Путь в Империю - Денис Васильев

Мощные серые каменные стены возносились ввысь на высоту трехэтажного дома. Периодически их разбивали выступающие вперед башни с бойницами и конусообразной крышей. Саму крепость опоясывал ров заполненный водой, через который был переброшен широкий мост на цепях.

Дорога подводила прямо к мосту и воротам с опускающейся решеткой. Никакой охраны у распахнутых настежь ворот я не встретил, и мы просто напросто въехали внутрь. Внутренний двор крепости к моему удивлению оказался больше, чем предполагалось снаружи, и был полностью стык в стык выстлан гладко обтёсанными камнями. Справа от ворот шла цепочка хозяйственных деревянных построек, между ними ютились казарма и конюшни, а за ними располагался квадратный донжон. Но большую часть двора занимало открытое пространство и сами Врата. Конструкция которых напоминала огромная арку из серебристо-голубого материала, возносившуюся ввысь на три человеческих роста. Строение стояло на невысоком каменном постаменте, на который с обеих сторон вел широкий пандус. По крепостной стене лениво прогуливалось несколько часовых в полукруглых шлемах, характерных для имперских легионеров и оранжевых плащах.

Как оказалось, охрана у ворот все же была, и из караульного помещения справа от ворот лениво вышел, а скорее выплыл толстый щекастый тип в сером камзоле и оранжевом плаще. Похоже, здесь все носили оранжевые цвета.

— Кто такие будете? — вальяжно спросил толстяк, бесстыдно оглядывая Джайну.

Дункан соскочил с коня, вынул из-за пазухи амулет с головой дракона и показал его толстяку.

— Слово и дело Империи. Нужен портал до Мадсграда.

Толстяк тут же преобразился, побледнел, и вся спесь слетела мигом.

— Да, да. Конечно, господин, — залепетал он. — За мастером ле Граном уже отправили. Как прикажете записать?

Джайна тоже спешилась. Видя такой оборот, я последовал ее примеру.

— Мистрис де Килморан с сопровождающими.

— Мистрис? — щекастый удивленно перевел взгляд на Джайну, побледнел еще больше и судорожно сглотнул.

Небось, пожалел о своих скабрёзных мыслях. Не знаю почему, но у меня пока складывалось впечатление, что здесь в империи многие опасаются волшебниц. А этот толстый увалень видимо непроходимо туп, раз в отличие от деревенской девочки, сразу не смог сообразить, что перед ним не обычная женщина.

— Да. Мистрис. — Дункан нахмурился. — Это проблема?

— Нет-нет. Что вы… Мое почтение прекрасной госпоже… — толстяк сделал неуклюжую попытку поклониться Джайне. Смотрелось это презабавно. — С вашего позволения, мне нужно отойти и сделать запись в журнал…

Продолжая кланяться, толстяк попятился.

— Стой! — приказал Дункан. Тот остановился и напрягся.

— Держи, — близнец протянул три империала.

— Да, господин, — толстяк заметно расслабился, и, взяв дрожащими руками деньги, тут же бегом скрылся в глубинах караулки.

— Это что было? — шепотом спросил я телохранителя. — Какое еще «слово и дело Империи»?

— А это для острастки. Иначе они бы нас тут мурыжили, бог знает сколько.

— По-моему ты его жутко напугал.

— Так незачем так упиваться властью холуям. Пусть не расслабляются.

Ничего себе. Такого Дункана я еще не видел. Взглянул на приблизившуюся Джайну, держащую поводья наших трех скакунов.

Выругался про себя и забрал поводья у девушки.

— Я смотрю, репутация у волшебниц тут не очень. Сначала те двое, теперь вот этот страж…

— Есть такое, — усмехнулась чародейка. — В семье не без урода.

— В каком смысле?

— Ну как «в каком»? Мы волшебницы не постоянны и скоры на расправу. Не понравилось нам что, вмиг получишь проклятье: какое-нибудь половое бессилие, например. Это, кстати, самое любимое у нас. Или таверну твою разнесем… А если еще и эти дни у нас, то лучше вообще на глаза не попадаться.

— Сурово… — хмыкнул я. — А что за дни то?

— Неважно, — Джайна как-то странно взглянула на меня.

— Ну ладно. И что реально разбрасываетесь проклятиями бессилия направо и налево?

— Ну, нет уж. Но слухи в народе ходят. А волшебницы их развенчивать не собираются. Зачем? Боятся — значит уважают.

— Вот и я о том же, — кивнул Дункан. — Больше уважения — меньше проблем.

— Логично. А таверну тогда тоже нет?

— Конечно. За нее же все-таки потом придется выплачивать компенсацию. Тут с этим строго.

Чудны дела твои, творец.

— А вот и наш портальный маг, — внезапно сказал Дункан. И я заметил, как из караулки степенно вышел высокий черноволосый парень, в оранжевой мантии. В руке волшебник сжимал витой красный посох.

— Здравствуйте. Куда изволите вас переправить?

— О! Грантик, привет, — Джайна весело улыбнулась. — Ты здесь, что ли теперь обитаешь?

— Простите, мистрис, мы знакомы? — недоуменно вскинул брови маг.

Улыбка сползла с лица девушки.

— Нет. Обозналась, — сконфузилась чародейка. — Простите, магистр.

Маг хмуро кивнул.

— Так куда вас переправить?

— В Мадсград, — вперед выступил Дункан.

— Извольте подождать.

Волшебник прошел к небольшому возвышению слева от врат, на которое я сразу не обратил внимания, и вставил свой посох в углубление в камне. Возвел руки над оголовком посоха, закрыл глаза. Меня обдало холодом, а затем поверхность между аркой врат пошла рябью, воздух заколыхался маревом. Маг отошел от посоха и направился к нам.

— Все готово, — произнес он Дункану, и тот, забрав у меня поводья своего коня, направился к Вратам. Тем временем портальный маг, равнодушно скользнув по мне глазами, повернулся к Джайне.

— Прости за это… — едва слышно прошептал он ей.

— За что… — начала было Джайна, и вдруг изменилась в лице.

— … Но у меня нет выбора, — продолжил тем временем шептать волшебник. — Все, что могу — дать тебе три секунды форы…

Ничего себе, так значит, чародейка все-таки не обозналась. Просто маг почему-то захотел скрыть их знакомство. Будто разминая шею, я огляделся, выискивая сторонних наблюдателей, но кроме солдат на стене никого другого не увидел.

— Я поняла, Грант… — шепнула в ответ Джайна. — Спасибо.

— Удачи, Лучик… — как-то грустно произнес порталист и деревянной походкой направился прочь.

— Дункан, подожди! — Джайна устремилась за братом, который уже почти вступил на пандус.

Я рванул за ней следом, на ходу потянувшись за болтом. Хаос! Похоже, сейчас что-то начнется.

Краткий миг холода, и вот я уже стою на чем-то твердом посреди серого ничто. Рядом с лошадями в поводу стоят Джайна и Дункан.