Стратегия. Возвращение - Вадим Денисов

Вот тут я позавидовал вертолетчику по-настоящему. «Мне сверху видно все, ты так и знай!» — нам бы так! В поиске вертушка гораздо удобней самолета. И не позавидовал другому: зябко даже представить, как ему леталось… Без сопровождения диспетчерами УВД, без точных карт, спутниковой навигации и конусов радиоприводов, без огоньков на земле, без старых добрых ориентиров — асфальтовых магистралей и железных дорог. В пустом эфире. Без служб спасения. И без надежного товарища в соседнем кресле.

— Внутри ангара, как и здесь, техники не было. Половину объема занимал отличный стройматериал: брус, рейка, листы фанеры разной толщины, метизы, банки с лаком и пропитками, там много чего осталось… И две бочки с авиатопливом. Моим!

— То есть на Платформе существует сеть локалок для посадки именно вертолетов? — вслух предположил я.

— Бывают и самолетные, с ВПП, — напомнил Гоблин. — Жан, а жилая зона?

— Да. Но там ничего не было, даже посуды.

— И так немало дали, — заметил я. — На карте отметил?

— Конечно, я все фиксировал!

Сейчас уточнять не будем. Он еще не знает, что ему предстоят долгие и трудные разговоры с Демченко и шерифом, под запись и с многократными уточнениями. Объем стратегически важных данных, которыми обладает Ренггли, огромен, нужна системная работа, грамотно выстроенные вопросы.

— Пока я заправлял Роби, небо разъяснилось. Минут пятнадцать после взлета все было нормально, а потом погода опять испортилась, восточный ветер погнал меня дальше. Огибая мощный фронт, я ушел южней и поднялся повыше, из-за облачности вовремя не увидев Волги. Радар показал, что впереди и слева — высокие горы, это был египетский хребет Этбай, как потом выяснилось… Тут я начал понимать, что заблудился, и напугался по-настоящему! К тому же начались проблемы с двигателем — работал неустойчиво, надо было садиться.

— Эту площадку издалека заметил? — спросил у него непривычно задумчивый Сомов. Видать, тоже представил себе этот триллер.

— Сначала разглядел дорогу. И, не будь у меня опыта полетов со спецслужбами Берна, там бы и сел, вскоре оказавшись в лапах у африканцев… Здесь же приземлился нормально, без эксцессов, только нервничал сильно.

— Занервничаешь тут. А как в ангар загнал? Извини, но на Геракла ты не похож.

— Тебя-то мне и не хватало, Мишель! — Француз тихо рассмеялся. — Я предусматривал подобный вариант, взял ручную лебедку… Как и в прошлой RV, нашел авиатопливо в бочках, легко опознать по надписям и маркировке, скутер. Так и живу здесь, без перспектив. Вы можете спросить — почему не поехал в сторону русских? Тут ведь знают, где они находятся… Отвечаю заранее: я не могу уезжать далеко и надолго! Всего два раза был в Мадриде, и каждый раз отчаянно трусил: вдруг по приезде увижу гнездо разоренным? Пока кручусь в Канони, нахожусь в своих правах. Если же пропаду, то местные из вежливости подождут несколько дней, а потом начнут искать оставленное жилище по праву вольного наследования. И, несомненно, найдут мое поместье! Кроме того, проходить мимо украинцев и поляков мне совсем не хотелось: про них разные слухи ходят…

«К этим слухам мы еще вернемся», — подумал я.

Да… Вот и закончена робинзонада, как и удивительный рассказ о ней. Но это далеко не финал его эпопеи. Скучно не будет.

— Жан, а ты сейчас русское радио слушаешь? — спросил я.

— Очень редко удается, нужно ставить на крышу антенну, а у меня нет ни проводов, ни штыря.

Пошел деловой разговор.

— Что надо починить в машине? — это уже Мишка.

— Заменить один из датчиков, свечи и карбюратор, сделать ТО, испытать в воздухе.

— Неужели обязательно менять? — удивился Гоблин. — Это же Платформа, а не Земля! Почистить, продуть, да и все!

— Вот так продуть? — ехидно прищурился француз, складывая губы в трубочку и выпуская тоненькую струю воздуха. — Нет. Есть регламент, за каждую букву которого разбился какой-то летчик. Все надо делать по правилам, строго соблюдая руководство по летной эксплуатации, не фантазировать и не заниматься самодеятельностью. Как ты говорил? «Чтобы он после удара о грунт отскочил и дальше полетел, как гуттаперчевый мячик»…

Голос его стал строгим, непримиримым.

— Так вот, Мишель, мой Роби точно не такой. И обсуждать варианты превращения его в чугунный шар я не буду.

— Значит, будем решать строго по регламенту, — подвел я черту.

Количество выпитой за время беседы жидкости сказывалось, мочевой пузырь аж трещал! Как это всегда бывает, только один из собутыльников помянул, как всей компании тут же захотелось до рези, — мы побежали во двор. Хозяин отстрелялся первым и быстро ушел в избу — чувствовалось, что он темноты не любит.

На дворе было тихо.

— Знаешь, Костя, я ведь только сейчас осознал, что мы вернулись, — молвил Гоб, неторопливо застегивая ширинку. — Локалки, разборки непонятные, Мадрид, украинцы, Этбай… Теперь вот эта запара с канальной поставкой. Как ты в Мадрид сунешься, даже при бабках? Они что, тупые? Их Главному только покажи индексы запчастей для вертушки! Сразу отправят сюда мангруппу на броне! Сука, дефицит всего и вся… Жалею теперь, что гильзы не собрал возле ретранслятора.

— Не сходи с ума! Какой там сбор, хорошо, что вовремя смылись.

— Да я так, для привычки. Короче, мыслю, что теперь нам надо не SOS пацанам скидывать, а налаживать нормальный радиообмен с Башней. А для этого… провода, антенна, может, даже аккумулятор или рация помощней.

— Как-то будем выкручиваться.

— Может, обратно к ретранслятору сбегать? Нагнем караул по старой памяти…

— Ты ширинку застегнул? Не вывалится? — отчего-то разозлился я. — Пошли, завтра будем думать.

Мишка громко хмыкнул и схватил меня за рукав.

— Командир, не хочу тебя расстраивать, но с твоим веломотом придется прощаться… Это я заранее тему забиваю, ну а ты завтра думать будешь.

Ах ты, паразит такой! Что удумал! Мой трофей!

— Не дождешься!

Он развел ладонями. Словно не настаивал.

— Тогда придумай другой ход.