Адептка по призванию - Анна Рэй

– Да, Тесс хороший друг, – согласился Эрик и мечтательно улыбнулся.

– Жаль, если на следующий год ее место займет Кирана, – Олаф с вызовом посмотрел на любопытную Лору, а та тут же отвернулась.

– Лора так хороша в алхимии? – поинтересовалась Марвел.

– Как и мы с Мариной. Но Кирану поддерживает сам Арманьяк. – В голосе Олафа прозвучала обида. – Жаль, что и Тесс ей помогает, ведь решающее слово будет за ней.

– Почему за ней? – удивилась Марвел. – Она ведь магистр, а не декан?

– Она не только магистр, но еще невеста принца, а скоро будет женой. Арманьяк с ней считается, буквально ковриком стелется, – пояснила Марина.

– Дело не в этом! – горячо возразил Эрик. – Просто Тесс – профессионал, она видит истинный талант в человеке. И помогает тем, кто родом из простой семьи и не может купить себе хорошую должность.

Марвел уже давно догадалась, что Фрайберг во всем поддерживал магистра Клэр. Это и неудивительно: она умная, очаровательная женщина, студентки ей подражают, а большинство адептов тайно влюблены. Скорее всего, и Эрик тоже, ведь Марвел не заметила, чтобы он с кем-то встречался или кому-то симпатизировал, кроме Тесс Клэр.

К счастью, подошла их очередь, и разговор, способный рассорить алхимиков и мехмагов, прекратился.

– Кто это у нас здесь? Ах, Марвел Уэлч! – с ехидцей в голосе произнесла лира Стерлинг, когда адептка подошла к столу.

Женщина перебирала пальчиками огромную стопку писем в поисках нужного конверта. А Марвел засомневалась, дошло ли ее письмо до поверенного в срок, и успел ли он отправить ответ. Наконец-то Онория извлекла из пачки белый пухлый конверт.

– Я должна посмотреть, таковы правила академии, – пояснила она.

Девушка кивнула, соглашаясь. Вряд ли поверенный передал ей запрещенный артефакт с формулами, как тому студенту-алхимику, но вот в том, что письмо получится объемным, Марвел не сомневалась. Мистер Доу был любителем поучать и давать никому не нужные советы.

Адептка Уэлч улыбнулась, когда Онория Стерлинг пробормотала, вчитываясь в строки:

– Кто он вам, родственник?

– Поверенный, – ответила Марвел.

– Странно, а заботится, как о родственнице.

– Я сирота, а мистер Доу – друг семьи, поэтому и заботится, – пояснила адептка, терпеливо ожидая, когда дама ознакомится с содержанием письма.

– Пишет, что продает дом, – прищурилась лира Стерлинг. – Не слишком ли опрометчивое решение с вашей стороны?

– Не слишком. – Марвел старалась говорить как можно спокойнее, хотя в данный момент очень хотелось нагрубить.

Мало того что посторонний человек читает ее личную переписку, так еще и задает совершенно неуместные вопросы.

– О, этот Доу предостерегает вас совершать поездки на дирижаблях, – удивилась лира Стерлинг. Дама никак не могла успокоиться. Марвел заметила, что с другими студентами она управлялась за несколько секунд, но почему-то именно на ее письме решила задержаться подольше. – Тогда вам, лира Уэлч, надо было поступать в другую академию, раз вы боитесь высоты и сложностей.

– Позвольте мне самой решать, куда именно поступать. – Марвел все же не выдержала и огрызнулась.

Лира Онория уже собиралась ей возразить, судя по вздернутым вверх бровям и недовольно поджатым губам, но в этот момент из конверта, который она держала в руках, выскользнули акварельный портрет и пожелтевшая от времени газетная вырезка.

Онория Стерлинг с интересом посмотрела на изображение молодого темноволосого мужчины и его спутницы.

– Кто это? Родители… – Жена ректора не договорила, потому что ее взгляд упал на газетную статью.

Онория Стерлинг побледнела и растерянно смотрела то на портрет, то на статью.

Кто-то из студентов выкрикнул:

– Нельзя ли быстрее? Уже час здесь толкаемся!

Онория прикрыла веки, никак не реагируя на замечания. С дамой явно что-то происходило. Марвел бросила извиняющийся взгляд на друзей, которые уже получили свои письма и ждали ее в сторонке. Наконец лира Стерлинг пришла в себя. Дрожащими пальцами она вложила письмо, портрет и газетную статью в конверт и передала Марвел.

– Забирайте! Остальных прошу подождать в коридоре. Перерыв десять минут! – рявкнула Онория Стерлинг, а студенты, хоть и возмутились, но послушно покинули приемную.

– Вот же не повезло ректору, – хмыкнул на обратной дороге Олаф. – Скверный характер у его супруги.

– Это точно, – поддержали его Марина и Эрик.

Марвел же промолчала, она пребывала в задумчивости до самого входа в общежитие. От вечерних посиделок и пирушки с дарданцами она отказалась, поблагодарив Марину и Олафа за приглашение. Ранее Ликанов предложил им с Эриком еще раз пройти инструктаж по управлению «Заплаткой» и назначил вечернюю встречу возле стыковочной башни. А пока адептка Уэлч намеревалась прочитать письмо от поверенного и изучить портрет со статьей, которые так потрясли лиру Стерлинг.

В гостиной она столкнулась с Лорой, та что-то искала возле стола. Марвел постаралась незаметно проскочить в комнату, но студентка Кирана окликнула ее:

– Ты не слышала, что там произошло в библиотеке?

Марвел вздрогнула: как же быстро слухи разошлись по академии. И главное, как узнали?

– А что случилось?

– Да поговаривают, что Вольпе стало плохо. Интересно, целитель ему помог или старик умер?

Почему-то Марвел показалось важным солгать, словно от этого зависела жизнь библиотекаря. Она потом поразмыслит, зачем Лора Кирана интересуется здоровьем лера Вольпе и откуда она узнала о трагедии.

А пока ответила:

– Что-то такое слышала. Вроде бы целитель сказал, что шансов на выздоровление нет.

Лер Писквиль почти так и сказал, правда, вместо «шансов нет» он произнес «шансов мало».

– Ясно, – задумчиво протянула Лора и продолжила поиски, встав на колени и заглянув под диван.

А Марвел юркнула в комнату и закрыла дверь. Она устроилась на постели и достала конверт. В письме поверенный, мистер Джон Доу, предостерегал лиру Уэлч от необдуманных поступков и умолял не летать дирижаблями. Для острастки он прислал статью двенадцатилетней давности. В старой газетной заметке говорилось о том, что глава мануфактуры лер Тайлер организовал уникальный полет на первом пассажирском дирижабле. Но, увы, его ожидал не успех, а трагедия и позор. Судовладелец, как и его супруга, а также еще семьдесят аристократов погибли при крушении воздушного судна. И теперь имя Фергюса Тайлера звучало как проклятие для всех дирижаблестроителей и пилотов. Об этом Марвел знала и без газетной статьи, ей даже достался подобный вопрос на экзамене у ректора Стерлинга.

Чуть дальше мистер Доу сообщал и приятные новости: со следующим письмом он обязался переслать Марвел некую сумму. Так и написал: «Вы должны думать не только об учебе, но и о нарядах. Я навел справки: оказывается, поблизости с академией, в городке на материке, есть модное ателье. Там можно приобрести шляпки или ботильоны»