Седьмой - Вячеслав Грацкий

На лице длинноухих не было заметно особых чувств. Если они и были раздосадованы, а то и напуганы, внешне это никак не проявилось. Разве только движения стали скованнее и суетливее.

Перебив всех стоявших на открытом месте, Дежень добрался до ближайшего мертвеца и снял с него полный тул.

Пользуясь его заминкой, из-за колонн поспешно повыскакивали длинноухие, торопливо осыпая его стрелами, но те по-прежнему точно боялись коснуться Деженя.

Спустя несколько минут все было кончено. Небольшая заминка вышла только с последним из длинноухих. У него кончились стрелы, он спрятался за колонной, в надежде то ли остаться незамеченным, то ли напасть на Деженя с ножом.

Но Дежень и не подумал к нему подходить. Натянул в очередной раз лук и спустил тетиву. С ужасающим скрежетом стрела пробила колонну, и до людей донесся предсмертный всхлип.

И тотчас на мертвые тела рухнул как подкошенный и сам Дежень.

Воисвет метнулся вперед, но его опередила Ирица. Быстрым и привычным движением перевернула брата на спину, ножом раздвинула стиснутые челюсти и стала вливать лекарство. Бледное лицо Деженя порозовело. Ирица облегченно вздохнула.

— Позволь-ка, я попробую помочь. — К ней подсел Берсень.

Ирица кивнула, поднялась с пола, отряхивая колени, и тут ее внимание привлек лук Деженя.

— Проклятие! Тетива-то порвалась! — воскликнула она. — Дежень с ума сойдет!

Она ощутила какое-то странное молчание среди товарищей, окинула их внимательным взглядом.

— У меня такое чувство, будто вы не очень-то рады, — нахмурилась она. — В чем дело, Воисвет?

— А ты не догадываешься? Ее лицо затвердело.

— Ирица, — тихо сказал князь, — я уже тридцать с лишним лет в боях, но такого, что вытворял твой брат, еще не видел ни разу. Если бы я не видел этого собственными глазами…

— И еще вот это.

Горяй отступил на пару шагов и ткнул пальцем в длинноухого, приколотого стрелой к колонне.

— Что это? Знаешь ли, даже лучшим из лучших это не под силу. Виданое ли дело — пробить камень как простую доску!

Ирица скривилась:

— Я не собираюсь тебе ничего рассказывать.

— Ирица, — сказал князь, — у нас одна цель и один путь. А то, что сотворил твой брат, слишком похоже на магию, чтобы не вызывать у нас подозрений или опасений.

— Каких еще подозрений? Ты что же, Воисвет, очумел?! — взвилась Ирица. — Разве мы с братом не сражались бок о бок с тобой?!

— Почему ты не хочешь рассказать? — тихо спросил Берсень. — Это какая-то тайна?

Взглянув на мага, Ирица несколько расслабилась.

— Ну тайна, конечно, но не такая уж… Если бы меня сразу по-человечески попросили, я бы рассказала, наверное.

— А я, стало быть, по-звериному спрашивал, что ли? — не удержался Горяй.

— Сотник! — рявкнул Воисвет. — Когда-нибудь я лично раскрою тебе башку!

Ирица, впрочем, даже не взглянула на Горяя.

— Это было давно, — со вздохом начала она. — Уже лет десять тому. Во время одной стычки меня ранили, — видно, очень сильно ранили. Хотя брат-то говорил, что чуть не убили. Но это он от волнения, наверное. Оттащил он меня в какой-то храм какого-то древнего божества и взмолился. А тот бог возьми да откликнись. Я-то, понятное дело, ничего этого не видела, все со слов брата. Так вот, он сказывал, что тот древний бог и наделил его этой чудесной силой.

— Как? Просто взял и наделил? По доброте душевной? — Горяй усмехнулся.

— Я же говорю, я не знаю подробностей. Брат сказал, что договорились они о чем-то, а о чем — никогда не рассказывал. Сколько ни просила, как бы ни напивался, так и не рассказал.

— Боги ничего не дают даром, — вставила Дара.

— Да уж понимаю, не дура. — Ирица нахмурилась. — Прекрасно понимаю, что брату придется рано или поздно расплатиться. Но что тут сделаешь? Поначалу-то переживала, но потом свыклась.

Пока над Деженем колдовал Берсень, Ирица обошла убитых, собрав пять полных тулов. Она пыталась подобрать и выпущенные стрелы, но, пересмотрев с десяток, от этой затеи отказалась — все были разбиты вдребезги.

Дежень очнулся спустя несколько минут. Отпихнул мага и, сняв с пояса баклагу, осушил почти всю.

— Все живы? — поинтересовался он.

— Все, — вздохнула Ирица, избегая его взгляда. — Только…

— Что? — Дежень рывком поднялся.

— Тетива порвалась, — обреченно призналась Ирица. — Она, кажется, была последняя у тебя?

Против ее ожидания, Дежень даже не нахмурился.

— Последняя, — спокойно подтвердил он. — Ну что ж, буду осваивать меч.

— Посмотри вот это, — Ирица протянула ему лук длинноухого. — Может, подойдет?

Дежень натянул лук и презрительно скривился.

— Это страшилка для детей.

— Однако этой страшилкой они выдолбили в камнях вот такие дырки, — Горяй указал на крупную выбоину в колонне. — Пробить не пробили, в отличие от тебя, но…

— Попробуй сам. — Дежень кинул лук сотнику. — Из этого лука нельзя стрелять.

Растянув лук, сотник вытаращил глаза.

— Я хоть и не лучник, но ведь это редкостная дрянь. Но как же они-то?

— Лучше об этом спросить Берсеня. — Дежень кивнул на мага. — Думаю, без магии не обошлось.

Берсень развел руками.

— Да, я чуял волшбу, — признался он. — Но замок и так пропитан волшбой сверху донизу, а во время боя и вовсе царила такая жуткая мешанина из заклятий, причем совершенно незнакомых… Но я ничего не смог разобрать, возможно, некоторые и влияли как-то на луки.

— Думаю, не только на луки. — Подошедший Воисвет швырнул на пол кольчугу, снятую с убитого. — Смотрите, как она потускнела. Бьюсь об заклад, сейчас ее можно пробить даже из этого детского лука.

— Час от часу не легче, — проворчал Горяй. — А я уж было губу раскатал на эту кольчужку. Так сверкала, так сверкала!..

— Да, признаться я тоже на нее рассчитывал. — Дежень помял в руках кольчужку и зашвырнул ее подальше. — Редкостные скряги эти длинноухие, даже после смерти умудрились оставить нас без трофеев.

— Стрелы вроде приличные. — Ирица указала на стопку собранных тулов. — Тем более ты их даже опробовать успел.

— Неужели?

Дежень вытащил стрелу, внимательно ощупал всю от наконечника до оперения.

— В общем-то годится. — Он улыбнулся. — Осталось выучиться метать их без лука.