Одержимый - Николай Мещанкин

— Поскольку сейчас у человечества нет достаточных сил для безоговорочной победы над нелюдьми, — спокойно продолжил Каганаша. Гроссмейстер предлагает выдать Гуграйту некую удерживаемую нами… э-э, то ли Илю, то ли Елю, я не понял.

— Что?

— Гроссмейстер пишет, что, допрашивая плененных кочевников, выяснил, что Гуграйт ищет эту девицу из племен, которая, как он считает, находится у нас, и основная причина войны — попытка Гуграйта вернуть ее.

— Что?! — Баниши снова взглянул на карту. Две трети территории Лиги лежали в руинах, выжженная земля, толпы беженцев, и из-за чего? — Это все — из-за женщины? Из-за какой-то орчихи?! — Магистру захотелось рассмеяться и завыть одновременно. — Я не понимаю. Может, это не он, это мы все свихнулись? Скажите мне, я не понимаю! Устроить это все из-за женщины?! Кто из нас ненормальный я или он?!

Магистры молчали.

— Отдать ему, отдать к чертовой матери! — Баниши резко встал. — Господа магистры, наше Совещание откладывается. Я еду в Эрфорд и привезу эту девчонку. Пусть забирает эту… — Магистр замолчал, махнул рукой. — И пусть убирается, пусть оставит нас в покое! — Баниши быстро зашагал к двери

— А что ответить Гроссмейстеру?

— Подождет. — Баниши остановился, задумчиво оглянулся Да, а подстраховаться не мешает. Пока дело с Гуграйтом, с этим чертовым сумасшедшим Гуграйтом не завершено, за магистрами стоит последить.

* * *

— Магистр, магистр. — Тихий шепот.

Хобахава повернул голову на подушке, огляделся. Никого.

— Магистр, вы меня слышите? — Уже громче.

— Кто здесь?

— Это я, Шеридар

Его ночной посетитель. Значит, он ему все-таки не приснился. Хобахава снова осмотрел неуютную комнату гостиницы. Света ночной лампадки было недостаточно, чтобы разогнать густой сумрак в углах, и все же… И все же в комнате, кроме него, никого не было.

— Где вы?

— Я не здесь. За вами следят.

— Следят? Кто?

— Не важно. Мне нужно…

— Нужно? — Хобахава приподнялся на кровати. — Вы мне что обещали? Вы говорили, что убьете Гуграйта, а вместо этого, вместо этого…

— Магистр, его спасла случайность, мне почти удалось. — Голос стал настойчивей. — Магистр, у нас нет времени…

Стук в дверь.

— Господин магистр, Служба Безопасности. Господин магистр, кто у вас?

— Хобахава, у нас нет времени. Скажите, где Девятка держит эту девку?

— Так, значит, это правда. Несчастный Ояхаси. — Хобахава закрыл лицо рукой. Служба Безопасности, за ним…

— Господин магистр! — В дверь стучали непрерывно. — Это Служба Безопасности! Немедленно откройте дверь, или мы ее выломаем! У нас есть полномочия!

— Магистр, мы же союзники! Скажите, где она, где? Где эта девчонка Гуграйта!

Хобахава сидел, в отчаянии держась руками за голову. Во что он впутался? Одно за другим схлопывались охранные заклинания, дверь трещала под ударами. И его защита… Он чувствовал, как она содрогается от все усиливающегося давления.

— Ну же, магистр, ну! На этот раз промаха не будет! Где вы держите ее?!

— Открывайте, господин магистр!!

— Замок Эрфорд. — Хобахава обреченно опустил руки, посмотрел в темноту.

— Спасибо, союзник, — Голос удовлетворенно шипел. — И прощай.

Хобахава вдруг почувствовал резкую острую боль, словно вкручивающуюся в грудь, что-то лопнуло, и магистр, судорожно сжав край покрывала, повалился на постель.

* * *

— Господин магистр!

— Да? — Баниши оторвался от своих записей, взглянул на вошедшего мага.

— Срочное сообщение. Магистр Хобахава мертв.

— Что? — Баниши взял протянутый магом лист бумаги, пробежал его глазами. Немедленно объявите в замке тревогу! Закрыть все двери, все окна, никого не впускать. — Баниши повернулся, посмотрел на прорезанное под потолком вентиляционное отверстие. Маленькое, до земли метров двадцать, и все же…

— Ну, что вы стоите? — Баниши обернулся к магу и понял, что опоздал. Маг не стоял, он медленно падал с перерезанной от уха до уха шеей.

— А-а, черт! — Магистр швырнул заклинание в метнувшийся в коридоре силуэт, расслабился, впуская силу, закручивая один за другим слои защиты.

Движение сбоку… Баниши поднял руку, готовясь встретить нападение. Что-то темное скользнуло с потолка, упало на магистра, сбивая с ног. Злое шипение, запахло паленым… Защита на натуан все-таки действовала.

— Осторожней, — хриплый голос, — ему еще говорить.

Занесенная когтистая лапа сжалась и вместо шеи врезалась, круша кости, в висок Баниши.

* * *

Крайт задумчиво смотрел на карту. Сардиг… Она там, она должна быть там. Он обыскал Кифт, Вальпию, Нагир, оставался только Сардиг… И значит, ему нужен Сардиг, и он его получит, чего бы это ни стоило. Он туда войдет.

Крайт встал, прошелся. Он туда войдет. Но как? Крайт снова склонился над картой. Идти напролом? Еще одна битва? В победе он не сомневался, но это означает задержку, опять задержку… Как ему не хватает этих потерянных из-за ранения полутора месяцев! Он чувствовал, он знал, его время кончается, оно почти на исходе, а потом… Боль уже не приходила приступами, она стала постоянной, непрерывной, она находилась в нем, пульсируя, словно живое существо, сроднилась, слилась с ним, став частью его сущности. И когда она окончательно поглотит его, наступит конец.

Так что? Крайт горько усмехнулся. Значит, думать не о чем, все и так решено. У него опять нет другого выхода. Значит, предварительная договоренность с пиратами о переброске части войск за спину сардигской армии становится окончательной, и рискованная десантная операция будет проведена… О, да у него гости.

— Мастер?

Крайт медленно повернулся. Огоньки заклятий плясали вокруг, готовые сорваться в любой момент.

— Не надо, мастер. — Из темноты шагнул натуанин. — Мы пришли с миром.

— А, вы опять, как обычно, с миром! — Крайт захихикал. Скопившееся внутри напряжение требовало выхода, грозило выплеснуться истерикой. — Анекдот, я его всем расскажу. Кто еще не знает, что вы — самые мирные существа на свете? Кто еще не встречался с вами в темноте?!

— Мастер! — Натуанин казался озадаченным. — Что с вами? Это смешно? Мы не понимаем.

— Вы не понимаете? — Крайт вытер выступившие на глазах слезы. — А кто сказал, что вы должны понимать? Чего тебе надо, голубь?

— Я — голубь? — Взгляд натуанина на мгновение затуманился. — Ладно, пусть будет так. Это не важно. Мастер, я пришел предупредить.

— О чем?

— Вы должны быть осторожны. Другой делает для вас суккуба.