Дорога висельников - Наталья Резанова

– Ты, между прочим, свой костер возле той же пристройки палишь.

– А что я могу сделать, ежели в доме готовить никак невозможно? Не трогай в очаге того, не двигай сего… скажите спасибо, что я и на открытом огне справляться мастер… Эх, черт, из-за тебя чуть все не выкипело! – он добавил воды в котелок.

Сайль высунулась из пристройки – рыжие волосы стянуты платком, на рубахе пятна копоти, взгляд отсутствующий.

– Ага, как жратвой запахло, сразу очухалась! – приветствовал ее Ингоз.

Она не обратила на него внимания.

– С кислотой примерно тот же результат. Приходится выбирать. Вот что лучше для махины – кислота, от которой запал может сработать, или пружинный механизм? – с надеждой обратилась она к Сигварду.

– А ты сама как думаешь?

– Нет полной уверенности ни в том, ни в другом случае.

– А полной уверенности и с обычным стрелковым оружием нет. Ни с мушкетом, ни с пистолем. То осечка, то порох отсырел, то еще что… я по молодости и глупости считал, что доброго клинка в жизни достаточно.

– Мне бы сейчас лучше всего сгодился механизм от часов, – мечтательно произнесла Кружевница. – Я уже Воллеру про это говорила. А он – нету часов такого размера, чтоб их в твое устройство запихнуть. А сама я его изготовить не сумею. По крайней мере, в ближайшие месяцы. Так и придется что-то другое использовать. К примеру, колесцовый замок…

– Да хватит уже! – Ингоза подобные рассуждения изо дня в день порядком утомили. Он снял котелок с огня. Костер почти прогорел, и заливать его не пришлось. – Пошли обедать.

– Сейчас… – Кружевница направилась к реке. – Я это… умоюсь.

Жилище Кружевницы в последние дни приобрело вид не то чтобы более уютный, но менее устрашающий. В большой комнате расчистили место, где можно было спать. Перегонный куб и кое-какие непременные атрибуты своей работы Сайль перетащила в пристрой. Зато вытащила из своей комнаты тюфяк (который тут же узурпировал Ингоз) и пару теплых одеял. Ей пришлось прибраться на столе, выгородив пространство, чтоб там можно было есть, ибо время года не располагало к трапезам на свежем воздухе. Нашлась и посуда, не совсем загубленная химическими опытами. Ее общими усилиями отдраили речным песком и отмыли. Ингоз попытался сунуться и в комнату Кружевницы, но был обруган и более попыток не повторял, подозревая, что там она проводит самые жуткие и опасные опыты, каковые нельзя показать даже товарищам по оружию.

Сейчас Ингоз был настроен вполне благодушно, разливая похлебку по мискам. Сигвард снисходительно наблюдал за ним, пока Сайль не крикнула от реки:

– Кто-то едет!

Сигвард, перескочив через скамью, выбежал из дома, но тревога оказалась ложной. Вдоль берега ехал Перегрин. Когда Сигвард сообщил об этом Ингозу, тот хмыкнул:

– Тут кто-то еще сомневается, что мэтр – провидец? Как раз к обеду подоспел.

Сигвард сомнений не выразил – он наблюдал, как маг спешивается и ведет лошадь и мула к коновязи, которую сам же Сигвард и соорудил. Конюшни при доме не было, лошадей – двух монастырских и одну трофейную – решили пока оставить.

– Если вы за махиной, то она еще не готова, – предупредила Сайль. – Но скоро будет.

– Посмотрим, посмотрим…

– Что, важные вести? – спросил Сигвард.

– С чего вы решили?

– Вы же собирались сидеть в Галвине и ждать Роуэна. Или Ингоз напутал?

– Появились новые обстоятельства… Пандольф не возвращался? Хотя что же я спрашиваю… – Он снял с седла сумку и пошел в дом. Сигвард и Сайль последовали за ним.

У порога Перегрин окинул взглядом мастерскую, затем извлек из сумки две бутылки вина и поставил на стол:

– Вот. Красное фораннанское. Из личных запасов Джиллиарда Роуэна.

– Мэтр, не устаю вами восхищаться! – восторженно возопил Ингоз. – Хорошее вино редко попадает в эти края, и мы, карнионцы, истинные ценители божественного напитка, вынуждены довольствоваться пивом либо той бурдой, что называют вином трактирщики. Садитесь к столу, и порадуемся жизни!

Никто не заставил себя упрашивать. Ингоз, довольный развитием событий, продолжал править обедом, как опытный штурман – кораблем. Описал Перегрину в цветах и красках все благие изменения, которые произошли с восселением мужчин в доме, и как Кружевница этим изменениям противилась, а посему процесс приготовления пищи был связан с трудностями и даже опасностями.

– Но, коль скоро это вино привезли вы, мэтр, – разглагольствовал он, когда все выпили, – я могу не опасаться, что оно отравлено.

– Я бы не был в этом так уверен, – меланхолически заметил Перегрин.

Ингоз едва не подавился.

– Не надо так шутить, мэтр! – заявил он, отфыркиваясь. – Я еще понимаю – Кружевница, но вы…

– А теперь – к делу, – сказал Сигвард. – Вы ведь не потому приехали, что в Галвине вам пить не с кем. Что-то слышно про монастырь?

– Не больше, чем в первые дни. Однако события, можно сказать, сами постучались в дверь. – Он поведал остальным о приезде Аглавры Тионвиль.

– Всего-то? – Ингоз пожал плечами. – Я бы только порадовался обществу хорошенькой девицы.

– Не сомневаюсь. Но вы, друг мой, невнимательно слушали. Она точно знала, что я буду в доме Роуэна. А я, отбывая из Скеля, не рассказывал всем и каждому, куда еду.

– Но вы, мэтр, человек известный.

– Не в Открытых Землях. Далее. Детина, сопровождавший эту барышню, вовсе не напоминает старого преданного слугу, доставшегося от покойных родителей. Он больше похож на наемника. А наемник бесплатно работать не будет. А сама Аглавра – в маске, в щегольском наряде, который скорее способен привлечь внимание… девушка, желающая во что бы то ни стало скрыться от преследования, так бы одеваться не стала.

– Так ведь дура, – процедила Сайль.

– У меня не создалось такого впечатления. Может, эта девушка, в отличие от некоторых, в механике и натурфилософии не разбирается, но она знает, о чем говорит. И о ком. Джеймса Пентикоста, например, она описала правильно.

– Убальдин, – произнес Сигвард. – Не в него ли все упирается?

– Вы знакомы с адмиралом?

Сигвард ответил не сразу.

– Встречал его. Он вполне способен начать рискованную игру. И еще он – большая сволочь.

– В Карнионе его считают великим человеком. Величайшим с тех пор, как Древняя земля была присоединена к империи.

– Одно другому не мешает.

– Адмирал не стал бы тратить время и силы, чтоб припугнуть девчонку, – вмешался Ингоз. Он, будучи карнионцем, счел себя обязанным вступиться за тамошнего героя.

– Думаешь, девица клевещет на адмирала?

– Ну, сама она вряд ли сплела бы такую историю. Или ее кто-то подослал, или…