Северные волки - Игорь Конычев

– Зачем? – «Старый медведь» сел прямо на пол.

– Призраки, – будничным тоном пояснил магистр. – Думаю, все дело в призраках, обитающих в этих руинах, хотя не исключено, что в подземельях водятся еще какие-нибудь твари.

– Просто прекрасно, – скривился одноглазый наемник. – Проклятым остроухим делать больше нечего, кроме как скрестись по ночам, мешая людям спать. Лучше бы в свое время озаботились и построили стены вокруг своих домов, а не жили в чистом поле.

– Зачем стены, если не с кем воевать? – вмешался в разговор Вегард. – Я читал, что в былые времена эльфы жили тихо и мирно, пока не пришли тролли.

– Потому что надо быть прозорливее! – важно ответил «старый медведь».

– Вот и расскажешь им об этом, когда спустишься. – Берсерк знал, что спорить с товарищем бесполезно, поэтому вновь взялся за работу, мощными толчками расшатывая камень. Благо нынешнее состояние молодого воина, благодаря лечению Энвинуатаре, позволяло ему работать в полную силу. На месте серьезных ран теперь красовались зарубцевавшиеся шрамы, которые даже не болели от прикосновения.

– И скажу! – выпятил губу Тред. – Они еще должны ответить за свое поведение посреди ночи!

– Оставь их в покое, – постарался успокоить наемника Марк. – В конце концов, что может быть хуже, чем, не обретя покоя, скитаться по этой земле, принадлежащей теперь убийцам, в поисках утешения? Возможно, поэтому духи нападают на всех, принимая за троллей?

– Так кто велел им так просто умирать и становиться призраками? – заупрямился Тред. Он недовольно взглянул на магистра, вновь взявшегося разбирать завал, и неохотно присоединился к нему. – Вместо этого следовало отстаивать свой город до последней капли крови!

– А кто тебе сказал, что было иначе? – Фаргред шумно выдохнул, и еще один камень покатился в сторону.

– Если здесь когда-то произошла битва, то где кости? – привел свой аргумент «старый медведь». – Даже если здесь все это время пировали падальщики, но оружие-то звери не жрут!

– Трупы жрут не только падальщики, но и те же тролли, они поедают даже своих умерших, причем вместе с костями, а оружие они вполне могли забрать себе. К тому же основной бой наверняка происходил в подземельях, куда отступило большинство эльфов. Все станет ясно, когда мы спустимся вниз. – Магистр жестом подозвал к себе Марка, чтобы тот помог ему с еще одним обломком плиты, разбитой на несколько частей.

– Все такие умные… – Видя, что паладины не справляются, Тред решительно отодвинул их в сторону, чтобы суметь ухватиться за неподдающийся камень. – На счет «три»! – сдавленно прохрипел он и тут же крикнул: – Три!

Раздался душераздирающий скрежет, и плита мучительно медленно поползла вперед, открывая мужчинам темное око входа в подземелья, откуда сразу же потянуло прохладой и неприятным запахом сырости и плесени.

– Первый – мой! – «Старый медведь» поспешно подхватил прислоненную к чудом уцелевшей колонне секиру и с нетерпением принялся вглядываться в темнеющий проход.

Но ничего не произошло.

– А где призраки? – с сожалением спросил Тред, опуская оружие.

– Спят, наверное, устали всю ночь скрестись о камни, – улыбнулся Вегард, отходя в сторону.

– Может, следует позвать остальных? – осторожно поинтересовался Марк, припав губами к рассеченной об острый скол плиты руке.

– Погоди. – Тред подошел к паладину и, ухватив его за раненую руку, потащил ближе ко входу. Помотав конечностью Марка над камнями, старый северянин смахнул несколько капель его крови на ту сторону завала. – Вот теперь иди, – удовлетворенно позволил наемник непонимающе смотрящему на него паладину. – А я тут это… порыбачу, так сказать! Надеюсь, проклятущие призраки уже мчатся сюда со всех ног, учуяв свежую кровушку!

– Старик, может, их там и нет вовсе… – Вегард подал товарищу его куртку и уселся рядом на округлый камень.

– Есть, – убежденно заявил Тред, продолжая вглядываться во тьму. – Ведь кто-то же сделал вот это, – с этими словами он указал на ту самую, широкую плиту, которую они вытащили последней.

– Аргумент, – кивнул берсерк, проведя ладонью по глубоким отметинам на белоснежном камне. – Словно когтями драли. – Он на всякий случай поудобнее поправил оружие, чтобы быстрее вытащить его в случае опасности.

– Сходи за женщинами, Марк, – попросил магистр. – Я останусь здесь.

– Хорошо. – Паладин, продолжая зализывать рану, поспешил на край огромного пня, где в тени уцелевших витых колонн расположились жрицы с эльфийкой, крайне обиженные на лорда Драуга за то, что он не позволил им принимать участия в разгребании завала. Хотя все понимали, что магистр вынужден был поступить так по двум причинам. Первая – ограниченное место, так как приходилось куда-то складывать вытащенные камни. И вторая – склочные характеры Треда и старшей жрицы, которые ни на мгновение не прекращали своих, всем уже надоевших, споров. За утро наемник и жрица успели поругаться более десятка раз, причем совершенно без повода. Не раздели Фаргред эту сварливую парочку – и неизвестно, что могло бы случиться.

– Спускаемся сегодня? – Тред с грустью смотрел на приближающихся жриц.

– Да, – не задумываясь ответил лорд Драуг, и старый северянин согласно кивнул. – До заката еще долго, и я не вижу смысла сидеть здесь полдня, а потом еще и всю ночь, ожидая, пока кто-нибудь полезет из земных недр на белый свет. Так что немного отдохнем и сразу же начнем спуск.

– Поскорее бы уже, – вздохнул «старый медведь», нетерпеливо заерзав на месте. – Давай все сделаем быстро, не люблю я все эти подземелья!

– Боюсь разочаровать тебя, друг, но катакомбы под столь значимым для эльфов городом должны быть огромны, – безрадостно поведал приунывшему наемнику Фаргред. – Я даже не представляю, сколько нам придется бродить во тьме, прежде чем мы найдем то, что ищем.

– Я выведу нас к замку, отпираемому ключом. – Энвинуатаре уже не шептала, а говорила довольно уверенно. – Наша связь укажет путь.

– Ну хоть какие-то хорошие вести, – кисло улыбнулся Тред. – Может, еще и эту ощипанную ворону здесь оставим?

– Когда нас начнет интересовать мнение дикого животного, мы дадим тебе знать. – От ледяного тона старшей жрицы у всех по спине ровным строем промаршировали мурашки.

– Как только сможешь догнать какое-нибудь живое существо, удирающее от тебя без оглядки, испугавшись одного твоего вида, вот тогда и расспросишь его. – Тред даже не думал промолчать.

– Не желаю слышать о своем внешнем виде от комка мускулов и жира, – поморщилась жрица, отвернувшись в сторону и вздернув острый нос.

– Послушай, девочка, – неожиданно обратился «старый медведь» к Энвинуатаре, – как можно меньше времени проводи с этой старой ведьмой, иначе станешь такой же, как она, – страшной, древней, злобной и, следовательно, одинокой.

– К твоему сведению, у меня есть дочь, – не выдержав подобного неприкрытого хамства, выпалила старшая жрица, – и внуки!