Путь Крови - Михаил Павлович Игнатов

— Вот так и продолжай, — кивнул Вир. — Мне нужны факты и то, за что ты отвечаешь, а не жалкие попытки увильнуть от ответственности.

— Я понял, господин. По фактам. Много трупов. Реольцы убирают их, но трупов до сих пор много, — помедлив, Кровавый всё же добавил. — Горы. Я бы сказал, что там погибло не меньше тысячи реольцев. Теперь они истощены на этом направлении, что открывает много интересных возможностей.

— И эти возможности мне тоже сейчас неинтересны. Этим и без меня есть кому заняться. Лиал и его схватка.

Кровавый на этот раз извиняться не стал, бесстрастно продолжил доклад:

— Лес несёт на себе следы тяжёлого и упорного сражения. Множество техник как адептов, так и идаров. Реольцы дорого продавали свои жизни, вернее, пытались продать. Я отыскал три места, где они пытались уничтожить Лиала. Чётко видны границы использованных им защитных техник херристра аут. По их размерам я уверенно утверждаю, что он прикрывал только себя.

— Вот только себя и всё? Там купол был размером в полшага?

— Почти так и было, господин, — Кровавый и не подумал опустить взгляд или пойти на поводу у Вира. — Первый был в три шага шириной, второй в шаг, третий и того меньше. Видимо, он начал экономить силы.

— Видимо, — хмыкнул Вир, но спокойно повёл рукой. — Дальше.

— Я не настолько хорош в чтении затоптанных сотнями реольцев следов, но я много слушал, пока кружил там. Реольцы тоже пытались понять, что произошло той ночью и у них выжило немало свидетелей, которые не выдерживали схватки и бежали прочь.

Вир одним взглядом подстегнул было замолчавшего Кровавого.

— Часть лагеря он вырезал во сне. Проскользнул за внешнее кольцо стражи и пошёл от одного костра к другому, уничтожая встречные патрули внутренней стражи. Затем поднялся шум, он начал убивать набегающих реольцев, пока их не стало слишком много. После этого отступил, обошёл реольцев и ударил в темноте с другого направления. Принялся повторять, безжалостно уничтожая любой очаг сопротивления. Использовал ловушки, заманивая реольцев за собой и поджигая под их ногами их же шары с огнём, спалил почти весь лес у того края озера, загнал часть реольцев в воду и уничтожил уже там. В конце концов, реольцы не выдержали накала схватки, впали в панику и принялись разбегаться, подстёгивая друг друга ужасом и слухами.

— Например?

— Что напало две тысячи скерцев. Что их враг Великий Заклинатель, поджигающий даже землю. Что из-за каждого куста выпрыгивают Клинки, одним движением меча разрубающие сотню воинов. Что скерцы убивают одним взглядом, что на их глазах скерцы пили кровь из горла.

— Кровавые?

— Ни одного тела с такими ранами. Хотя несколько Кровавых там точно было, но Кровавых Реола и Лиал их убил в числе прочих.

— Так какой итог? У него была помощь?

— Нет, господин. Я считаю, что он был один. Действовал умело, смело, иногда безумно смело, словно у него две жизни в запасе, но один.

— Я понял тебя, — медленно кивнул Вир. Снова повёл рукой, на этот раз подкрепляя жестом приказы. — Подбери надёжного подчинённого, который теперь будет отвечать только за одно. Я хочу, чтобы на следующем задании у Лиала появилась бесплотная тень за спиной. Он ни на миг не должен оказаться без пригляда. А сейчас Думайна ко мне.

Кровавый молча поклонился и выскользнул из шатра.

* * *

— Раммас огилус зиарот фехт.

Листен выпучил глаза, глядя, кажется, даже не на печати, которые я старательно, невзирая на обязательный срыв, демонстрировал ему, а только на мои губы.

— Свет, — ошеломлённо прошептал он. — Техника света. Тайная техника королевского Дома. Я столько о ней слышал, и вот, — он вытянул ко мне дрожащую руку, — наконец, увидел её.

Илиот сузил глаза, а затем отвесил затрещину Листену:

— Очнись! Пусть это будет хоть трижды тайная техника, ты не должен забывать главное — ты поклялся помогать господину, а не ронять слюни и тупо глазеть. Ты хоть одну печать запомнил? Хоть один голосовой активатор?

Листен потёр затылок, смерил Илиота хмурым взглядом, не отвечая на его упрёки, попросил меня:

— Господин, ещё раз.

Илиот едва удержался от новой затрещины, я же повторил, переждал боль от срыва, когда вышедший из-под контроля жар души обжигал плоть и корёжил пальцы в судороге. Листен в это время лихорадочно черкал по листу, зарисовывая печати.

Я размял пальцы и повторил ещё раз. На этот раз без жара души. Не знаю даже, что это на меня нашло. Осторожно заметил:

— У меня есть догадка, что эти печати как никогда близки к тем, что ты должен создать.

Сказал и поморщился. Тут как бы не пришлось переделывать уже переделанное, а я пекусь о том, до чего ещё нескоро дойдут руки.

Листен вскинулся, позабыв про бумагу:

— Думаете, глава Вир дал вам изначальную печать? Он не показал её результат?

— Показал. Эта печать действовала в его исполнении, — неохотно, уже проклиная свой вечно спешащий язык, принялся объяснять я. Опомнившись, пошёл по самому лёгкому пути. — Его Дом очень близок к королевскому, в его жилах, уверен, тоже очень много ихора Амании.

— Ну да, действительно, кому попало не доверили бы тайную технику света, но и ваша кровь, господин…

Взгляд Листена затуманился, словно он уже погрузился в пересчёт печатей или новый расчёт, кем я прихожусь нынешнему королю.

— Дальше, — вернул я его к действительности. — Вестет сортам порртаг.

Листен нахмурился:

— Ещё один новый раздел техник? Я даже не слышал о таком.

Я невольно поджал губы. Всё как и думал. Если Листен, чуть ли не десяток лет проживший в и возле Академии, не знает этого раздела техник, то откуда о нём знал один из Вораз?

Или я ошибаюсь, и в подвал Кузни он проник другим способом?

Ирал снова прошипел:

— Воры. Все на что они способны — это воровство.

Переведя взгляд на Листена, он качнулся ближе к нему, занёс над ним руку. Огромная, плечистая тень, одна ладонь которого была больше головы Листена. И он явно хочет отвесить не дружескую затрещину. Казалось, одно движение и он сплющит Листену голову в своей хватке.

— И ты, раз за разом оскорбляющий великого Предка, один из таких воров.

Я со свистом втянул в себя воздух, соображая, как быть. Моего знака Ирал спиной не увидит, рявкнуть, останавливая его и тем самым дать подозрения на свой счёт?

Ирал, чтобы тебя Ребел к себе прибрал, верного такого, что ты творишь?

— Ирал! Ты забываешься!

К счастью, его снова осадили и без меня. Молак рявкнул так рявкнул.

Но даже после этого Ирал лишь медленно повернул к Молаку голову, медленно опустил руку и медленно шагнул в сторону.

Я стиснул зубы.