Монах. Предназначение - Евгений Щепетнов

– Попробуй ты, – сказал Надил и передал Андрею другой пистолет. – Тут пули со стальными сердечниками.

Андрей прикинул вес пистолета – килограмма три, не меньше. Здоровенная дура.

Бам! Отдача была, как если бы он выстрелил из «Пустынного орла».

Ему однажды довелось пострелять из этого знаменитого пистолета, который он снял с трупа убитого боевика. Вначале не понял, что это за здоровенный ствол, а когда решил попробовать его в действии, на шум сбежались все бойцы их группы – уши закладывало от выстрелов, а отдача отсушивала руку. Но из «Орла» еще можно было стрелять одной рукой. В этом же случае – исключено. И вес другой, и сила двух рук нужна. И это при том, что Андрей был гораздо сильнее окружающих. Что же должен испытывать при выстреле обычный человек?

Кираса осталась на месте. В ее стальной пластине зияла дыра, как будто пробитая молотком. В кладке каменной стены за мишенью откололся кусок булыжника.

– Картечь будешь пробовать? – усмехнулся Надил.

– Нет, хватит. Похоже, надо будет пистолеты делать калибром поменьше, – сознался Андрей, – чего-то я лишку дал. Эдак из него смогут стрелять только здоровилы вроде Федора.

– Да можно сделать и поменьше, – пожал плечами мастер, – только убойная сила и дальность упадет.

– А из пистолетов и не стреляют на большие расстояния. Это оружие ближнего боя, для рукопашной. Тут я дал задание алхимикам сделать другой порох… из тряпок. Он гораздо мощнее этого. Вот его и надо будет применять для пистолетов. А что с пушками? Опробовали?

– Да. Стреляли пока холостыми зарядами. Держат хорошо, закладывали двойной и даже тройной заряд – все в порядке. Ни одну не разорвало. Мои литейщики! – с гордостью сказал Надил. – Умеют они лить. Я думаю, что и с ядрами проблем не будет. На днях опробуем ядра, заряженные порохом. Несколько уже отлили, надо будет проверить, как работают. Пушки будешь испытывать?

– Нет. Федор потом будет принимать оружие – проверит. Времени нет. Ты вот что, два пистолета положи нам в карету. И патронов штук по пятьдесят. Пулевых – обычных и с сердечниками. Они как-то различаются? Можно отличить, в каких пули с сердечниками, а в каких нет?

– А вот черная полоска – эти с сердечниками, красная – обычные.

– Надо бы весь патрон красить в эти цвета, – хмыкнул Андрей, – когда в горячке боя солдату разглядывать эти полоски? Он должен сразу определять патрон, отличать его от других, похожих.

– Согласен. – Надил озабоченно повертел патрон в руках. – Как-то не подумал… Сделаем. Сейчас погрузим пистолеты. Кстати, я придумал сбрую для их ношения. Погляди – вот сюда он вставляется, а потом вынул и стреляй! А можно на спине носить или на груди. Дать тебе пару штук?

– Давай. Это называется кобура, – усмехнулся Андрей и пошел к карете.

– Становись! Чего ты держишь ружье, как будто тебе хрен на плечо положили? Крепче держи, крепче! Готовьсь! В боевой порядок! Становись! Мать вашу! Я как вам показал?! Идиоты! Гвардейцы хреновы! Вы не гвардейцы, вы помесь осла и индюка – тупые и надутые! Сколько раз говорить – первая шеренга падает на колено, вторая стреляет поверх их голов! Встали, построились в походную колонну… марш! Левой! Левой! В боевой порядок – становись! Раз, два! Умеете же, когда захотите, ослиные выкидыши! Заряжай! Пли! Заряжай! Пли! Заряжай! Пли! Когда научитесь держать ружья, тогда и выдадим вам патроны! Пока вы полные ослы! Отрабатывайте, отрабатывайте взаимодействие! Сержант, продолжать без меня! После обеда – на стрельбище.

