Рыцарь зимы - Ричард Арджент

Быстрое движение – и перед зрителями снова предстал дьявол – с красными рогами и козлиными косыми глазами. В этот раз у него на голове восседал жуткий крылатый черт, похожий на шляпу. Мелкое создание преисподней, злобно зыркая по сторонам, сорвалось с места и промчалось по комнате, как ястреб. Оно кинулось прямо в лицо Эзры и на миг коснулось когтями его губ. Тот завопил от ужаса и отбросил странную тварь в сторону, а потом попытался растоптать ее на месте. Анжелика опустила взгляд и не увидела ровным счетом ничего. Там ничего не было.

Все произошло с головокружительной скоростью. Мерцающее пламя камина очерчивало формы обычных, привычных предметов, которые как будто начали двигаться. Вместе с пламенем танцевали сами тени. Одни были настоящими, другие – нет. Все приобрело странную подвижность, хрупкость и нереальность. Умы зрителей хватались то за одно, то за другое, пытаясь отыскать опору в пустившемся в пляс мире. Страх перед неведомым сковал Эзру и его мать, как мертвый ветер, вырвавшийся из далекого, темного подземного мира.

Тетушка Элспет с воплем вскочила на ноги, зажала себе рот обеими руками, пытаясь сдержать страх и не дать ему перерасти в безумие.

Эзра беспорядочно махал руками, словно сражаясь с невидимыми демонами.

Анжелика вскочила и помчалась к двери за сценой, в коридор, где ее ждали актеры. В темноте она поспешно скинула с себя платье, под которым был надет костюм мальчика – девушка надевала его, чтобы одурачить Эндрю и получить возможность тайно наблюдать за его тренировками. Достав бархатную шапочку, она нахлобучила ее на голову и спрятала под ней свои длинные кудри. Четверо актеров быстро направились к выходу, где дежурил слуга по имени Картер, явно не понимая, что происходит в доме.

– Кто кричал? – спросил он, прищурившись в сумраке. – Я слышал какие-то вопли.

Он быстро окинул взглядом группу актеров, уверенный, что видит перед собой четверых юношей.

– О, – небрежно произнес Патрик, – это была лишь концовка пьесы – весьма удивительная, драматичная, друг мой… Скажи лучше, как это ты не услышал последовавших за ней аплодисментов?

Четверо молодых людей миновали охранника и вышли в сад. Едва скрывшись из вида, они побежали. Луны не было, но звезды уже высыпали на небо, и в их свете беглецам удалось скрыться. У перекрестка они задержались, переводя дыхание и поджидая пятого участника представления.

В особняке царил вполне ожидаемый хаос. В мерцающем свете каминного пламени Эзре показалось, что он видел белое платье Анжелики, мелькнувшее на лестнице. Он не сразу пришел в себя, потребовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями. Эзра был перепуган до икоты последней сценой пьесы. Он начал подозревать, что актеры владели колдовством. «Вне всякого сомнения, – наконец решил он, – Анжелика тоже от страха едва не лишилась рассудка. Прекрасная возможность. Пора нанести решающий удар». У него появился прекрасный план – пойти к ней в комнату и успокоить напуганную девушку в постели. Хотя он сам еще не до конца оправился от пережитого ужаса, нельзя упускать такую возможность.

Эзра быстро отвел мать в комнату и оставил на попечение компаньонки, а затем следом за Анжеликой поднялся по лестнице, ведущей в ее покои. По дороге он поклялся себе, что непременно найдет актеров и по меньшей мере выпорет за такое представление. Но пока главное место в его мыслях занимала Анжелика. Выпивка снова разожгла в нем похоть, и, хотя страх ненадолго отвлек его, в паху по-прежнему полыхало жаркое пламя.

