Проходящий сквозь стены - Александр Сивинских

— Так что не ври, будто про эту старую ведьму из головы сочинил, — тявкнул в заключение бес. — Уж признайся, что у Сулеймана вынюхал.

Без толку было доказывать обратное. Я неопределенно подвигал руками и головой, что можно было истолковать хоть «ну ты меня уделал», хоть «не веришь — дело твое».

— То-то же, — удовлетворенно сказал бес. — Хочешь сырок? Там еще есть.

— Сытехонек. В кафе натрескался. Слушай, — при слове «кафе» возвратилась мысль, которая мучила меня, будто соринка в глазу, на протяжении последнего получаса, — тебе не показалось, что тот ревнивец, что на нас набросился, хорошо знаком Железному?

— Овлану? Да запросто. Я ж говорил, старичка моего до «Серендиба» где только не носило. Могли пересечься в какой-нибудь крутой конторе. Ты, кстати, оценил, как он двигался? Шшух-шшух — и здесь! Ниндзя отдыхают. Этого, Паша, никакими годами тренировки не достигнешь. Тут особая подготовка нужна. — Он задумался на секунду. — Ну, типа как в Когорте. И нас с тобой он махом раскусил. «Если ты или твой бес…» — процедил Жерар, изображая грозного атлета. — Е-мое! Веришь, у меня так все внутри и опустилось. Чуть не обделался.

— Спросим Железного? — азартно предложил я.

— Спроси, — без энтузиазма отозвался Жерар. — Могу ручаться, он тебе ответит: «Кто старое помянет, тому глаз вон. А я и так уже хроменькой». Овлан у нас скрытный…

— А если ты раскрутишь? Ну, этак хитренько… Как про лис-оборотней и полуостров Даманский. Это было тонко проделано, — польстил я. — Выше всяких похвал!

— Так там, любопытный ты мой, срок давности истек. А здесь — вряд ли. И вообще, Паша, — он приложил переднюю лапку к груди, — я тебя умоляю… Не лезь ты к нему в душу. У него временами нервы шалят.

— Да знаю, — сказал я, остывая.

И верно, на кой мне сдались убеевские знакомцы, движущиеся шустрее, чем ниндзя? Своих проблем дефицит обозначился, что ли?

— Садись, Павля, — сказал Убеев. — Поговорим.

Я послушно сел. Кресло, хоть и выглядело как большой надувной матрас, брошенный поверх разверзнутой пасти кошмарного монстра, оказалось на редкость удобным. Жерар ловко вспрыгнул на столик с аппаратурой и улегся поверх проигрывателя. Убеев и глазом не повел. Он сказал:

— Созрела такая, понимаешь, кудрявая петрушка. Нам с мистером крутым догом надоело батрачить на Сулеймана.

— И вообще на кого бы то ни было, — поддакнул мистер крутой дог.

— Золотые слова, амиго. — Убеев привстал, чтобы потрепать Жерара по холке. — Вывод напрашивается следующий. Мы идем на большой риск, чтобы срубить сразу много. Благо появился горяченький объект для…— Он вопросительно взглянул на Жерара.

— Шантажа, — договорил я. — Полагаю, «СофКом» и кракены?

— О! — Бес радостно тявкнул, наставив на меня лапку. — Колосс! Чудовище разума. На лету схватывает. Чувак, ты просто гений!

Я отмахнулся. Тут и ребенок догадается.

— Пожалуй, да. Это будет что-то вроде шантажа, — кивнул Железный Хромец. — Ситуация самая подходящая. Жертва сейчас в растерянности. Начальник службы безопасности убит. Охрана уничтожена. Инкогнито раскрыто или вот-вот раскроется. Сворачивать бизнес и рвать когти к себе на Марс или Юпитер? Продолжать подготовку к производству «Гуголов»? Тяжкий выбор. Если мы предложим кракенам покровительство, гарантируя сохранение тайны их нечеловеческого происхождения, а в доказательство своей полезности сообщим об интересе к «СофКому» Когорты… Если я упомяну несколько значительных персон из мира света, а литл де-вил-дог — из мира тьмы…

— С которыми мы на короткой ноге, — ввернул бес. —Думаю, они примут наши условия. Главное здесь — правильно подать блюдо. План есть. Предлагаем присоединиться. — Убеев резко наклонился в мою сторону: — Хочешь знать, почему тебе? Скрытничать не станем. С комбинатором нам будет много легче работать.

— План заточен под твое участие, — добавил Жерар. — Очень хороший план. Очень. Скажи ему, старичок.

— Супер, — обронил Убеев. — Я разрабатывал.

— Блин, — сказал я.

Последняя фраза Железного Хромца заставила меня внутренне вздрогнуть. Он разрабатывал. Кровавая мясорубка вкупе с экстремальными безумствами обеспечена. Ох, бедный я бедный…

— «Блин, да» или «блин, нет»? — нетерпеливо тявкнул бес.

— Да, блин, да!

— Вери вел, — сказал Убеев. Жерар от радости заплясал на месте. — Умница, чувачок! Глупо было бы отказаться, верно я говорю? — Он мечтательно зажмурился, с предвкушением облизываясь. — Ну, парни, листайте каталоги модных курортов. Бабульки скоро потекут обильней, чем слюни у голодного в ресторации.

— Итак, к делу. — Железный Хромец с некоторым трудом забросил ногу на ногу и положил сцепленные кисти на колено. — Павля, по плану ты исполняешь заглавную партию рояля в кустах. Он же Deus Ex Machina, что в переводе с латыни означает…

— Хрен с горы, — весело гавкнул Жерар.

— Означает «бог из машины», — невозмутимо завершил Убеев. — Но поскольку боги латинян жили на Олимпе, высокогорная версия нашего лохматого остряка имеет полное право на существование.

— Спасибо, друзья, — ядовитейшим из голосов сказал я.

— Да на здоровье, — сказал бес, а Убеев царственно кивнул.

— Далее. От Жерара в этом деле проку будет немного, поэтому он делает то, чем способен причинить наименьший вред. Имеется в виду — нам.

— Оскорбительно такое слышать, — с укором затянул бес, но Железный продолжал, будто не замечая:

— Например, изображает беспризорного щенка, который скулит под дверью и которого требуется обогреть и приласкать. А при необходимости — обеспечивает заунывный вой ветра и отдаленный рокот толпы. За ним же финальные аплодисменты.

— Какого ветра, старичок? — удивился Жерар. — При чем здесь я?

— «А рассказать, как он ветра изысканно пускал, — продекламировал я вполголоса в сторону, — так все перед тем тщета! Все падет жалким прахом…»

Оба посмотрели на меня заинтересованно.

— Вспомнилось вдруг, — сказал я скромно. — К слову пришлось. Отчима моего стихи.

— Мстительный юноша, — констатировал Убеев с откровенным удовольствием. — Наш человек, сто пудов. — Он перевел взгляд на беса. — Ну, ветра. Который воет. Как его бишь… Борея… Или там Зефира.

— «Ночной Зефир струит эфир», — не унимался я. — И тоже, надо полагать, делает это изысканно.

Жерар в раздражении показал мне клыки, с видимым усилием проглотил готовый вырваться рык. Ага, проняло, нечистого! Будет помнить «хрена с горы».

Убеев сдержанно улыбнулся. Заметивший это бес агрессивно встопорщил усы:

— Борея сам изображай, старичок. С меня и щенка хватит. Кстати, ты-то чем намерен заняться? Руководить из укрытия? «Двести метров левей, мои солдаты! Там укрепленная огневая точка. Завалим ее своими трупами! Ура, ура, ура!!!» Так, что ли?