ВАМП. Практикум по целительству - Лана Ежова

Тревожно, до чего же неспокойно! Интерес проводника пугает, но и вселяет надежду. Я его увижу, а значит, стану на шаг ближе к цели — спасению родных. И от осознания важности события, значимости встречи, которая решит если не все, то многое, начинают дрожать руки.

Не люблю находиться среди незнакомых людей, поэтому прошу жену трактирщика:

— Можно я посижу на кухне, пока объявится Скиталец?

— Нет. Ты приехала раньше, но и он скоро будет. Займи место за столом. — Госпожа Даника легким движением подталкивает меня в нужном направлении. — Его любимый стол у стены, тот, что между башками трирога и волка.

Устраиваюсь поближе к чучелу головы волка — это один из многочисленных трофеев Густава, которому увечная нога не мешала оставаться в числе самых метких стрелков-ветеранов гарнизона.

Чтобы скрасить ожидание, Даника лично приносит горячий ягодный взвар с медом и кусок мясного пирога с орехами. Семейный рецепт хозяев, вкуснотища… Только есть совсем не хочется — я не свожу взгляда с двери, напрягаясь каждый раз, как она открывается, впуская вместе с посетителями морозный воздух, разбавляющий аппетитные ароматы с кухни.

Вот в «Посох и шляпу» заходит гайрус — с непокрытой головой, белые волосы запорошены снегом. Не замечая любопытных взглядов, он садится невдалеке от очага. Вскоре появляется группа военных — эти явно пришли поужинать, заказывают все, что есть в меню, и в двойном размере. Степенно вплывает в трактир владелец лавки готового платья, где однажды я изгоняла моль и мышей. На огонек заглядывают двое стражей из магического патруля; молодые боевики, громко о чем-то споря, заказывают жаркое и знаменитое на всю империю вышеградское пиво.

Каждый раз, когда открывается дверь, сердце замирает. Ожидание изматывает, лишая сил, заодно притупляя переживания. И когда появляется тот, кто мне нужен, я почти не волнуюсь.

Высокий широкоплечий мужчина в темном плаще с глубоким капюшоном входит спустя пару минут после магов. Он направляется прямиком ко мне, и быстрый, уверенный шаг выдает в нем решительного человека — по крайней мере, так говорит о подобной походке Мелисса Вогар. А еще поступь кажется знакомой, и мне хочется провалиться сквозь пол. Стыдно за свою ложь.

Капюшон падает на плечи, снежинки соскальзывают с ткани и тают в теплом воздухе. Болотные глаза смотрят серьезно и без осуждения.

— Добрый вечер.

— Здравствуйте, ис…

Он жестом не позволяет завершить фразу:

— Сейчас перед вами проводник к орохоро, эрдесса.

Каррай спокойно присаживается напротив, бросив плащ на спинку стула. Немного растерявшись из-за официального обращения, мучительно подбираю слова. Он терпеливо ждет.

— Простите, я вам соврала: мои родители живы и, надеюсь, здоровы. Они в плену у орохоро, у кого именно, не знаю.

Четырехрукие — это десятки независимых друг от друга племен. Власть сосредоточена в руках шамана и старейшин, иногда они объединяются в союзы, но не больше: до государства им еще расти не одно столетие.

— Я хочу выкупить родных и прошу у вас помощи.

— Хорошо, я помогу вам.

У меня перехватывает дыхание. Так легко? Так просто?.. Слава святой Виржии!

Эмоции бурлят, и я с трудом настраиваюсь на серьезный лад, ведь впереди бездна моментов, которые нужно обсудить. Как сейчас обращаться к Карраю? Называть Скитальцем не поворачивается язык.

— Огласите, пожалуйста, сумму вашего вознаграждения. За сколько дней до праздника Расцвета великой Ма нам с вами нужно выйти в путь?

— Нам?

— Вы ведете на торги еще нескольких человек, — понимающе киваю я. — Так сколько стоят услуги проводника? И сколько мне нужно иметь с собой, чтобы выкупить трех магов?

— С вас я денег не возьму. Как и вас с собой, Соннэя.

— Как не возьмете?.. — Я не верю своим ушам. Он же только что сказал, что проведет меня к орохоро!

— В степи не место первокурснице. Чтобы вытащить ваших родителей, Бладриз, вы мне не нужны.

— Но как вы их опознаете без меня?!

— С легкостью, поверьте.

— Но… — Возражения застревают в горле.

Он назвал мою фамилию! Каррай назвал мою настоящую фамилию! Бладриз, не Близард…

Врать дальше нет смысла? Пожалуй, сделаю только хуже. Несомненно, у него есть веские доказательства. И мне очень хочется их узнать.

— В чем я прокололась?

Боевик насмешливо прищуривается.

— Анаграмма «Бладриз — Близард»? Вы серьезно считали, что она не привлечет ничье внимание?

Я расстроенно кусаю губы. Ну, Мелисса, погодите, выскажу все, что думаю о ваших методах маскировки!

— Ладно, не переживайте так. На самом деле это не критичный прокол. Обе фамилии иномирского происхождения, поэтому нареканий нет.

— Как вы все-таки поняли, кто я на самом деле?

Странно, но я не боюсь, что меня отчислят из академии. Искусник спокоен, он не пылает праведным гневом, вызванным тем, что какая-то адептка смеет обманывать преподавателей ВАМП. И он согласен отыскать моих родных, стало быть, не верит в слухи о том, что они предали Родину.

— Феноменально огромный резерв и базовые знания. — Он загибает пальцы, перечисляя. — Сходство с матерью, родинка на шее, как у отца. Антипохмельное заклинание без побочного эффекта. Кстати, его постарайтесь не применять: в свое время ваша мама неплохо на нем зарабатывала и закончила академию, так и не раскрыв никому семейного секрета.

Выходит, я сама подставилась с тем заклинанием? Что ж, учту на будущее, что использовать фамильные заклинания нельзя.

— Что касается стоимости, то торги непредсказуемы. Орохоро не называют цену — ее назначают сами покупатели. Пока на торгах не присутствовали ирдийцы, маги шли по золотому. — Каррай непривычно циничен, и это несколько шокирует. — На прошлогодних торгах молодого боевика купили за пятьдесят семь златников.

— Сколько?! — Помимо воли я повышаю голос.

На нас оборачиваются, но это отмечаю отстраненно, сквозь усиливающийся шум в ушах.

Я пропала, пропала, пропала… Где я возьму такие деньги? Где, Создатель?!

Искусник подает знак подавальщице, которая нас не беспокоит, видимо, предупрежденная хозяйкой. Подходит сама госпожа Даника. Она аккуратно опускает руку мне на плечо и тревожно интересуется:

— Ты в порядке, Соннэя?

Нет, не в порядке! Разве не видно?! С трудом сдерживаюсь, чтобы не стряхнуть с плеча ладонь доброй женщины. Она не виновата, что мой мир рушится…

— Все хорошо, госпожа Даника, — отвечаю через силу.

Каррай диктует заказ, а я ищу выход. Он есть. Всегда есть выход, только не все готовы его видеть и воспринимать как таковой.