Броня. "Этот поезд в огне..." - Юрий Корчевский

Стараясь ни на что не наступать, чтобы не обнаружить себя шумом, Сергей забрался на пятый этаж и зашел в одну из комнат. Видимо, раньше здесь занимал позицию наш пулеметчик, потому как на полу было полно гильз от «трехлинейки».

Сергей зашел к окну сбоку и посмотрел вниз. Да, от городских построек, заводских цехов мало что осталось, в основном – руины, кирпичные завалы. И никакого движения – ни немцев, ни городских жителей. Даже ворон и голубей не видно, всех распугала война.

Сергей стал припоминать – так ведь и собак с кошками нет. С хозяевами ушли или в щели забились от громких звуков выстрелов и взрывов?

Через квартал показались два немца. Они были далеко, верных триста метров. Без оптики попасть затруднительно, но Сергей решил попробовать. Сделает один выстрел – по нему не засекут. А вот после второго определят, где стрелок засел.

Он выставил на прицеле 300 метров, положил винтовку на подоконник, глубоко вдохнул и, затаив дыхание, поймал на мушку фигуру врага и мягко потянул за спуск. Выстрел! Немец упал. Русские так открыто не ходили бы, тем более – парой. Значит – чужак.

Второй выстрел он делать не стал, хотя руки чесались.

Когда подстреленный фашист упал, второй немец кинулся в сторону и укрылся у домов. Но через некоторое время осмелел, подошел к убитому, наклонился. Документы из кармана вынимает или смотрит, жив ли камрад? Впрочем, Сергею все равно, ранен ли тяжело немец или убит – хоть на секундочку, на миллиметр, но к победе он приблизился. А в том, что наши в итоге одолеют гитлеровскую Германию, он не сомневался – еще не все резервы исчерпаны. Тем более из истории о далекой победе знал, хотя сейчас сомнения были. Предприятия и заводы в тылу только разворачиваются, только начинают наращивать выпуск боевой техники, оружия, боеприпасов. И людских ресурсов хватает, только обучить надо. А немец выдыхается уже, не хватает у него сил ломиться вперед и удерживать занятое.

Эх, жаль, что он один! Но это в этом доме он один. Не может быть, чтобы в таком большом районе совсем не осталось наших.

В этот момент раздался звонок. Сергей даже не понял, откуда идет звук – будильник, телефон? Телефоны в квартирах были редкостью, они даже не во всех учреждениях стояли.

Но трели звонка продолжались, приглушенные слегка, как будто из-за преграды, и Сергей прошел в соседнюю комнату. Ориентируясь по звуку, из-под груды запыленных вещей достал телефон – черный, эбонитовый, тяжелый, снял трубку и приложил к уху.

– Алло!

– Слушаю, – сказал Сергей.

– Ты кто?

– Сержант Заремба, а ты?

– Не ты, а вы, сержант!

– По телефону звания не видно.

– Хм, верно. Ты где?

– В доме пятиэтажном.

– Улица какая?

– А вы-то кто? Может, лазутчик вражеский?

В ответ раздался отборный мат, и Сергей отстранил трубку от уха. Когда наступила тишина, поднес снова.

– Сержант, ты когда-нибудь слышал, чтобы немцы так ругались?

– Я вообще не слышал, как они ругаются.

– Улицу назови!

Сергей наморщил лоб, пытаясь вспомнить: табличка, пробитая пулей, висела на углу дома, но что там было написано? Однако вспомнил.

– Республиканская, вспомнил!

– А номер дома?

– Не видел.

– Немцы там есть?

– Есть. Одного я только что убил.

– Молодец! А что еще из окна видно?

– Дома разрушенные. А ни наших, ни немцев не видать. А с кем я говорю?

– ПНШ по разведке тринадцатой дивизии. Сержант, ты из какого подразделения?

– Я из шестьсот восьмидесятой батареи. Только ее нет больше.

– Я знаю. Сколько вас?

– Один.

– Сержант, надо местность разведать. Есть ли у немцев батареи, не подтягивают ли резервы?

– А как я с вами свяжусь?

– Я сам тебе позвоню. Часы есть?

– Есть – трофейные.

– Сейчас пятнадцать сорок. В девятнадцать часов будь у телефона.

– А как вы меня нашли, товарищ ПНШ?

– Случайно. Звонил по разным телефонам, наугад. Ты ответил.

– Ага, разведку ведете. Только столбов поваленных много, и проводов порванных.

– Знаю. Пока ты первый и единственный ответил. Удачи, сержант!

Сергей положил трубку и уже отошел на пару шагов, но вернулся и прикрыл телефон тряпьем: неровен час – чужой зайти может. Провод обрежет или аппарат сапогом разобьет.

Сергей получил приказ от незнакомого помощника начальника штаба по разведке. А раз приказ вышестоящего начальника есть, его надо исполнять. Зато теперь он умнее будет, таблички с названиями улиц читать станет.

Он спустился по лестнице, осмотрелся, прежде чем выйти из подъезда, а потом подошел к углу здания. Точно, память его не подвела, улица Республиканская.

Перебегая от дома к дому, Сергей обходил развалины.

Вдруг раздался характерный хлопок – недалеко выстрелил миномет. Выстрел был одиночный, так бывает, когда батарея пристрелку цели делает. Где-то впереди, рядом с передовой, сидит корректировщик огня и по попаданиям в район цели ошибки корректирует. Если мины ложатся удачно, стреляет вся батарея. Связь между корректировщиком и батареей осуществляется по рации или, что чаще бывало, по полевому телефону, посредством кабеля.

Сергей засек выстрел и повернулся в сторону звука. Еще хлопок, виден дымок, поднимающийся вертикально. Точно, минометная батарея!

Сергей подобрался поближе. Вон они, посередине двора обосновались, с трех сторон двухэтажные дома. Миномет прямой наводкой не стреляет и может вести огонь по обратному склону холма, через естественные препятствия.

Сергей подполз к угловому дому и прочитал название улицы – Солнечная. Будет о чем рассказать ПНШ, глядишь – минометчиков накроют.

Он решил проверить – идет ли от батареи провод? Прополз вдоль улицы и провод обнаружил. Достав нож, перерезал его в двух местах, а вырезанный кусок забросил подальше. Теперь соединить концы не удастся, а без связи с корректировщиком батарея слепа и глуха.

Он залег недалеко, в развалинах. Обрыв связи – ситуация чрезвычайная, и немцы должны выслать связиста. Вот на это Сергей и рассчитывал. Не в плен брать. Как его, «языка» этого к своим доставить, если линия фронта причудлива, извивается замысловато между зданиями, а то и проходит по этажам? Он связиста убить хотел. Связисты – технические специалисты, боевого опыта не имеют, и потому добыча легкая. А для батареи урон значительный.

Долго ждать не пришлось, показался солдат. Через одно плечо – ремень карабина, на другом – тяжелая сумка с инструментами; в правой руке на локте – небольшая бухта кабеля. Связист шел, не глядя по сторонам, опустив глаза долу – за кабелем следил, место обрыва искал. Бормоча что-то, прошел мимо Сергея, в пяти шагах.