Рысь. Рудиарий - Андрей Посняков

– Погоди, – зажал уши Рысь. – Не так быстро, парень. Значит, ты встретил Лацию, поговорил, а дальше?

– А потом я отвел ее в свою каморку, а сам…

– А сам отправился сюда, чтоб выдать несчастную Зарпигоне с Капулием! Так?! – крутанув в руке кинжал, заорал Юний.

– Нет, не так! – Камилл еще больше побледнел и взглянул на Рысь с неожиданным вызовом. – Не так. Я решил просто помочь ей… Когда-то она сильно поддерживала меня, я не забыл… Я хотел просто узнать…

– Где девушка? – не слушая оправданий, поинтересовался Юний.

– Здесь. Внизу.

– В таверне?

– Нет, на улице. Ее можно позвать.

– Зови… Впрочем, нет, идем вместе.

Они спустились на кухню и уже оттуда выглянули на улицу – у колодца маячила хрупкая девичья фигурка, закутанная в плотную накидку.

– Лация! – громко позвал Камилл.

Девушка обернулась и быстро пошла к дому.

– Рысь? – удивилась она. – Ты как сюда попал? Хотя неважно… Я тебе так благодарна за все!

Юноша улыбнулся и, потрепав по плечу Камилла, спросил:

– Так этот парень и вправду помог тебе?

– Да, очень, – с улыбкой кивнула Лация.

Камилл усмехнулся:

– Похоже, и ты помогла мне. Если б я не задержался, валялся бы сейчас под столом в компании Зарпигоны, Капулия и Хилона.

– Хилона? – не поняла девушка.

– Они все убиты, – пояснил Рысь. – Думаю, Хилона убил Капулий, а затем плотник и стряпуха были отравлены. С ними находился кто-то еще, кто-то четвертый, кого они все хорошо знали. Я полагал, что это ты, Камилл! Ошибся, прости.

– Ладно, – парнишка отмахнулся. – Может быть, поднимемся, осмотрим все повнимательней?

– Пошли, – кивнул Юний. – Лация, ты с нами?

– Ну уж нет. – Девушка покачала головой. – С детства боюсь мертвецов. Лучше подожду вас в таверне.

Самый тщательный осмотр, которому Юний с Камиллом подвергли как трупы, так и все помещение, к сожалению, не дал ничего нового. Да и что он мог дать? Картина и без того была достаточна ясна, осталось лишь отыскать четвертого. Хотя бы для начала предположить, кто бы это мог быть.

– Подожди, подожди, – усевшись на ложе, задумчиво протянул Камилл. – Видал я вчера Капулия, столкнулись в одной таверне на Соляной улице.

– Ну-ну?

– От его столика как раз отошел один неприятный тип, не знаю, сидел ли он с Капулием или просто проходил мимо. – Парень сглотнул. – Я узнал его: тот самый гнусный старик, что когда-то в лупанарии избивал плетьми меня и Лацию! Он тогда был вместе с Хилоном, и я вот сейчас думаю: не этот ли старик и есть наш настоящий хозяин?

– Очень может быть, очень может быть. – Юний зачем-то заглянул под стол. – Интересно, должны ли у Зарпигоны остаться какие-нибудь записи – счета там, закладные и прочее? Ведь в доме немало постояльцев, а после смерти Флудана все денежные ручейки сначала стекались к ней, а уж затем – думаю, через Хилона – к хозяину.

– Стоит поискать на кухне, – усмехнулся Камилл. – Даже могу подсказать где. Там, за плитой, тайник в стене.

– И все-то ты знаешь! – Рысь удивленно покачал головою и махнул рукой. – Ну, пошли, взглянем… Кстати, о трупах надо будет сообщить страже.

– Они нас же и схватят!

– Не смогут. Не сами же мы к ним явимся – пошлем с запиской мальчишку-разносчика.

В тайнике Зарпигоны оказались одни папирусы, что явно разочаровало Камилла, видимо, надеявшегося найти старухину долю золота. Что же до Юния, то, сунув свитки в заплечную суму, чтобы разобраться на досуге, он неожиданно предложил всем прогуляться до Соляной улицы.

– А, ты, верно, хочешь, порасспросить там про старика! – засмеялся Камилл. – Что ж, пойдем прогуляемся. Лация, ты с нами?

– Конечно, – кивнула девушка. – Неужто вы хотите оставить меня одну с мертвецами? Брр!

Чтобы добраться до Соляной улицы, пришлось бы изрядно попетлять, однако Камилл знал короткий путь через акведук и Саллюстиевы сады – так и двинулись, опасливо обходя кучки вооруженного чем попало сброда, во множестве толпящегося на улицах и площадях. Да, в воздухе явно пахло бунтом: слышно было, как собравшееся ругали цезаря, а еще больше – его матушку Юлию Маммею и призывали немедленно идти на Палатин крушить императорский дворец.

– Там немало богатства, награбленного у нас, у простого народа! – взобравшись на ступени одного из портиков, орал какой-то парень в коричневом греческом гиматии. – Так вернем же награбленное себе и выберем нового императора!

Окружающие одобрительно загалдели.

– Войска и гвардия поддержат нас, – нагнетал страсти оратор. – Вперед же, на Палатин!

Было темно – над городом собрались синие тучи, вот-вот должна была разразиться гроза. Все ждали этого, подозрительно посматривая на небо, и все же первый раскат грома прозвучал неожиданно громко, так что многие вздрогнули, а некоторые побежали под прикрытие портиков.

– На Палатин! – перекрикивая гром, надрывался парень.

Юний вдруг резко остановился и, оглянувшись, удивленно присвистнул. В пламенном ораторе он неожиданно узнал Сильвестра – плосколицего слугу Кассиев, оставленного не так давно на дальней вилле. Наверняка Сильвестр имел отношение к спрятанному золоту, так счастливо найденному Капулием, и вернулся в Рим, чтоб отыскать сокровища, а не только мутить воду на площадях, возбуждая и без того склонную к эксцессам толпу.

Интересная судьба у этого Сильвестра: домашний раб Кассиев, тайный сектант, вилик и вот сейчас государственный преступник. Или – государственный деятель, если дело у мятежников выгорит. А так ведь вполне могло случиться, особенно если против императора выступят преторианцы, – бывали случаи. И что же тогда делать ему, Юнию? Да ничего – в крайнем случае можно вернуться в казармы, тренером-рудиарием. Не самое плохое местечко, вот только уж больно позорное, с точки зрения римских граждан. А может, Сильвестр уже отыскал следы похищенного сокровища и убийство в доходном доме Флудана – его рук дело? Очень может быть, ведь золота в тайнике Зарпигоны не было!

– Вот что, ребята, – обернулся к своим спутникам Юний, – идите на Соляную без меня. Встретимся завтра в три часа у… хотя бы у амфитеатра Флавиев. Надеюсь, вам хоть что-нибудь удастся вызнать.

– Может быть, – Камилл пожал плечами. – А чего это ты вдруг решил не…

– Взгляни на оратора.

– Куда? – Посмотрев на портик, парень вдруг резко замолк и удивленно округлил глаза. – Ничего себе! Это ж тот самый вилик, клянусь Юпитером! О, боги! Может, он вернулся затем, чтобы…

– Я тоже так думаю. Послежу. Ну а вы идите.