Два меча - Роберт Энтони Сальваторе

Конечно, он знал, что Инновиндиль спаслась бегством, но все равно сердце Дзирта воспарило, когда, одним ясным прохладным днем он заметил вдалеке летящий над каменистой равниной силуэт, который ни с чем не спутаешь. Он пустил Зарю в погоню, и пегас, не менее обрадованный, помчался так, что ветер засвистел в ушах. Всего через несколько секунд Дзирт понял, что их заметили, ибо пегас впереди повернул и полетел им навстречу.

Вскоре два крылатых коня кружили друг вокруг друга, всадники больше не управляли ими, и Заря с Закатом гарцевали в воздушном танце, то пикируя вниз, то взмывая ввысь, разлетаясь и снова сближаясь. Дзирт и Инновиндиль порой едва-едва удерживались в седлах, но не мешали им праздновать встречу и лишь смеялись.

Наконец эльфы приземлились, спрыгнули с коней и бросились друг другу в объятия.

— Я думала, что потеряла тебя! — чуть не плакала Инновиндиль, зарыв лицо в густые белые волосы Дзирта.

Дзирт не ответил, лишь прижал ее к себе еще крепче. Он не хотел ее отпускать. Никогда.

Инновиндиль немного отстранилась, оглядела его, потрясла головой, все еще не веря своим глаза, и снова крепко обняла его.

Заря и Закат били копытами землю, нежно покусывали друг друга за холки, клали головы на спины друг другу, а потом галопом поскакали прочь, взбрыкивая и вставая на дыбы.

— Ты спас Зарю, — выдохнула Инновиндиль, наконец отодвигаясь от дроу, и Дзирт увидел, что по щекам ее текут слезы.

— И это тоже, — ответил он, стараясь не давать волю эмоциям.

Инновиндиль взглянула на него с любопытством.

— У меня есть что рассказать, — пообещал Дзирт. — Я дрался с королем Обальдом.

— Значит, он мертв.

Угрюмое молчание Дзирта было ей ответом.

— Я удивился, обнаружив тебя здесь, — сказал он секунду спустя. — Я думал, ты вернешься в Лунный Лес.

— Я так и сделала, да только оказалось, что мой народ выступил за реку, на помощь Мифрил Халлу. Дворфы пробили восточные ворота и соединились с войсками Цитадели Фелбарр. Сейчас они закрепляются на берегу и начинают строить мост через Сарбрин, чтобы наладить связь между Мифрил Халлом и другими королевствами Серебряных Земель.

— Хорошие новости, — заметил дроу.

— Обальда не так-то легко оттеснить, — произнесла Инновиндиль, и дроу кивнул.

— Значит, ты летала на юг, к восточным воротам? — спросил Дзирт.

— Нет еще, — ответила эльфийка, — Я вела разведку. Когда я предстану перед дворфами Мифрил Халла, я хочу иметь полное представление о перемещениях Обальда здесь.

— И то, что ты видела, не слишком обнадеживает.

— Обальда не так-то легко оттеснить, — повторила она.

— Я тоже многое видел, — сказал Дзирт. — Герти Орельсдоттр проинформировала меня, что король Обальд послал большой отряд орков на северо-восток, вдоль Хребта Мира, чтобы начать строительство крупного города орков, который он называет Крепостью Черной Стрелы.

— Герти Орельсдоттр? — Инновиндиль не поверила своим ушам.

Дзирт усмехнулся:

— Я же говорил, мне есть что рассказать.

Они отошли в тихое и защищенное от ветра местечко, и Дзирт поведал о своем спасении из вод подземной реки и удивительном соглашении с Герти Орельсдоттр.

— Гвенвивар спасла тебе жизнь, — заключила Инновиндиль, и Дзирт не стал возражать.

— А снежные великаны проявили поразительную дальновидность, — добавил он.

— Это добрые вести для Серебряных Земель, — сказала Инновиндиль. — Если снежные великаны покинут Обальда, значит, он станет намного слабее.

Дзирт не был так уверен в этом, поскольку, пролетая над краем, видел размах строительства защитных сооружений орков. И он не был до конца уверен в намерениях Герти.

— Наверняка эльфам, дворфам и людям будет легче сражаться против одних орков, чем орков в союзе с великанами, — сказала Инновиндиль, видя сомнения дроу.

— Это правда, — признал Дзирт. — И возможно, это начало конца великого орочьего похода. Если удастся уничтожить Обальда, в их рядах вспыхнет междоусобица. А может, это произойдет даже раньше: орки могут начать свары друг с другом — одна орочья крепость против другой.

— Мы должны усилить натиск на этих свинорылых тварей, — сказала Инновиндиль, криво усмехнувшись. — Пора напомнить им, что они поступили не слишком мудро, последовав за Обальдом Многострельным в этот злополучный поход.

Лиловые глаза Дзирта вспыхнули:

— Не стоит делать поспешные выводы из разведки с воздуха. Надо спуститься с небес на землю и проверить ретивость наших врагов.

— И хорошенько помотать им нервы? — Усмешка Инновиндиль стала шире.

Дзирт потер руки. Недавнее поражение в бою Обальдом толкало его снова в бой.

И прежде чем село солнце, крылатые кони пронесли своих седоков над небольшим дозорным отрядом орков. Эльфы спрыгнули с коней и набросились на ошарашенных орков.

Дзирт и Инновиндиль не ставили себе целью вырезать подчистую весь отряд, они не задерживались, чтобы добить раненых, они просто промчались через вражеский лагерь, кружась в смертоносном танце. Пегасы парили над полем боя, время от времени проламывая орочьи черепа копытами.

Этот бой был своего рода сообщением, весточкой королю орков.

Вскоре Дзирт и Инновиндиль снова вскочили верхом и поскакали по земле, не поднимая пегасов в полуночное небо. Копыта громыхали по каменистой, заснеженной земле.

Сообщение будет доставлено.

* * *

Орк смотрел на окровавленное лезвие, а его последняя жертва корчилась на земле. Три взмаха — и противник пал с отрубленной рукой и глубокой раной поперек торса. Чтобы рассечь толстый кожаный панцирь с нашитыми на него металлическими бляхами, усилий потребовалось не больше, чем для того, чтобы разорвать тонкую кисею.

Да, таков был смертоносный Хазид-Хи — ему не преграда ни кожа, ни кость, ни железные бляхи. Его прозвище — Горлорез, весьма ему подходило.

Несколько орков вызывали на бой владельца меча — многим понравился роскошный клинок, и никто бы не отказался заполучить его в качестве трофея. Все желающие, в том числе и орк, считавшийся лучшим бойцом своего племени, теперь лежали мертвыми.

Есть ли что-нибудь, нам не подвластное? — спросил меч своего нового владельца, и тот обнажил острые зубы в ухмылке. — Есть ли недруг, которого мы не одолеем?

По-правде говоря, Хазид-Хи считал этого орка ничтожеством, и любой из его недавних соперников, сейчас лежавших бездыханными на пропитанной кровью земле, мог бы одолеть его, будь у того в руках другое оружие. Был даже момент в сражении, когда Хазид-Хи, подчинивший разум своего владельца, размышлял, а не заставить ли орка раскрыться, чтобы его соперник выиграл и забрал Горлорез себе.