Роковое наследие - Юлия Скуркис

Сиблак с Монтинором сидели на столбах, поставленных накануне циркачами. Вряд ли юнцы решили заделаться канатоходцами, скорее — постарались оказаться вне досягаемости хлыста. Следом за Гримом, прихрамывая, вышагивал Караэль и пытался успокоить разбушевавшегося владельца балагана.

— Что случилось? — поинтересовалась Анаис.

— Да сократят боги дни этих поганцев! — Грим потряс кулаками. — Да покроются их задницы чирьями! Их послали купить селлара, а что они притащили? Даже не догадались спросить сертификат, который выдается на всякую магопродукцию.

Грим бросил испепеляющий взгляд на верхушки шестов. Анаис оглядела покупку и прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

— Этих молокососов провели! Как… как…

— Последних болванов, — услужливо подсказала Тамия. — Короткоживущая халтура — идеальная почва для спекуляций.

Девушки дружно захихикали.

Лицо Грима было пунцовым. Казалось, владельца балагана вот-вот хватит удар. Гендер не знал, как его успокоить.

— Не расстраивайтесь так, любезный Грим. Я возьму это животное.

— Я верну вам деньги, — выдавил Грим.

— Только разницу в стоимости обычного животного и магофицированного, — безапелляционно заявил Караэль. — Брать с вас всю сумму было бы несправедливо.

— Я удавлю этих щенков! — Грим рванулся к столбам, но Тамия с Анаис его удержали. — Вычту деньги из их гонораров! Несколько месяцев не буду платить гаденышам ни гимика. Не стану кормить!

— Ну, это уже перебор, уважаемый Грим, — возразил гендер. Взял друга под руку и увел в фургон.

Монтинор и Сиблак под градом насмешек сползли с шестов и убежали подальше от зубоскалящей толпы.

— Монти, может, нам уже пора покончить с бродячей жизнью? — тяжело вздохнув, спросил Сиблак закадычного друга.

— И что ты предлагаешь? — нахмурился тот.

— Ну, — замялся Сиблак, — вернуться и поступить-таки в Академию.

— На какие шиши, позволь тебя спросить?

— Ты так и не сознался родителям?

Монтинор надулся:

— А сам-то?

— Я все откладывал и откладывал, пока не стало слишком поздно, — отмахнулся Сиблак. — Теперь не знаю, как написать правду после стольких рассказов о том, как мне живется в Академии, да чему я научился. Как думаешь, Грим это всерьез, что даже кормить не будет?

Монтинор пожал плечами:

— Я бы на месте старика тоже взбесился. Его можно понять. Хотя, бросаться на человека с плеткой — это, друг мой, чересчур. Мы же не какие-нибудь прислужники или подавальщики. Мы, демон побери, актеры! И не самые плохие. Вот соберем вещички и свалим. Пусть тогда Грим сам иллюзорные декорации выставляет и звуковую аранжировку делает. Да так, как я, никто ему ночной лес не изобразит.

Друзья решили передохнуть и присели под тростниковым навесом.

— Господа актеры.

Женщина, замотанная в покрывала, отвесила им вежливый поклон.

— Да, мы актеры, — с гордостью сказал Монтинор. — Чем можем служить?

— Мой хозяин побывал на нескольких спектаклях, и его покорила игра вашей актрисы. Он заинтересовался этой девушкой.

— Анаис? Она же совершенно неопытная. Не то что мы, — скривился Монтинор.

Тычок под ребра и шепот Сиблака моментально сбили с него спесь.

— Спятил? Хочешь, чтобы ее хозяин всерьез заинтересовался тобой? Конечно, девицы из тебя выходят первостатейные…

— Я не это имел в виду! — возмутился Монтинор и вернул тычок.

Сиби справился с приступом смеха, сделал серьезное лицо и обратился к женщине:

— Чем же мы можем помочь вашему хозяину?

— Он влюбчив, — сказала женщина. — И от каждого предмета страсти хочет получить что-нибудь на память.

Молодые люди переглянулись.

— Что-то я не догоняю, — нахмурился Монтинор. — Вы хотите, чтобы мы стащили у Анаис какую-нибудь вещь?

— Да у нее вещей-то раз-два и обчелся, — сказал Сиблак. — И с какой стати мы должны потакать прихотям вашего хозяина-фетишиста?

— Услуга будет щедро оплачена, — пообещала женщина.

— Ну, это другое дело, — оживился Монтинор. — Что предпочитает ваш хозяин? Может быть, гребень или… нижнее белье?

— Прядь волос, — последовал ответ.

— Это непросто, — задумчиво сказал Сиблак. — У Анаис чуткий сон. И меч всегда наготове.

— Действительно, — пробормотал Монтинор. — Вряд ли Анаис придет в восторг от того, что ей испортят прическу.

В руке женщины звякнул тугой мешочек с монетами…

Молодые люди вернулись в балаган к началу выступления. Грим к тому времени уже остыл, но хранил неприступное молчание. Играли последний спектакль. Ни у кого не было желания дольше оставаться в Пантэлее, несмотря на то, что публика принимала их благосклонно.

Впрочем, к ночи Грим размяк от вина. Он сидел в старом потрепанном кресле, которое обычно изображало трон вельможных персонажей, и наблюдал за сборами. Ранним утром предстояло вновь отправиться в дорогу.

— Куда поедем? — поинтересовалась Тамия.

— Дальше на север Рипена, — ответил Грим.

— А в Харанд случайно не наведаемся?

Анаис, проходившая мимо, насторожилась. Она положила тюк с костюмами на землю и присела в тени повозки.

— Нет. Что нам делать в этом бездушном государстве, напрочь лишенном чувства прекрасного? — продекламировал Грим. — Хараидцы ничего не смыслят в подлинном искусстве, идущем из самого сердца. Они лощеные снаружи и черствые внутри.

— Уважаемый Грим, вы много путешествуете, — начала Тамия издалека.

— Всю жизнь.

Он наполнил бокал и, прежде чем выпить, понаблюдал, как играет рубиновое вино в свете факелов.

— Может быть, вы знаете какого-нибудь сильного мага?

— Я знаю добрую сотню магов. Зачем тебе?

— Мне нужен специалист очень высокого класса.

— В каждом городке при ратуше есть маг, а то и несколько, которые решают всякие насущные проблемы. И редко отказываются подработать.

— Понятно, — тяжело вздохнула Тамия и понуро побрела паковать вещи.

— Зачем тебе маг? — Анаис возникла у нее за спиной так неожиданно, что девушка-трансформ вздрогнула.

— Ты шпионила? — возмутилась Тамия.

— Нет. Просто у меня хороший слух, — улыбнулась Анаис.

— Это не моя тайна, не могу сказать, — покачала головой Тамия. Было бы нелепо и опасно рассказывать всем и каждому о секрете и одновременно беде Тамерона.

— То есть никто ниже магистра первой степени тебя не устроит? — продолжала допытываться Анаис.