Планета смертной тени - Алексей Калугин

С трассером наперевес Кефчиян взбежал по трапу.

– Что там у вас за шум? – развернулся вместе с креслом пилот.

Увидев колониста с направленным на него трассером, пилот растерянно погладил себя пальцами по подбородку.

– Руки на голову и шагом марш на выход, – скомандовал Кефчиян.

– Ага, – пилот сцепил пальцы на затылке и поднялся на ноги. – Хочу сказать, что ко всему происходящему лично я никакого отношения не имею. Я всего лишь пилот. У меня даже оружия нет.

– Зато у меня – есть, – стволом трассера Кефчиян указал на открытый люк.

Александр подбежал к тем, кому достались пули из трассера охранника. У Дика-3 оказалось прострелено плечо. Пуля прошла навылет, не задев кость, и колонист уже поднимался на ноги.

– Зажми рану. – Александр показал Дику-3, как лучше это сделать. – На корабле я ее обработаю и перевяжу.

Дик-22 получил две пули в грудь. К тому моменту, когда Александр склонился над ним, он был уже мертв.

– Он вернулся к началу, – сказал, подойдя к Александру, Ут-Ташан.

– Зачем? – спросил, глядя на мертвого, Александр. – Чтобы все повторить?

Уурсин поправил лук на плече и ничего не ответил.

– И чего вы теперь ждете? – К ним подбежал Чики. В одной руке у него был пистолет, в другой – серебристый чемоданчик врача. – Быстрее! Все на борт!

– Мы опаздываем? – удивился Ут-Ташан. – Модуль может улететь без нас?

– Нет, но мне уже невмоготу, как хочется убраться с этой планеты! Кстати, поздравляю – меткий выстрел!

Александр посмотрел в сторону зеленого барака. Док стоял у двери, смотрел на происходящее и, наверное, отказывался верить своим глазам. Рядом с ним на земле сидел сержант. Он уже выдернул стрелу из ладони и перетянул рану какой-то тряпицей. Если док был напуган, то сержант был вне себя от злости. Его мир рухнул и рассыпался в прах. И ничто уже не могло примирить его с действительностью. Даже смерть.

– Какого рожна! – закричал Чики, увидев лежащего возле трапа охранника с перерезанным горлом. – Кто это сделал?

– Он это заслужил, – ответил кто-то из толпы.

– Да? – Чики взглядом поискал того, кто это сказал, но так и не нашел. – А я вот хочу, чтобы они остались здесь, – он подошел ко второму охраннику и попытался заглянуть ему в глаза. – Ты хотя бы пробовал ту дрянь, которой вы нас все это время кормили?

Солдат ничего не ответил.

– Я тебя спрашиваю! – Дик несильно ткнул солдата в плечо.

– Нет, – сдавленно ответил тот.

– Ну, так вот, теперь у тебя будет шанс наесться до отвала этой гадости!

Дик что было сил пнул синий ящик с пищевой смесью. Галоша слетела с его стопы и упала у ног охранника.

– А это тебе подарок от меня, – усмехнулся Чики. – Держи второй.

Он снял другую галошу и сунул ее солдату в руки.

Колонисты засмеялись. Некоторые тоже стали снимать галоши и кидать их в охранника и пилота. Те даже не пытались уворачиваться, а лишь втягивали головы в плечи.

– Довольно! – махнул над головой трассером Чики. – Все! Хватит! Поднимайтесь на борт!

– А кто поведет модуль? – угрюмо, исподлобья глянул на Дика пилот.

Видимо, перспектива оказаться в плену у мятежников казалась ему более привлекательной, чем быть брошенным на чужой планете. Но Дик лишь улыбнулся лукаво, пальцем ему погрозил и побежал вверх по трапу.

Места в посадочном модуле было мало, поэтому кому-то из мятежников пришлось расположиться в грузовом отсеке.

Усевшись в кресло пилота, Чики расплылся в счастливой улыбке.

– Эх, давненько я рычаги в руки не брал!

– А где рычаги-то? – недоуменно посмотрел сначала на плоскую, выдвигающуюся консоль управления Гюнтер.

– Здесь – нет, – успокоил парня Дик. – Но на старых кораблях – были. С тех пор и осталась присказка.

– Я был в трехмерной виртуальной кабине самого первого космического корабля, – стоял на своем Гюнтер. – И не видел там никаких рычагов.

– Не там смотрел, – недовольно нахмурился Дик. – А ну-ка, все сели на пол! И ухватитесь за что-нибудь покрепче! А то, не ровен час, руки-ноги переломаете! Это вам космический полет, а не прогулка на орбитальном скутере!

– Ну, что, все? – Александр хлопнул по плечу последнего поднявшегося на борт колониста.

– Двадцать пятый остался.

– Как это остался?

Александр выглянул наружу.

В трех метрах от трапа стоял Дик-25. Прикусив нижнюю губу, он смотрел на Александра и, казалось, не знал, что делать.

– Живее! – махнул рукой Александр.

Дик-25 еще сильнее прикусил губу, спрятал зачем-то руки за спину и отчаянно затряс головой.

– В чем дело?

– Я остаюсь! – хрипло выкрикнул Дик-25.

– Почему? Что случилось?

– Я с самого начала не хотел принимать в этом участия! Вы… – он повернулся к сидевшему на земле сержанту и указал рукой на Александра. – Они меня заставили! Я не хотел!..

Сержант усмехнулся и сплюнул на камень.

– Ну и что с ним делать? – в растерянности посмотрел на Кефчияна Александр.

– Могу затащить его на борт, – предложил Жан.

– А стоит ли? – с сомнением покачал головой Гейс. – Хотите, чтобы он, как Двадцать Первый, горло себе перерезал?

– Ты уверен, что хочешь остаться? – спросил Александр.

– Грех да падет на ваши головы! – выплюнул в ответ проклятие Дик-25.

– Ну и ладно!

Заставив Александра подвинуться, Кефчиян нажал на красную клавишу предстартовой готовности.

Ступеньки трапа сложились, серебристая дорожка побежала вверх, прячась в узкую прорезь.

Александр отыскал взглядом Ут-Ташана.

– Ты с нами?

– Я там, где я должен быть.

Лицо уурсина было серьезно, взгляд сосредоточен, но голос спокоен. Сын вождя и лучший ученик шамана знал, что все происходит лишь по воле Лабиринта. И лучшее, что может сделать мудрец, – это следовать по извилистому пути жизни, не задаваясь вопросом, где бы ты мог оказаться, если бы повернул в другую сторону?