Затерянный мир - Майкл Крайтон

Сара Хардинг обернула фольгу вокруг раненой ножки детеныша. Зверек до сих пор спал, дыша ровно и спокойно. Его тельце расслабилось. Тихо шипел кислород.

Шина из фольги получилась шести дюймов в длину. Взяв маленькую кисточку, Сара принялась мазать ее клейкой резиной, чтобы, превратить повязку в подобие гипса.

– Сколько там было рапторов? – спросила она у Яна. – Я не успела сосчитать. Кажется, около девяти.

– Думаю, что больше, – ответил Малкольм. – Одиннадцать или двенадцать.

– Двенадцать? – удивленно подняла она глаза. – На таком маленьком острове?

– Да.

Резина издавала резкий запах, похожий на запах клея. Сара покрывала фольгу ровным слоем.

– Ты знаешь, о чем я думаю, – заметила она.

– Знаю. Их слишком много.

– Чересчур много, Ян. Это неправильно. В Африке активные хищники встречаются через каждые десять-пятнадцать километров, большего экосистема позволить не может. А на таком острове рапторов должно быть от силы пять.

– Угу. Но не забывай, что дичь здесь довольно крупная... Некоторые экземпляры достигают двадцати или тридцати тонн.

– Не знаю, можно ли считать это решающим фактором, но согласна – примем это за аргумент. Удвою счет, пусть будет десять рапторов на остров. Но ты сказал, что их тут двенадцать. А ведь здесь водятся и другие, более крупные хищники. Как тираннозавры...

– Водятся.

– Так что все равно слишком много, – покачала головой Сара.

– Ну, зверей тут тоже много, – заметил Малкольм.

– Не особо. В целом исследования жизни хищников – индийских тигров и африканских львов – показывают, что обычно приходится один хищник на двести травоядных. Значит, на двадцать пять хищников здесь должно приходиться примерно пять тысяч травоядных. Столько здесь будет?

– Нет.

– Как ты считаешь, сколько здесь живет зверей вообще?

– Около двух сотен, – пожал он плечами. – Ну, пятьсот.

– Значит, хищников слишком много. Подержи, Ян, а я установлю лампу.

Сара повесила над малышом нагреватель, чтобы резина поскорее высохла. И поправила кислородную маску на мордочке тираннозаврика.

– Остров не в состоянии поддерживать всех этих хищников. И все-таки они живут.

– И в чем же загвоздка?

– Думаю, что здесь есть источник пищи, о котором мы не знаем, – ответила Сара.

– Ты имеешь в виду синтетическую пищу? – спросил Малкольм. – Сомнительно.

– Нет, от синтетической еды животные становятся вялыми и слабыми. А эти звери не похожи на слабаков. Единственное объяснение – это высокий уровень смертности среди травоядных. Если они растут очень быстро или умирают молодыми, тогда появляется добавочный источник пищи для хищников.

– Я заметил, что самые крупные взрослые кажутся маленькими, как будто не доросли до взросления. Может, их убивают слишком молодыми.

– Возможно, – согласилась Сара. – Но если бы уровень смертности был здесь высоким, повсюду валялись бы скелеты и трупы животных. Ты видал что-нибудь подобное?

– Признаться, нет. Я вообще не видел никаких скелетов.

– Я тоже. – Она отвела нагреватель в сторону. – Этот остров какой-то странный, Ян.

– Знаю, – кивнул Малкольм.

– Знаешь?

– Да. Я подозревал это с самого начала.

Ударил гром. От подножия вышки тянулась темная и пустынная равнина. Стояла тишина, только издалека доносилось рычание рапторов.