Серый орден - Сергей Джевага

— Сам сказал, от бедра, — буркнул вор, но чуть поумерил пыл. Неторопливо и величаво двинулся к свету, на ходу ожесточенно обмахиваясь веером.

Первый экзамен мы выдержали неплохо — пробежавший мимо слуга низко поклонился, пробормотал нечто вежливое и подобострастное. А вот второй, как водится, провалили… Когда за спиной осталась добрая треть пути, Гай расхрабрился и пошел быстрее, внаглую растолкал двух стражников у входа в какую-то комнату. Те слегка опешили от подобного обращения, а я мысленно заматюгался — вот кретин, еще бы веером по мордасам надавал. Догнал, принялся кланяться на ходу и сделал вид, будто показываю дорогу нахальной аристократке. Краем глаза заметил, что гвардейцы переглянулись, неторопливо пошли следом.

— Дурак! — пробормотал я. — Ты что натворил?..

— А что? — пискнул парень. — Я ж благородный… тьфу, благородная!..

— Но это не дает тебе права пинать сапогами каждого встречного воина, — пробормотал униженным тоном, скорчил злобную рожу. — Вправо сворачивай. Быстрее!..

Забежав чуть вперед, я повернул на очередном перекрестке. Но углядел далеко впереди еще одну парочку воинов, сплюнул сквозь зубы и толкнул ближайшую дверь. Повезло — открыто, а внутри темно и тихо. Гая толкнул почти пинком, сразу захлопнул дверь. Отыскал во мраке гардероб, заставил горе-аристократку залезть внутрь и уместился сам.

Не прошло и полминуты, как вор зашевелился, по-бабьи тонко взвизгнул:

— Сириус, тут кто-то есть!..

— Заткнись, дурак! — прорычал я, вконец обозленный.

— Сириус… — на тон ниже заныл Гай. — Тут правда кто-то сидит. Зараза, за ногу щиплет.

— Тебе кажется, — фыркнул я. Выглянул в щель, прислушался — тяжелые шаги воинов приближались.

И тут в шкафу помимо обиженного сопения вора раздался звонкий детский смешок. Я затаил дыхание, попытался быстро сообразить: на кого же вывела нелегкая? Но мысли замерли на лету, голова закружилась от неожиданности. От побега сдержала лишь опасность более зримая — гвардейцы по голове не погладят.

Колбочка с зельем будто сама собой толкнулась в ладонь. Я торопливо сковырнул пробку, выпустил десятую часть тумана. Мгновенно перешел на Ночное Зрение и скрипнул зубами: что за напасть? В шкафу кроме нас действительно сидел мелкий белобрысый мальчонка с хитрой веснушчатой физиономией и нахально поблескивающими глазками. Судя по одежде, сын какого-то придворного. Спрятался в уголке, затаился как мышь… и при этом легонько постукивал по голове совершенно очумевшего вора каким-то увесистым жезлом.

— Ты что здесь делаешь? — прошипел я грозно.

— Прячусь, — пискнул сорванец, ничуть не смутившись. — Няньки достали… туда не ходи, то не делай. А я же мужчина!..

— Я тебе сейчас, мужчина… уши оторву, — буркнул Гай, отмахнулся от жезла: — Убери ковырялку!..

— Но-но! — возмутился паренек. — Ты, леди, помалкивай. А то сейчас закричу, мигом отправят к палачу.

Мальчишка даже рот распахнул, набрал полную грудь воздуха. Но вор услышал, ловко перехватил ладонью. Паренек завозился и замычал, Гай тут же вскрикнул и помахал кистью в воздухе:

— Хорош кусаться!

— А ты лапы не распускай, — парировал малявка, насупился. — И вообще… вы кто такие? Что делаете в моем шкафу?..

— Прячемся, — сказал я. Вспомнил детские игры, добавил заговорщическим тоном: — Мы из тайной стражи. Осведомители донесли, что среди высокопоставленных господ скрывается вражеский колдун, вот и вычисляем…

— А-а-а… — протянул паренек, мигом посерьезнел. В глазках промелькнуло восхищение, предчувствие Великой загадки. — А то я смотрю, что ледя не совсем ледя. Замаскировались, чтобы сбить чернокнижника с толку?..

— Точно, — поддакнул я. — Но немного не рассчитали, враг среди доверенных гвардейцев. Мы сразились в библиотеке, однако силы неравны. Теперь отступаем из дворца, чтобы вызвать подкрепление…

— Убегаете?! — фыркнул мальчуган. — А как же ваш император? Подставили под удар…

— Ничуть, — торопливо заверил я. Услыхал удивленное хрюканье Гая, двинул вора локтем. — Колдун уверен, что размазал нас по полу, теперь просто хочет убедиться. А мы выйдем, вернемся с лучшими из лучших…

— И задавим гада! — азартно воскликнул нахаленок.

— Точно, — подтвердил я. — Тихо!

Приказал очень вовремя, в коридоре как раз послышались скрежет доспехов и грубые голоса. И паренек, и вор послушно затаили дыхание, а мальчуган закрыл рот ладошкой. Дверь скрипнула, в комнату ворвался свет факела. В проеме показалась массивная фигура стража, сверкнули блики на шлеме и нагруднике. Воин мельком осмотрел помещение, чуть замешкался и с подозрением прислушался… но через секунду отвернулся, вышел вон. Послышался голос: «Пусто, пойдем слева проверим!» Раздались звуки удаляющихся шагов.

Еще пару минут сидели, боясь вздохнуть. Затем я осторожно выбрался из шкафа, размял ноги. Гай вывалился кипой тряпок, заругался и поправил сбитый набок парик. Мальчуган выскочил последним, сразу зажег одну из свечей и внимательно нас осмотрел. На щеках полыхал румянец, в глазах сверкнуло восхищение.

— На колдуна небось не с пустыми руками идете, — комично-серьезно произнес малый.

— А то, — кивнул я. — С кинжалами… зачарованными.

— Дай! — повелительно сказал паренек, протянул руку.

— «Дай» на базаре будешь говорить, — проворчал вор. — Ишь какой…

— Закричу, — пригрозил мальчишка.

— Да кричи, — быстро сориентировался Гай. — Колдун тебя первым схарчит. Колдуны страсть как детишек любят…

— А поменяться? — сменил гнев на милость мелкий, протянул жезл.

Приятель явно вознамерился послать нахала далеко и надолго, но мне препирательства и глупости уже изрядно надоели.

— Отдай, — приказал я.

Около минуты вор колебался, сжимал и разжимал кулаки, злобно сопел. Медленно потянулся к лифу, выудил метательный нож. Паренек схватил его как величайшую ценность, небрежно отдал жезл и принялся вертеть находку в руках.

— Точно волшебный? — уточнил мальчишка с сомнением. — Как работает?..

— Если колдун близко, начнет светиться. Кроме того, оставит страшные ожоги на теле чернокнижника, — ответил я. Схватил возмущенного до глубины души Гая за шиворот, подтолкнул к двери. У порога обернулся, добавил: — Ты нас не видел.

— Угу, — невнятно ответил паренек, увлеченный новой игрушкой.

Дальнейшее показалось сплошным кошмаром. Я и Гай шли через залы в образе аристократки и лизоблюда при ней. Спускались по лестницам, петляли по коридорам и проталкивались через толпы придворных хлыщей. Народу встречалось немало — статус дворца обязывал. Многие терлись у стен, обсуждали последние сплетни и просто попивали винцо, сидя на маленьких удобных диванчиках. Дарили друг другу жеманные улыбки, привычно сыпали комплиментами.