Спасатель - Вадим Денисов

«Гугль» легонько ткнулся бортом о привальную доску, я быстро выскочил на причал, начал вязать конец на рубленый деревянный кнехт.

Мент подошел ближе. Местная Манила по-прежнему говорит по-тагальски и по-английски. Я даже выучил одно важное слово — «мабухай»: в переводе с тагалога, языка тагалов, главной народности Филиппин, это означает «здравствуй».

— Мабухай!

— Мабухай! — И улыбчивый таможенник сразу перешел на английский. — Меня зовут Ванчай, я таец. Бригада охраны пристани и рынка. Кто, откуда, цель приезда?

Бригада? Звучит многообещающе.

Я вкратце стал рассказывать немудрящую легенду о шанхайском бытии молодого доморощенного агронома. А здесь прицениться хотим, техника нужна, культиватор или даже мини-трактор. Все это время боец бригады благосклонно качал головой, но, когда я споткнулся с переводом слова «прописка» и в сердцах произнес его по-русски, Ванчай вдруг резко оживился.

— Скажите «водка»! — неожиданно попросил он.

— Ну водка, — машинально брякнул я.

Поймал, подлец.

— О! Зема! — на отличном русском языке вскричал охранник. — Так ты русский! Подожди, зема, давай поговорим! Я ж из «лумумбария»! В РУДН[36]учился!

Как вы считаете, есть от чего обалдеть?

Удивительно, но я тут же проникся общностью прошлого: первый встреченный мной человек, судьбой связанный с Россией, некогда, пусть и временно, пребывавший там. Мы зацепились языками и начали бодро вспоминать сладкую московскую жизнь. Все на русском, и все мимо Ленни, которой и пришлось самой вытаскивать на берег невеликое наше имущество.

В конце короткого диалога КВН-таец произнес:

— Ну же, елки! В общем, не боись, бросай все, никто ничего тут не тронет и вас не обидит, обещаю эту, как ее, «крышу»! Только длинноствол нельзя, закрою в будке. А пистолеты носи… Ну скажи еще раз, друг, как тебя зовут!

Он аж приплясывал от восторга.

— Федя.

— Федя!!! Какое красивое слово, какие звуки! Это же чистая Москва! Федя-а… Ты же наверняка будешь в Россию пробираться?

Никогда и ни за что я не смогу скрыть цели своего похода. Всем все ясно.

— Ты же радио слушаешь? Они уже и футбольные матчи начали транслировать, на русском! У нас никто ничего не понимает, так им и перевожу, под пиво, в харчевне у старого китайца. И все болеют!

«Радио Россия» мы слушаем, но редко, в последние дни банально не было времени, какой-то калейдоскоп событий. Но кое-что знаю. Например, то, что — немыслимое раньше дело! — немцы влились в Русский Союз, и теперь Берлин есть просто город объединенного русского анклава. И народностей там уже э-ге-ге.

Но вот футбол…

— Ты серьезно?

— Что ты! Знаешь, — лицо охранника вдруг погрустнело, — иногда я думаю, что тоже свалил бы, имей возможность… Кто я здесь? Мент поганый, хрен ли. А ведь Ванчай в Москве был артистом, я в КВН играл, мне сам Масляков руку жал. Эх! — И он неожиданно тихонько запел до боли родное: — Мы начинаим кавэ-эн, длиа чиво, длиа чиво-о-о…

Как мне потом все это Ленни объяснять? Сборная команда КВН, РУДН им. П. Лумумбы, Александр Масляков, филиппинский таец из Москвы…

Полный сюрреализм.

Тепло попрощавшись с кавээнщиком, мы, согласно инструкциям, поднялись наверх и пошли к базару. Тут люди работают, и очень споро, все торопятся. Пахнет какой-то химией, дымом, кожей, нефтепродуктами, вспотевшими телами… Из большого ангара несколько человек вручную выкатывают старинный бортовой грузовик — ни за что не определю марки.

Мы с Zicke прошли мимо низких зданий складов, среди которых имелись три серых морских двадцатифутовых контейнера с надписью «FESCO», протопали мимо пары еще закрытых магазинчиков и вышли к торговым рядам — огромные плетеные ворота ведут внутрь рынка. Хочется сразу окунуться в эту атмосферу — ничто так не проявляет характера людей нового для вас места, как местный базар.

Но сначала нужно зайти к другу Джая.

Опрашивать никого не пришлось: большая кузня перед проходом к торговым рядам и характерная вывеска сразу показали нам правильный путь. Сбоку от кузни болтались трое молодых людей тревожного вида. Один качался в большом гамаке, двое играли в шахматы. А на кровле-то антенна, и вполне серьезная!

Нам сюда.

Бонифацио я заметил сразу — такого не спутать.

В неброских черных джинсах, в тщательно отутюженной белоснежной рубашке и солнцезащитных очках ветеран филиппинской SWAG производил обманчивое впечатление обыкновенного преуспевающего человека. Но Федю ему не обмануть. Бони всего лишь пару секунд посмотрел на меня из-за прилавка и медленно снял очки.

За спиной владельца лавки, на покрытых панелями из плетеного тростника стенах и стендах висели и лежали интереснейшие предметы, но я их пока не замечал — видел лишь острые и опасные глаза Бони. Верю. Подобный волчара и должен был вальнуть приснопамятного Абу Саифа. Это глаза бывшего матерого волкодава на закате карьеры, волей случая поменявшего полярность. Во взгляде сквозят остатки ментовского менталитета, расчетливость грамотного бандита и страх узнавания: «Что скажет настоящий волкодав, увидев меня тут». Какой-то скрытый стыд.

Бони, лишь мельком кивнув притихшей Ленни, теперь очень внимательно и молча осматривал меня. И через несколько секунд молча же, жестом дал понять, что покупателя во мне в упор не видит, — приложил два пальца к плечу, напоминая о погонах. Я кивнул — МЧС-звание у меня есть, да и срочная за спиной, достал «верительные грамоты» в виде небольшой записки от Джая и протянул «спецу». Содержание записки было мне известно заранее: индус поступил корректно. Впрочем, при другом варианте я бы ни к какому такому «дружку» не пошел. Да и вряд ли бы поехал.

Пока хозяин лавки изучал записку, я начал осматривать выставку.

Вот это богатство! Вот это коллекция! В Шанхае имеются две небольшие кузни, и лавчонка похожая есть, но там нет и пятой доли местного ассортимента. Как я понимаю, особую гордость хозяина составляет отличная подборка «староземного» холодного оружия — наверняка вместе с Крепостью досталась, другого пути попадания сюда такого числа отличных старинных клинков я просто не вижу. Да, тут есть что выбрать, непременно один-другой клинок куплю.

За спиной хозяина большое окно с видом на реку — вот торговая пристань, и даже «Гугль» можно различить среди ряда лодок. Значит, он мог видеть, как мы причаливали.

— Что же, tovarisch, я все понял. Джай передавал что-то еще?

Откуда догадался о посылке?

Заметив мое легкое удивление, он махнул рукой — мол, несущественно. Хитрый индус меня все-таки переиграл. Точку поставил где-то? Учись, Федя, учись.