Падшие - Лорен Кейт

Арриана понизила голос и постучала ногтями по столу.

— Или ты завела любовника?

Люс покосилась на Роланда, не сводящего с нее глаз.

— Ни то ни другое, — открестилась она. — Я просто уехала ненадолго, чтобы поговорить с Кэмом. На самом деле это не дошло до…

— Бац! Плати, Арри, — ухмыльнувшись, потребовал Роланд. — Ты должна мне десятку.

У Люс отвисла челюсть.

Арриана похлопала ее по руке.

— Ничего страшного, мы просто поспорили, интереса ради. Я предположила, что ты слиняла с Дэниелом, а Роланд поставил на Кэма. Ты подрываешь мое благосостояние, Люс. Мне это не нравится.

— Но я была с Дэниелом, — заметила Люс, не вполне уверенная, зачем ей понадобилось вносить ясность.

Им что, больше нечего делать, кроме как сидеть и гадать, чем она занимается в свободное время?

— О, — разочарованно протянул мальчик. — Сюжет запутывается.

— Роланд, — обернулась к нему Люс— Мне нужно у тебя кое-что спросить.

— Излагай.

Он вытащил блокнот и ручку из кармана черно-белого блейзера в тонкую полоску и приготовился записывать, словно официант, принимающий заказ.

— Чего ты хочешь? Кофе? Спиртного? Крепкие напитки я могу достать только по пятницам. Журналы для взрослых?

— Фигары? — предложила Арриана, шепелявя из-за собственной, шоколадной.

— Нет, — покачала головой Люс— Ничего подобного.

— Ладно, особый заказ. Я оставил каталог в комнате. — Роланд пожал плечами. — Ты могла бы зайти позже…

— Мне вовсе не нужно, чтобы ты что-то доставал. Я просто хотела узнать… — Она сглотнула— Ты же дружишь с Дэниелом?

Он снова пожал плечами.

— Не имею ничего против него.

— Но ты ему доверяешь? — спросила она. — То есть если бы он рассказал тебе нечто похожее на бред, ты бы ему поверил?

Роланд прищурился, явно на миг выбитый из колеи, но Арриана поспешно вспрыгнула на стол и наклонилась к подруге.

— А о чем речь?

Люс встала.

— Не важно.

Ей вообще не следовало поднимать эту тему. На нее вновь обрушилась вся кутерьма последних дней. Она подхватила со стола книгу.

— Мне нужно идти, — заявила она. — Простите.

Девочка задвинула за собой стул и направилась прочь. Ноги казались ей тяжелыми и неуклюжими, голову переполняли мысли. Порыв ветра всколыхнул волосы у нее на затылке, и она резко обернулась в поисках теней. Ничего. Просто открытое окно высоко, под самыми стропилами. Просто крошечное птичье гнездо, притулившееся в углу приотворенной створки. Окинув взглядом библиотеку, Люс не поверила собственным глазам. Их действительно нигде не было: ни чернильно-черных щупалец, ни дрожащих серых облаков, клубящихся над головой, — но девочка ощущала их близость, едва ли не чуяла в воздухе солоновато-сернистый запах. Где же они, если не преследуют ее? Люс всегда считала их исключительно своими собственными. Никогда не предполагала, что тени могут бывать где-то еще, заниматься чем-то еще — мучить других людей. Может, Дэниел тоже их видит?

Свернув к компьютерному классу в глубине библиотеки, где она надеялась застать Пенн, Люс натолкнулась на мисс Софию. Обе пошатнулись, и учительница схватилась за девочку, чтобы устоять на ногах. На ней были стильные джинсы и длинная белая блуза с накинутым на плечи красным кардиганом. На шее у нее висели очки в зеленой металлической оправе, прикрепленные к нитке разноцветных бус. Люс поразило, насколько твердой оказалась хватка учительницы.

— Извините, — пробормотала девочка.

— Ох, Люсинда, в чем дело?

Мисс София прижала ладонь к ее лбу. Ноздри Люс забил запах детской присыпки, исходящий от ее рук.

— Ты плохо выглядишь.

Девочка сглотнула, отчаянно пытаясь не расплакаться только потому, что ее пожалела добросердечная учительница.

— Мне нехорошо.

— Я так и знала, — кивнула мисс София. — Ты пропустила занятия сегодня и не была на мероприятии вчера вечером. Может, тебе нужно к врачу? Если бы моя аптечка не сгорела при пожаре, я бы прямо тут померила тебе температуру.

— Нет, то есть я не знаю.

Люс прижала к груди книгу и задумалась, не стоит ли рассказать мисс Софии все с самого начала… вот только что считать началом?

Но ей не пришлось выбирать. Библиотекарь мельком посмотрела на книгу, вздохнула и окинула девочку понимающим взглядом.

— Ты все-таки ее нашла. Пойдем, нам нужно поговорить.

Даже она знала о жизни Люс больше, чем сама девочка. Или о жизнях? Она никак не могла понять, что все это значит или как такое возможно.

Люс последовала за мисс Софией к столу в дальнем углу читального зала. Краем глаза она по-прежнему видела Арриану и Роланда, но ребята вряд ли могли их слышать.

— Как ты наткнулась на нее?

Библиотекарь погладила Люс по руке и надела очки. Ее черные глазки-бусинки блеснули за бифокальными стеклами.

— Не волнуйся. Все в порядке, милая.

— Мы с Пенн искали ее. Это было глупо. Мы подумали, что автор, возможно, как-то связан с Дэниелом, но не знали наверняка. Когда бы мы ни проверяли, выходило так, словно книгу только что взяли. А потом, когда я сегодня вернулась к себе, Пенн оставила ее в моей комнате…

— Так Пенниуэзер тоже знает ее содержание?

— Понятия не имею, — покачав головой, призналась Люс.

Она чувствовала, что болтает бессвязно и неудержимо, но не могла остановиться. Мисс София походила на забавную чудаковатую бабушку, которой у девочки никогда не было. Представление ее собственной бабушки о грандиозной поездке за покупками ограничивалось бакалейной лавкой. Кроме того, оказалось так приятно просто с кем-нибудь поговорить.

— Мне пока не удалось ее найти. Я была с Дэниелом, а он обычно ведет себя так странно, но прошлой ночью он поцеловал меня, и мы не возвращались до…

— Прости, милая, — громко перебила ее мисс София, — но ты сказала, что Дэниел Григори поцеловал тебя?

Люс зажала себе рот обеими руками. Она не могла поверить, что проболталась мисс Софии. Должно быть, она и впрямь расклеилась.

— Простите, это совершенно неуместно. И неловко. Не знаю, почему это у меня вырвалось.

Девочка, словно веером, обмахнула ладонью пылающие щеки.

Но было уже слишком поздно.

— Спасибо, что сообщила! — выкрикнула Арриана с другого конца читального зала.

Лицо ее выглядело ошеломленным.

Но мисс София вернула себе внимание Люс, выхватив из ее рук книгу.

— Ваш с Дэниелом поцелуй не только неуместен, милая, но, как правило, невозможен.