Ты меня просто убиваешь - Кейти МакАлистер

Вернувшись с вечерней прогулки, мы с Джимом застали всхлипывающую Офелию рядом с кипящим чайником у длинного кухонного стола, выложенного синей и белой плиткой.

— О, Офелия, прошу тебя, не надо, — взмолилась я, чувствуя себя совершенно беспомощной и не зная, как утешить ее.

Джим, остановившись в дверях, втянул носом воздух:

— Здесь был демон. Бафамал?

— Да, я вызывала его, чтобы задать несколько вопросов насчет убийств. — Я присела рядом с Офелией. — Ну вот, давай я налью тебе чашечку этого чудесного чая. А потом мы уложим тебя в постель.

— Это несправедливо, — сказала она, шмыгая носом и теребя в руке мокрый носовой платок. — Перди должна была жить, у нее было столько планов! Все ее любили… все, кроме Дрейка. Он бросил ее, когда она отказалась заниматься магией ради его целей. Вышвырнул ее вон. Он дьявол, Эшлинг, настоящий дьявол. Я знаю, что он твой супруг, но ты должна узнать правду о нем, прежде чем сразиться с ним.

— Я знаю правду. Иначе зачем, как ты думаешь, я решила вызвать его на поединок при большом скоплении народу? — спросила я, буквально излучая невинность.

Джим закашлялся, чтобы скрыть смех. Я наступила ему на лапу.

— Ты так добра ко мне, — рыдала Офелия. — Ты представить себе не можешь, какое это утешение для меня — знать, что ты решила призвать к ответу убийцу Пердиты. У меня нет и половины ее могущества. У меня не хватило бы сил бороться с Дрейком, но ты — ты могущественный Страж, его супруга, и он не в силах уничтожить тебя. Ты же, напротив, можешь одолеть его и заставить признаться в убийствах. — Она содрогнулась всем телом и потерла руки, словно внезапно ее охватил озноб. — Он такой страшный, у него такие темные, холодные глаза. Не понимаю, как ты можешь выносить его присутствие.

Дрейк? Холодный? Темный? Мой огненный, сексуальный любовник с горящим взглядом?

— Мм… Ну, во всяком случае, он больше не причинит тебе беспокойства. Думаю, сейчас мне следует подумать о будущем.

— О будущем? — переспросила она, взяв поданную мной чашку чая.

— Ага, ну, в общем, я так поняла, что мне придется здесь задержаться, когда я займу пост виверна зеленых драконов. А может женщина стать виверном? Я буду называться виверной?

— Вивернеттой? — предложил Джим. — Или, может, «вивернина» лучше звучит?

— Иди спать, Джим, — велела я, буравя демона взглядом.

— Да-а, — протянула Офелия, когда Джим вышел, — женщина может стать виверном — например, сейчас у красных драконов женщина-повелительница, — но, по-моему, ты хотела уехать домой, после того как все кончится.

— Домой? — удивилась я, налепив на лицо улыбку до ушей. — А зачем мне возвращаться домой, к убогой работе курьера, когда здесь у меня есть возможность править кланом драконов? Но на самом деле я подумываю о том, чтобы занять место Венецианца.

— Что?! — Офелия чуть не поперхнулась чаем. Я заботливо похлопала ее по спине, села на стул и налила себе чашку. — Ты хочешь занять место Венецианца? Но… но…

— Да-да, я помню, ты говорила, что виверны слишком поглощены делами своих кланов, чтобы быть Венецианцами, и именно поэтому я идеально подхожу на эту вакансию. Я никак не связана с зелеными драконами, поэтому наверняка смогу справляться со своими обязанностями и там и там одновременно. — Я подула на чай и отхлебнула глоток. — Если, конечно, ты не сможешь назвать причину, по которой я не подхожу.

Она уставилась на свой чай:

— Нет, возразить тут нечего. Я просто подумала… ты вроде бы отказывалась становиться виверном, а теперь говоришь, что собираешься занять очень ответственную должность…

— Ну, эта идея у меня только недавно созрела, — объяснила я с очередной радостной улыбкой, хотя на душе у меня было отнюдь не радостно. — Это, кстати, произошло в том числе благодаря тебе. Если бы ты не упомянула о том, что Пердита хочет стать преемницей Венецианца, мне бы никогда такое и в голову не пришло.

— Пердита… — дрожащими губами повторила Офелия.

Я поднялась и отнесла чашки в раковину.

— Прости, я не хотела тебя огорчать. Давай я отведу тебя в спальню. У тебя сегодня был ужасный день.

Она позволила мне отвести ее в комнату. Я закрыла входную дверь на все замки, погасила везде свет и, войдя к себе, обнаружила Джима развалившимся посредине кровати.

— Ну, наконец-то! Я думал, ты никогда не избавишься от этой плаксы.

— Тихо! Она тебя услышит.

— Да нет, здесь стены толстые. Итак. Дрейк невиновен… Теперь будем соображать, кто же все-таки убил Довиль, Венецианца и Перди.

Я отпихнула демона и села на постель.

— Догадаться нетрудно. Проблема в том, чтобы это доказать.

Джим пару секунд разглядывал меня, затем спрыгнул с кровати и свернулся на груде одеял, служившей ему постелью.

— Думаю, у тебя не найдется пары сотен евро в долг?

Я указала на стену. Демон повернулся ко мне спиной, и я переоделась в ночную рубашку, одолженную мне Пердитой.

— Ты не будешь заключать пари на меня. Или против меня. Ты вообще не будешь ни на кого ставить. Это понятно?

Джим, пыхтя, устраивался на ночлег.

— Да, ты знаешь, как сделать жизнь скучной. Бьюсь об заклад, ты заставила Дрейка надеть презерватив.

Я мысленно вздохнула и добавила венерические заболевания в список вещей, которые следовало обсудить с Дрейком как-нибудь позже.

Несмотря на утомительный день, я долго не могла заснуть и задремала только под утро. Я почти ожидала, что во сне увижу Дрейка, который попытается соблазнить меня, но он мне не приснился. Я проснулась один раз, вздрагивая после сновидения, в котором не было драконов, потом расслабилась, почувствовав за спиной чье-то сильное, горячее тело. Меня преследовал запах Дрейка. На животе у меня лежала тяжелая мужская рука, бедра мои сжимали твердые, мускулистые ноги. От слабого дыхания незнакомца у меня шевелились волосы на затылке. Я погрузилась в глубокий сон, не зная, реален ли человек, держащий меня в объятиях, или это лишь фантазия, порожденная моим воображением и желанием чувствовать себя в безопасности.

Утром я проснулась в одиночестве и узнала, что ночью Офелию похитили.

— Ну как я могла так ошибиться? — спрашивала я Джима, расхаживая по квартире. — Как я могла быть такой дурой? Офелия виновата лишь в том, что у нее не слишком много мозгов, она просто пыталась защитить Пердиту. Ну как мне могло прийти в голову, что она виновна в убийстве? В тройном убийстве?

— Ты, кстати, и меня убедила, — заметил Джим. — Всегда следует остерегаться приятных, безобидных с виду людей.

— Ага, и вот теперь из-за моей глупости эта приятная и безобидная девушка находится в плену у какого-то негодяя. Ты уверен, что в ее комнате остался запах Бафамала?