Безусловная магия - Анна Пальцева

Укрывшись одеялом по самый нос, с силой зажмурила глаза, чтобы прогнать образ эльфа, но он, как назло, не собирался покидать мои мысли. Благодаря ему теперь мне хочется движения и волшебства, но самое главное, видеть рядом с собой его — беловолосого, длинноухого эльфа с удивительными бровями и самыми красивыми глазами в двух мирах. Было приятно думать, что увидеть их можно только тогда, когда я рядом. Как бы я хотела прямо сейчас взглянуть и утонуть в них!

И как с такими мыслями возвращаться к Андрею? Правильно, категорически нельзя, чтобы не ломать ему жизнь.

Будильник прозвенел неожиданно. Я подскочила как ошпаренная, выискивая источник шума.

— Дель, ты чего? — сонно спросила Ника, отключив будильник на смартфоне.

— Ничего, — облегченно выдохнула и упала обратно на широкую кровать. — С непривычки.

— Ты так говоришь, как будто не неделю пробыла в том мире, а целый год.

— По мне, так оно и есть, — зевнув, ответила ей, укрываясь одеялом по самую макушку. — За один день я постарела на десять лет.

Ника ахнула и сдернула с моей головы теплую защиту.

— И ты собираешься вернуться в такой ужасный мир?

— Так теперь все изменилось, и за мной никто не будет гнаться, — объяснила как маленькой, отбирая одеяло. Но отдавать мне его никто не собирался, а наоборот, полностью стянули и властно заявили:

— Тогда вставай! Необходимо приготовиться. Я сегодня страху в глаза загляну, а ты тут отлеживаешься! Разве не хочешь побыстрее увидеть своего эльфа?

— Он еще пока не мой, — сморщила нос, но правда была на ее стороне, и я послушно села, опустив ноги на махровый ковер.

Вчерашний день вымотал меня настолько, что не заметила, как уснула. Даже ничего не снилось.

— Эх, мне бы посмотреть на него, — мечтательно заявила Ника, и я бросила на нее недовольный взгляд, испытывая ревность.

— Тебе туда нельзя, — строго проговорила, потягиваясь.

— Это еще почему?

— Два варианта: ты не выдержишь в этом мире, или мир не выдержит тебя.

В мою голову прилетел снаряд в виде подушки, из-за чего не удержалась и соскользнула с шелковых простыней и приземлилась на ковер.

— По-моему, это после тебя мир рухнул.

— Так я на благо его жителей старалась, — обиженно пробубнила, глядя на подругу снизу вверх. Она победно возвышалась надо мной, гордо вскинув подбородок. В розовой пижаме Ника смотрелась очень комично. — Они мне еще спасибо должны сказать.

— А тебя не интересует, откуда белобрысый эльф узнал, как разрушить сердце мира? О безусловной магии уже знали, значит, могли и раньше все провернуть. Так почему именно ты стала подопытным кроликом?

Действительно, откуда?

— Я не знаю, — задумчиво ответила, — но обязательно об этом спрошу.

— Эх, жаль, я этого не узнаю!

— Возможно, это к лучшему, — усмехнулась, глядя на ее грустное личико, и поднялась на ноги. — Давай собираться! — И стукнула ее подушкой в ответ.

Не ожидая моей каверзы, Ника повалилась на спину и рассмеялась, пытаясь отобрать у меня подушку и вцепившись в нее, как клещ. В итоге мы собрались лишь через три часа. Вероника была очень рада моему появлению. Я это видела и старалась сделать так, чтобы она улыбалась чаще, ведь было понятно, что ей тяжело далось это время. Хотела ли я ее забрать с собой? Были такие мысли, но родные ее очень любят и не смогут пережить потерю единственной дочери. Чего нельзя сказать обо мне. Мои родители давно не поддерживают со мной связь, и я не удивлюсь, если они до сих пор не знают о моей пропаже. А Ника — это Ника. Зная ее, понимаю, как трудно ей там будет ужиться, несмотря на то что любит фэнтези. Иногда полезно фантазии остаться фантазией.

— Обещай, что все будет хорошо и кошмар не повторится! — потребовала подруга, как только мы выехали с парковки возле ее дома и взяли путь к коттеджу Влада.

— Обещаю, — после небольшой заминки ответила ей.

Она кивнула, но все равно нервно сжимала руль, часто поглядывая в зеркала заднего вида. Даже я пару раз оглянулась, но ничего подозрительного не увидела. Видимо, боязнь слежки от Ники передалась и мне.

Уже через двадцать минут я забыла обо всем и просто смотрела в окно, наблюдая, как улицы Москвы проносятся мимо. Возможно, я в последний раз гляжу на этот чудесный город, в котором родилась и жила до этого необычного случая. Я буду скучать по этому сумасшедшему ритму, ночным огням, запаху метро и звону курантов. Быть может, я поступаю необдуманно и сама же себя загоняю в угол, ведь стремилась, наоборот, выбраться из него. Но кто знает, может, именно здесь и был тот самый угол, где бы прожила всю оставшуюся жизнь, не зная, что такое настоящее путешествие. Да, у меня не будет всех удобств, но рядом с Андри все это кажется такой мелочью, что невольно забываешь, откуда ты. Конечно, я испытываю страх, что он, скорее всего, прирежет меня, когда узнает, что вздумала вернуться, но странное чувство тянуло меня обратно. Скажете, что это сумасшествие — все бросить и вернуться туда, где не живешь, а выживаешь? Возможно, отрицать не буду. Но, черт возьми, побороть зов сердца можно только разочарованием, и пока я его не получу, буду стремиться к сумасшествию, как бы здравый смысл ни намекал, что это безрассудно.

Смирившись, со вздохом закрыла глаза и постаралась представить Андри таким, каким его видела в последний раз — с нежной улыбкой на губах, с растрепанными белыми волосами и с глазами, в которых отражалась я, с вытянутой рукой в мерцании портала. Как он там? Куда пошел и что сейчас делает?

Тряхнув головой, похлопала себя по щекам, чтобы взбодриться. Ни к чему сейчас все эти вопросы и мысли. Скоро сама все узнаю. Ника покосилась на меня, но промолчала, вновь сосредоточившись на дороге. Она была одета как заправский шпион, во все черное. Я тоже недалеко от нее ушла, только оставила сапоги и пояс, к которому были прикреплены ножны и сумка. Как я их не потеряла в битве с Люцисом, а потом и с аспами, не знаю.

Город неожиданно закончился, и теперь мы мчались по шоссе, к нашему счастью, мало загруженному, хотя машины на встречной полосе стояли неподвижно. Глядя на многочисленный поток машин, чувствовала себя виноватой перед Никой, ведь ей еще ехать обратно. Видимо, совесть я еще не всю потеряла, и она меня сейчас грызла.

— Не переживай, — заверила подруга после пятого моего вздоха. — Не в первый раз, да и пробки — это неотъемлемая часть любого большого города.

Меня она не переубедила, и я вздыхала до самого конца, пока не свернули на другую дорогу, которая была совсем свободной. Красивые дома начали вырастать как грибы после дождя с обеих сторон дороги. Зеленые лужайки радовали глаз, и я невольно стала сравнивать усадьбы того мира и этого. В результате выиграли, как ни странно, чужие, поскольку была в них некая изюминка, которой не хватало здешним.

— Мы на месте, — тихо проговорила Ника, остановившись возле огромных кованых ворот.