Он открыл дверь, ведущую в комнату Анжелики, со словами:

– Ничего не бойся, моя сладкая, – я пришел, чтобы поддержать тебя…

– Боже правый, в самом деле? – издевательски отозвался мрачный мужской голос, донесшийся от огромного силуэта в белом муслиновом платье. – А я надеюсь, что это задержит тебя!

Тяжелый кулак врезался в висок Эзры.

Тот был ошеломлен нападением, но не оглушен. Эзре хватило сил позвать на помощь:

– Сюда! Сюда! Быстрее, в комнату госпожи!

Тоби снова ударил его по голове. На сей раз колени мерзавца подкосились, и он мешком рухнул на пол. Затем дверь распахнулась, и в комнату ворвались двое слуг Эзры – широкоплечие, крепкие парни с огромными кулаками. Они набросились на Тоби. Нанеся ему несколько ударов, здоровяки прижали его к полу, не давая подняться. Теперь уже Тоби пришлось звать на помощь в надежде, что друзья придут на выручку. Казалось, он целую вечность боролся с противниками, пытаясь освободиться. Один из них закричал:

– Сбежать захотел, да? Получай за свои старания и успокойся, будь ты проклят!

В ребра юноши врезался кулак, и Тоби громко застонал.

Окно за спинами слуг было распахнуто настежь – актер должен был сбежать через него. Но сейчас в комнату ворвались Патрик и Артур. Казалось, они влетели в окно, как огромные летучие мыши, принявшие человеческий облик. Патрик прижал лезвие кинжала к горлу слуги, вцепившегося в руку Тоби, угрожающе кольнув кожу.

– Отпусти его, или я перережу тебе глотку! – крикнул он. – Поднимайся! Живо!

Тот послушался, подняв руки вверх. Освободившись, Тоби ударил второго слугу в челюсть и почувствовал, как под кулаком ломается кость. Но этот тип так легко сдаваться не собирался и поспешил откатиться в сторону, сбив с ног Артура. Схватив парня, он пригрозил придушить его, если остальные не прекратят драку.

– Убери нож! – заорал слуга. – И отойди прочь от моего хозяина!

Эзра медленно приходил в себя, постанывая и царапая пол.

Артур поднялся на цыпочки и почувствовал, что отрывается от земли – душивший его человек поднял юношу в воздух. Он забрыкался, беспорядочно пинаясь. Человек, которому нечем дышать, начинает паниковать и осыпать противника ударами, ничего толком не соображая. Но Артуру повезло – он изо всех сил угодил слуге Эзры прямо по лодыжке. Тот завопил от боли, и юноша сумел выскользнуть из его медвежьей хватки. Артур схватил тяжелый стул и ударил противника по голове. Глаза парня закатились, и он мешком рухнул на пол.

– Не шевелись, – велел Патрик своему пленнику, – или я действительно пущу в ход кинжал. Что предпочитаешь – чтобы мы тебя также ахнули по голове, или ляжешь сам, чтобы мы тебя связали?

Парень выбрал второй вариант. Актеры как раз закончили возиться с узлами, когда хозяин слуг кое-как поднялся на ноги. Тоби коротко произнес:

– Я с ним разберусь, – и снова нанес Эзре сокрушительный удар в висок. Тот потерял сознание и рухнул на пол.

Тоби быстро стащил с себя белое платье и окинул презрительным взглядом бесчувственное тело кузена Анжелики:

– Спи сладко, презренный развратник, ибо утро не принесет тебе ничего, кроме глубокой скорби.

После этой цитаты из какой-то пьесы трое актеров выбрались из дома через окно, спрыгнув в сад с высоты в двадцать футов. Им было не привыкать выскакивать подобным образом из комнат гостиниц и трактиров, когда не хватало денег, чтобы расплатиться за ночлег. Они знали, как правильно приземляться, и ловко перекатились по земле. Не получив никаких повреждений, юноши крадучись пробрались к воротам по лужайкам и грядкам с овощами, а затем припустили прочь от поместья к перекрестку, где их дожидались остальные.