– Ну что, получается у них? – с интересом осведомился Андрей. – Вообще, какие ощущения от обучения? Скоро они смогут представлять собой реальную силу?

– Да нормально все, – ответил Федор, – это я так уж, для порядка ору. Вообще-то они довольно быстро схватывают. Все-таки не рекруты, а обученные гвардейцы. Не первый год в армии.

– А тебе не кажется, что как раз обученные гвардейцы обучаются хуже? Что они зашорены, в них вбиты правила ведения войны те, которые были им даны в военном училище, и теперь они не могут перестроиться как следует? Часть ружей дадим роте рекрутов, будут обучаться параллельно основной группе гвардейцев. Посмотрим, что получится. Сделай вот что – из всех рекрутов выбери тех, кто часто охотился, кто ловок и силен. Создадим из них группу снайперов. Возможно, попозже дадим им нарезные ружья. А что с конными гвардейцами?

– Так же. Правда, уже приступили к стрельбам. Основная задача была приучить лошадей не бояться выстрелов. Ты бы видел, что вытворяют кони во время стрельбы! Двух гвардейцев отвезли в лазарет – сломали себе руки при падении с лошади, когда те понесли. Картина была забавная. Но надо отдать должное гвардейцам – даже падая, они не выпустили ружей из рук. Может, потому и разбились так сильно.

– Поощри их. Издай приказ, что за сохранность оружия они награждаются премией. И надо повысить жалованье всем стрельцам. Раза в полтора. Это должны быть элитные войска, люди должны стремиться туда попасть.

– Они и так стремятся – каждый день приходят солдаты и просят направить их в полк стрельцов, – улыбнулся Федор. – Эта служба считается престижной.

– Сделай им особую форму. Пусть они носят красные и зеленые береты, а также форму, скрывающую их в лесу и кустарнике, – я тебе потом нарисую расцветку. Впрочем, прямо сейчас нарисую. – Андрей открыл дверцу кареты и крикнул: – Эй, соня, вставай! Мне нужен лист бумаги и чем писать.

– А я и не спал. Я думал, как жить, – невозмутимо ответил Зоран и подал Андрею лист бумаги и свинцовый карандаш. – Вот тут можно, на бюро!

Секретарь раскрыл походное бюро и откинул специальный столик для письма. Андрей несколькими штрихами нарисовал образцы обмундирования, сказал о расцветке, и Федор удивленно раскрыл глаза:

– Но это же некрасиво! Все будут против такой формы! Ну что такое – зеленый фон и на нем черные и коричневые полосы! Ну да, в лесу или на земле их будет трудно разглядеть, но зачем это нужно?

– А ты представь: идет отряд врага, никого вокруг нет, и вдруг – из леса выстрелы, из кустов выстрелы, с земли поднимаются ранее невидимые бойцы – снова выстрелы. Паника, крики, грохот – враг бежит. А то, что это якобы некрасиво, – ты увидишь, как скоро все, кто носит эту форму, будут гордиться ею. Мы назовем эти войска войсками специального назначения. Спецназ. Они будут совершать диверсии в тылу врага, нападать исподтишка, стрелять из укрытий, не входя в прямой контакт. Никакой им брони. Только форма – она называется камуфляж, – никаких столкновений в упор. Стрелять и бежать. Ну да, все равно придется обучать их фехтованию и рукопашному бою – вдруг патроны кончились, нужно уметь драться без ружей. Но основной упор все-таки на точность и скорострельность. У нас уже триста пехотных ружей, сотня короткостволов – это огромная сила. Ускоряй обучение.

– Ускорю, – кивнул Федор и со вздохом одернул на себе офицерский мундир. – Никак не могу привыкнуть, что снова надел форму. Три месяца уже, как в ней хожу, и никак не привыкну, будто она чужая. Вот ты как умудрился перевернуть мою жизнь… Думал ли я когда-то, что буду главнокомандующим вооруженными силами Балрона? В голове не укладывается. Кстати, а как отреагировали на мое назначение аристократы? Как они восприняли то, что со своего поста был смещен брат императора?