Ладья - Дэниел О’Мэлли

«Наверное, я читала его дело среди сотен других».

Шонте помахала рукой у мужчины перед глазами, но тот ничего не заметил. Осторожно наклонилась и щелкнула его по уху – ноль реакции.

– Очень недурно, – похвалила она. – И как ты это сделала?

– Только что научилась, – ответила Мифани, неуверенно глядя на певцов, которые продолжали издавать гул.

– Так что, я сошла с ума или этот парень взаправду один из ваших? – спросила Шонте.

– Кажется, его фамилия Гоблет, – предположила Мифани.

Вдруг мужчина самостоятельно вывел себя из транса и ударил Шонте снизу. Американка пошатнулась и упала на одного из культистов. Тот, окутанный грибком, продолжил безмятежное пение.

– Как ты, черт возьми, это сделал? – спросила его Мифани.

Гоблет, встав, оскалился ей – и в этот миг по всему его телу выступили шипы. Мифани аж тихонько пискнула, когда его волосы удлинились и окрепли, превратившись в скопище колючек. Кости-иголки попротыкали его одежду, и некогда приличный костюм стал не более чем дырявым куском шерсти.

Шонте, перекатившись, встала и потерла челюсть. Оказавшись на ногах, она вперила в человека-дикобраза взгляд, полный абсолютной ненависти.

– Не двигайся, мать твою, – бросила она, наставляя на него свой огромный пистолет. – Это было больно. Ты же вроде сказала, что он у тебя под контролем, – строго заметила она Мифани.

– Я так думала.

– А еще раз так сможешь?

– Наверное.

Пока Гоблет стоял и пускал слюни посреди комнаты, Мифани мысленно прикоснулась к нему.

«Как, черт возьми, он смог вырваться? Я же отключила ему позвоночник здесь и здесь, значит, он не мог… о-о. Ну ладно, это впечатляет».

Мифани отступила и посмотрела на Шонте.

– Не выйдет: у него штук семь лишних позвоночников, и все сплетены в единую сеть. Я не могу контролировать их все одновременно – импульсы между ними прерываются.

Мужчина мотал головой то в одну сторону, то в другую, следя за их диалогом, но затем наконец остановился на Мифани.

– Ладья Томас, я и подумать не мог, что вам хватит духу выглянуть из своего кабинетика и запачкать ручонки, – проговорил он с крайним презрением, и ногти на его руках вытянулись, превратившись в грубые колючие когти. Тогда он двинулся на нее.

– Ах, ну получай, – крикнула Шонте и выстрелила Гоблету в спину.

Он на мгновение качнулся, но потом выровнялся, развернулся и тыльной стороной руки прижал Шонте к стене. Его шипы врезались слону в лицо, и Шонте ударилась головой о слой грибка.

– Да, не думал я, что мы падем так низко. Уже принимаем американцев в баргесты? Впрочем, это ведь то же Правление, которое назначило вас ладьей, – выплюнул он с отвращением. – Бестолковую девчонку, которая плачет по углам и возится со своими книжками.

– Уж конечно, вместо нее им следовало выбрать мерзкого изменника, который умеет выпячивать шипы из задницы, – съязвила Мифани, копаясь у себя в жилете в поисках пистолета и чуть не роняя его в процессе.

– Изменника? – возмутился он. – Да это все во благо Шахов и, если смотреть шире – на благо всей нации!

– Так вот почему ты не посчитал нужным проинформировать Правление о своих делишках, Гоблет? – спросила она.

– Хах! Правление к этому не готово! По крайней мере пока.

Он шагнул навстречу Мифани, она отступила назад к двери – та бесшумно закрылась у нее за спиной. Певцы вокруг них самозабвенно продолжали свое пение.

– Так значит, ты чувствуешь на себе ответственность за все это? – спросила она, продвигаясь боком вокруг культиста, так чтобы между ней и Гоблетом оставалось препятствие. Украдкой она возилась с пистолетом, пытаясь сообразить, как снять предохранитель. Томас-то наверняка выучила это еще в свои первые дни в Имении, но эти знания, увы, ей не передались. Не помогало и то, что она не могла оторвать глаз от Гоблета – потому что боялась, что тот их ей выколет.

– А-а, ладья Томас. Какой вы дилетант в оперативной работе! Пытаетесь выудить какую-то информацию! – Гоблет ухмыльнулся, обнажив пилообразные зубы. – Может, мне все сразу и выложить, как враг Джеймса Бонда? А потом так же окажется, что твои часы умеют резать металл, как циркулярная пила?

– Я не ношу часов, – заметила Мифани.

– Оно и к лучшему, – ответил Гоблет. – Тогда мне не придется отрывать вам руки, прежде чем приступать к нашей небольшой процедуре. Я вообще люблю, когда руки остаются до самого конца. – При этих словах Мифани невольно вздрогнула, и это не ускользнуло от внимания Гоблета. – О да, ладья Томас, мы сейчас повеселимся на славу. Правда, вы умрете, так и не узнав, что за чертовщина тут творится.

– Гоблет, я все узнаю. И ты сам мне расскажешь.

– Да ну? – Гоблет вскинул бровь и несколько игл. – И с чего это вы взяли…

Он осекся, скосил глаза и повалился на землю – позади него оказалась Шонте в блестящих металлических рукавицах. Даже нет, не в рукавицах. Ее кулаки словно покрывал безупречно отполированный серебристый металл. Его безупречность нарушали лишь пятнышки крови и обломки игл, приставшие после того, как она стукнула Гоблета по затылку.

– Вот заноза, – заметила американка.

Она смахнула несколько иголок с костяшек пальцев, и серебро втопилось обратно в ее кожу, оставив лишь несколько участков, принявших вид колец и браслетов.

– Как удобно! – с восхищением проговорила Мифани. – Хотела бы и я уметь выращивать на себе аксессуары.

– Серьезно? А я бы хотела заставлять мужчин затыкаться, – отозвалась Шонте. – Может, поменяемся на время?

– Заманчиво, – сказала Мифани, – но я только что научилась заставлять людей обильно потеть и мне хочется этим попользоваться.

– Понимаю.

– Но вообще нам нужно придумать, как остановить все это. – Мифани неопределенно указала на окружавшую их сцену: плесень, лежащего человека-дикобраза и исступленно поющих культистов. – Гоблет, похоже, думал, что многие из них выходят из-под контроля.

– Так нам нужно позвать ваших ребят из трейлеров?

– А их не затянет в это дерьмо? – спросила Мифани.

– Не факт, Гоблет же больше ничего не сделает.

– В этом я не уверена. Насколько мы знаем, он просто не давал нас сожрать и переварить группу, которая пришла раньше, – сказала Мифани. Она с тревогой осмотрелась вокруг, но увидев, что грибок не приближался самостоятельно к ее ботинкам, немного расслабилась. – Думаю, пока у нас все нормально. Поэтому решать проблемы нужно быстрее.

– Хорошо. Я могу пробить им всем головы, если надо, – предложила Шонте, сверкнув украшениями в подтверждение готовности к неописуемому насилию.

– Я не совсем в восторге от идеи избиения британских граждан.