Разбудить бога - Дмитрий Янковский

— Ты? — удивился я.

— Что? — спросил Гром, который все еще ни фига не слышал.

— Рад, говорю, тебя видеть. Вовремя.

— А, — еще шире осклабился прапорщик. — Я, как увидел твой переход, сразу за понюшкой «вони» помчался. Извини, Сань, что я сразу с тобой не остался.

— Забей, — подмигнул я. — Ты явился как нельзя вовремя. У меня уже жопа горела синим огнем.

— Огнетушитель с собой носи, — рассмеялся Громов.

Я уселся с ним рядом и прочитал вслух детское стихотворение, которое, на мой взгляд, недурно подходило к обстановке:

Люблю грозу в начале мая,

Когда весенний первый Гром

Как шибанет из-за сарая,

Что фиг опомнишься потом.

Гром усмехнулся.

— Да, здорово получилось, — сказал он вставая. — Только все же они скоро опомнятся. К тому же осень в сфере взаимодействия.

— Я вижу, — глянул я на падающие листья. — Ну пусть тогда будет осенний Гром. Катит?

— Ага. Я, кстати, «жигульку» твою пригнал.

— Да ну? — удивился я.

— Лениво было пешком топать. Здоровье у меня уже, Саня, не то, что прежде. А лошадка у тебя проходимая. Думаю, и по дороге пройдет, если в колею не заглубляться.

— Пулемет бы еще на крыше установить. Крупнокалиберный. Тут они постреливали из ДШК.

— Я слышал. Но не получится, железо, на хрен, отдачей сорвет.

— А в багажник? Будет тачанка.

— Это можно попробовать.

Мы приволокли станковый пулемет и действительно умостили его в багажник. Не ахти как получилось, но если снять заднее сиденье и сорвать крышку, то в принципе можно вести огонь по догоняющему противнику. Пока Гром работал саперной лопаткой, как ломом, я морщился. Багажник было жаль. Наконец он справился и отшвырнул крышку в кусты.

— И что дальше? — спросил я.

— Тебе же Кирилл нужен, а не сосунки? Значит, нет вариантов, надо нам с тобой разделяться.

— А смысл?

— Я отрокам глаза намозолю и потащу их за собой по дороге к Обрыву. Пойдут они за мной, никуда не денутся. К тому же вряд ли их командирам придет идея что мы с такими малыми силами сможем разделиться.

— Логично.

— Ну вот. Я сигану с Обрыва и окажусь в постельке с бабой. А тебе, Сань, расхлебывать остальное. У меня с Кириллом нет таких счетов, как у тебя.

— Да уж. Насчитал я ему за последние дни по самое некуда.

— Значит, так тому и быть. Жаль только бегать придется от руля к пулемету. Водителя бы...

— И авиационную поддержку.

— Ага, — улыбнулся Гром. — В самую точку. Ладно, Сань, лишние проводы — лишние слезы. Времени и так нет ни фига. Вали отсель, я тут поработаю чуток. А освободишься, заезжай на чаек. В баньку, с девками.

— Заскочу, — пообещал я, хотя чувствовал, что никакого чая не будет.

Не будет Гром прыгать с Обрыва. Видел я по его глазам, что не будет. Постарается удержать внимание пацанов до конца, постарается дать мне как можно больше времени на Кирилла. Потому что Кирилла без армии я уже убивал. А вот с армией будет труднее. Тут и так с ним пуп надорвешь...

И самое ужасное, что я понимал — так и для Грома будет лучше. Он тоже понимал. Жизнь только для собственного удовольствия быстро превращает человека в дерьмо. А ему не для кого больше было жить. И дерьмом становиться не хотелось. А тут появляется Саша Фролов, как обычно, в состоянии спасения мира... Удобный случай уйти хорошо. Нет, я действительно его понимал. Особенно после того, как он хлопнул дверцей, оставив меня одного у Ворот.