Король-лис - Раймонд Фейст

Король некоторое время молчал.

— Вы рисуете мрачные картины, — сказал он наконец. — Хорошо, я подумаю над этим. Мой совет встретится с вами после обеда и выслушает все, что вы можете и хотите сказать. Но должен предупредить вас, что, если вы их не убедите, вам придется сегодня же покинуть мой дворец. Здесь, господа, вам не доверяют, и вам придется немало потрудиться, чтобы завоевать наше доверие. Ну а теперь о вас позаботятся. Встретимся после обеда.

Паг, Ког и Паско с поклоном вышли. В коридоре Ког повернулся к Пагу.

— Ну, вот и сделан первый шаг.

— Только первый из множества, — ответил Паг.

Они пошли вслед за мальчиком-пажом в покои, где можно было перекусить и отдохнуть в ожидании послеобеденной встречи с королевским советом.

В комнате они обнаружили пару мягких лежанок и заставленный закусками стол. Слуга дожидался их приказаний, но Паг сказал лишь:

— Оставь нас.

Когда слуга вышел, Паг закрыл глаза, повел руками и объявил:

— Магическим образом нас не прослушивают. — Он повернулся к Паско: — Постой снаружи, чтобы нас не подслушали обычным способом.

Ког налил себе вина и вопросительно посмотрел на Пага.

— Лучше воды, — ответил чародей.

Ког налил Пагу воды, передал ему бокал, а потом взял свой в левую руку. Он пошевелил маленькими пальчиками правой руки, скрытыми под повязками, и удивился, что же за магию применили к нему. Каждое движение доставляло ему боль, но, с другой стороны, ему было так приятно знать, что рука у него есть! Он знал, что боль потом станет меньше, Накор пояснил ему, что упражнения ускорят выздоровление. Ког твердо верил: когда он встретит Каспара, меч у него будет в правой руке.

— Ну вот, пошло дело, — сказал Ког.

— Да — ответил чародей. — К вечеру подоспеет подмога из Королевства Островов.

Ког сел на стул и положил ноги на другой. Паг присел на кушетку.

— Есть ли хоть доля правды в том, что мы сказали королю? — спросил Ког.

— За многие годы я понял, что правда — понятие относительное.

— Может, хоть намекнешь, что за игра тут ведется?

— Боюсь, никто из нас этого не знает, — ответил чародей. — И вообще, вряд ли мы сможем когда-нибудь понять это до конца. — Он задумался о чем-то, а потом прибавил: — Ты много пережил, Ког. Тебе нет еще и тридцати лет, но ты пережил больше, чем многие люди переживают за всю жизнь. Если мы в конце концов останемся в живых, я расскажу тебе все, что могу.

— Если мы останемся в живых?

— На первый взгляд твой план кажется замечательным, но силы, вовлеченные в это дело, далеко превосходят твои возможности или возможности Каспара, даже Конклава и Лесо Варена. Конклав сделает, что может, чтобы защитить тебя от Лесо Варена. Если мы правы в наших предположениях о том, чего он пытается добиться, большая часть его силы будет направлена в другую сторону, и, если это так, он станет достаточно уязвим. Однако даже в этом случае он будет самым опасным участником этой игры, потому что, хоть я и могу сравниться с ним в силе, он не знает угрызений совести и при угрозе поражения, не колеблясь, разрушит все вокруг себя.

— Да уж, — скорчил гримасу Ког. — Ты меня так ободрил!

Паг рассмеялся.

— Это очень рискованно. Но, в конце концов, вся наша жизнь — риск.

— Это верно, — согласился Ког, отпив вина. — Мы уговорим короля Райана, а что потом?

Паг улыбнулся:

— Дальше труднее. Надо будет уговорить короля Кэрола и кешианского посла.

Ког покачал головой.

— Тогда тебе надо будет излагать доводы очень быстро, потому что с того момента, как я ступлю на землю Ролдема, жить мне останется недолго.

— Обещаю тараторить, как смогу, — заверил его Паг.

Ког задумался. План был отчаянным, даже безумным, но это — их единственная надежда на решительную и внезапную победу над Каспаром.

Однако предвкушение долгожданного нападения на Оласко не наполнило его душу восторгом. Он почувствовал лишь пустоту в душе.

Официальная ролдемская делегация, а также почетный караул ожидали прибытия корабля из Королевства Островов. Когда положили сходни, ролдемцы подались вперед, готовясь встретить неожиданного визитера из королевской семьи — на грот-мачте корабля развевался флаг королевского дома, извещая окружающих, что на борту находится особа королевских кровей.

Однако вместо богато разодетого дворянина по сходням сошел невысокий мужчина в длинном черном одеянии, а за ним следовал человек, слишком хорошо знакомый многим из встречающих; в руках у него была лишь холщовая дорожная сумка.

Канцлер королевского дома вышел вперед.

— Что это значит? — Он указал на Кога. — Арестуйте этого человека.

Паг поднял руку.

— Этот человек находится под защитой короля Райана, он — член делегации.

— А вы кто, сэр?

— Меня зовут Паг, некоторые называют меня Черным чародеем, и я представляю короля Райана.

— Но на мачте — королевский флаг!

— Мне неловко признавать, — ответил Паг, — что это ради меня, ведь я являюсь приемным членом королевской семьи, дальним родственником нынешнего короля. Мое имя есть в архивах дома кон Дуан, меня усыновил герцог Боуррик, прадед короля Райана.

Канцлер, кажется, был совершенно сбит с толку.

— А ваши бумаги, сэр?

Паг вручил ему богато украшенный сверток с документами, выписанными писцами короля Райана хоть поспешно, но с должным вниманием к каждой детали. В документах, снабженных необходимыми печатями, сообщалось, что Паг, герцог Звездной Пристани, и сквайр Когвин Ястринс являются чрезвычайными послами при дворе короля Кэрола и дворе императора Великого Кеша, и подчеркивалось, что посланники имеют самые широкие полномочия заключать от имени Королевства Островов любые договоры.

— Да, все в порядке… ваша светлость. — Канцлер мрачно посмотрел на Кога. — Прошу вас следовать за мной, господа.

Ког бросил свою сумку кучеру и вслед за Пагом уселся в повозку. Канцлер присоединился к ним со словами:

— Ваш багаж доставят без задержки.

— У нас все с собой, сэр, — ответил Ког.

— Значит, вы к нам ненадолго? Ког усмехнулся.

— Сомневаюсь, что мы останемся дольше чем на два дня.

Канцлер обратился к Пагу:

— Простите мне мою прямоту, ваша светлость, но я буду удивлен, — и он перевел, взгляд на Па-га, — если присутствующий здесь сквайр покинет этот остров живым.

Ког пожал плечами.

— Что ж, предоставим решать это королю. Оставшийся путь они проделали в молчании.