовековая пыль осыпалась, и металл засиял на солнце, словно они только и ждали нашего появления.

Забравшись на плиту, Веики склонилась у ее центра, который совсем недавно скрывали мечи, оттуда она и достала заветный артефакт огня. Выглядел он так же, как и его собратья, в форме кольца, только отливал особым оранжевым свечением.

– Истинный Рубин и четыре защитника с чистым сердцем имеются. Вот и пришло время соединить артефакты вместе, вернув миру утраченное равновесие, – произнесла она скорее самой себе.

Цзиньлун протянул дочери артефакт воздуха, Веики стянула с пальца артефакт воды, сложив их вместе в центр плиты. Все мы замерли в ожидании, даже не представляя, чего собственно ждать.

В первую минуту ничего не происходило, и во вторую, и в третью… Устав ждать чуда, Матео издал какое-то разочарованное утробное рычание и, растолкав наши мечи своим, уже начал его опускать. Тогда все и началось. Кольца сами поднялись в воздух, а из наших мечей в небо вырвались настоящие световые лучи. В той точке, где они пересекались, кольца срослись воедино, образуя нечто похожее на шар.

Даже когда свечение мечей прекратилось, и мы их опустили, объединенные артефакты оставались на месте, пульсируя и распространяя магические волны, будто живой организм.

– Получилось! – пританцовывала от радости Веики на той самой плите.

– Иди ко мне, моя умница, – подхватил ее на руки, а она обвила мою шею руками и прильнула губами, оставляя невесомый поцелуй. – А что с ними будет дальше? Так и оставим их тут?

– Здесь написано, когда мир напитается магией и переродится, они сами вернутся к своим хранителям.

– Кто-нибудь видел, куда делся Цзиньлун? – спохватился Сапфир.

– Ушел вон в ту сторону, как только артефакты соединились, – как ни в чем не бывало сообщил Чука.

– И ты молчал? Знаешь же, что он затевает! – отбросив меч, Матео схватил его за грудки.

– Но Веики же здесь, ей ничего не угрожает, и ее кровью никто не воспользовался, как я посмотрю. А значит, вы все ошибались и обвинили благородного человека по чем зря! – настаивал упрямец Чука.

– Ничего это не значит! Цзиньлун хитрее нас всех вместе взятых, и ты даже не представляешь на что он способен. Идемте, он не мог далеко уйти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Настигли мы папашу дракона, когда он заходил в усыпальницу трехглавого. В отличии от остальных сооружений древнего разрушенного города выглядела она посвежее, а знакомый герб выдавал, кому усыпальница принадлежала.

Когда мы забежали внутрь, Цзиньлун как раз выливал кровь из пробирки на его прах, предварительно рассыпанный на каменную плиту.

– Так вот зачем были нужны все эти анализы крови? Выходит, ты никогда и не был мне отцом, а с рождения ждал момента оживить чудовище, – голос Веики дрожал, а по щекам катились слезы, но Золотого дракона это нисколько не тронуло.

– Глупая девчонка, Дориан и есть посланник Богов, последний из живущих на Земле. Не ровня им всем. И он выбрал тебя! Разве это не великая честь? Только представь, какие возможности нас ждут.

– Ты безумец, а он… – над прахом появилась какая-то дымка и Веики испуганно попятилась в мою сторону. – Твой Дориан – изверг, настоящее исчадие ада, для которого нет ничего святого. Да я скорее умру, чем снова стану его!

– Не бойся, этого никогда не случится, – заверил я любимую, спрятав за своей спиной.

В это время из дымки над прахом образовалось настоящее пламя, а его языки сантиметр за сантиметром прорисовывали мужской силуэт. Когда из огня вышел живой человек в старинном одеянии с глазами чернее самой темной ночи, сомнений в том, что это и есть Дориан, ни у кого не оставалось.